Эта мысль отнюдь не обрадовала его, тем паче, что он хотел навязать внучке Луиса сделку, которую старик не одобрял.
«Он подбирается ко мне», — осознал Сен-Сир, пытаясь онемевшими пальцами настроить изображение.
— Между прочим, мистер Бэфут, я собирался вам звонить, — заметил Альфонс Гэм. — Я получил от мистера Сараписа телеграмму, он настоятельно советует принять вас на работу. Но на этот раз, я думаю, надо подготовить совершенно иную программу. У Маргрэйва огромное преимущество.
— Вы правы, — кивнул Джонни. — Но надо учитывать, что на сей раз вы получите помощь от Луиса Сараписа.
— Луис и тогда помогал, — возразил Гэм, — но этого оказалось недостаточно.
— Теперь он предоставит помощь иного рода. — Мысленно Джонни добавил: «Ведь что ни говори, старик контролирует все средства связи и массовой информации. Газеты, радио, телевидение. Даже телефонные линии. Да, старый Луис стал почти всемогущ. Едва ли он во мне нуждается». — Но Джонни не сказал этого Гэму — очевидно, тот не понимал поступков Луиса, не догадывался о мотивах. В конце концов, у Джонни свой интерес — ему нужна работа.
— Вы пробовали смотреть телевизор? — спросил Гэм. — Или звонить по телефону, или читать свежую газету? Везде — сущий бред, абракадабра. Если это Луис, от него на съезде будет мало проку. Он двух слов связать не сможет.
— Я знаю, — сдержанно сказал Джонни.
— Я вот чего боюсь: какой бы тонкий план ни разработал Луис, все пойдет прахом. — Гэм явно упал духом; не так должен выглядеть человек, рассчитывающий победить на выборах. — Вы, похоже, куда больше моего верите в возможности Луиса. Знаете, я недавно встречался с мистером Сен-Сиром. У нас был долгий разговор, и должен сказать, его доводы убийственны. Я держался внешне бодро, но... — Гэм тяжко вздохнул. — Мистер Сен-Сир прямо в глаза назвал меня неудачником.
— И вы ему поверили? — Джонни просто изумляла наивность его нового хозяина. — Он же на стороне противника. Вместе с Филом Харви.
— Я сказал ему, что уверен в победе, — пробормотал Гэм, — но, говоря откровенно, вся эта бессмыслица... Ну, по телефону и телевизору... Все это ужасно. Мне очень не хочется участвовать в этой затее.
— Я вас понимаю, — сказал Джонни.
— Луис прежде не был[ таким, — жалобно произнес Гэм. — Он теперь бубнит... и все! Если даже он добьется моего избрания... Я устал, мистер Бэфут. Очень устал. — Он умолк.
— Если вы ждете от меня моральной поддержки, — сказал Джонни, — то обратились не по адресу. — Голос Сараписа действовал на него отнюдь не ободряюще. Еще и Гэма утешать — нет уж, дудки.
— Вы же специалист по общественным связям. Ваша профессия требует умения разжигать энтузиазм в тех, кто его лишен. Убедите меня в том, что я должен стать Президентом, и я смогу убедить в этом весь мир. — Гэм достал из кармана сложенную телеграмму. — На днях получил от Луиса. Очевидно, телеграфная связь тоже в его руках.
— Текст вполне разборчив, — заметил Дженни, развернув телеграмму.
— Так и я о том же! Луис очень быстро сдает. Когда начнется съезд... Да что там говорить — уже... Знаете, у меня самые ужасные предчувствия. Не хочу я участвовать в этой афере. — Помолчав, он признался. — И все же очень тянет попробовать. Вот что, мистер Бэфут, возмите-ка вы на себя посредничество между мной и Луисом. Поработайте психопомпом.
— Простите, кем?
— Посредником между Богом и человеком. 4
— Вы не победите на выборах, если не перестанете употреблять такие слова. Я вам обещаю.
Гэм криво улыбнулся.
— Как насчет выпивки? Скотч? Бурбон?
— Бурбон, — сказал Джонни.
— Какого вы мнения о девушке, внучке Луиса?
— Она мне нравится, — честно ответил Джонни.
— Вам нравится неврастеничка, наркоманка, сектантка с уголовным прошлым?
—Да, — процедил Джонни сквозь зубы.
— По-моему, вы спятили. — Гэм протянул ему бокал. — Но я с вами согласен, Кэти — славная женщина. Между прочим, я с ней знаком. Не могу понять, почему она пристрастилась к наркотикам. Я не психолог, но мне кажется, тут виноват Луис. Девочка его боготворила. Ну, вы понимаете, о чем я говорю. Инфантильная и фанатичная преданность. Вместе с тем очень трогательная. На мой взгляд.
— Ужасный бурбон. — Джонни поморщился, сделав глоток.
Гэм развел руками.
— Старый «Сэр Мускатная Крыса», — сказал он. — Да, вы правы.
— Старайтесь не угощать посетителей подобными напитками, — посоветовал Джонни. — Политикам этого не прощают.
— Вот почему вы мне необходимы! — воскликнул Гэм. — Видите?
— Вижу. — Джонни отправился на кухню — вылить бурбон в бутылку и взглянуть на шотландское виски.
— Какие у вас мысли насчет предвыборной кампании? — спросил Гэм, когда он вернулся.
— Думаю, мы можем сыграть только на человеческой сентиментальности. Многие огорчены смертью Луиса, я сам видел очередь к гробу. Впечатляющее зрелище, Альфонс. Стоят и плачут, и так день за днем. Когда он был жив, многие его боялись. Но теперь народ успокоился — Луис ушел, и пугающие аспекты его...
— Он не ушел, Джонни, — перебил его Гэм. — В этом-то все и дело. Вы же знаете, что существо, несущее вздор по телефону и телевизору, — он!
— Но народ-то этого не знает, — возразил Джонни. — Народ ничего не понимает, как тот инженер, что впервые услышал старика в кратере Кеннеди. Да и кому придет в голову, что источник электромагнитных волн, расположенный в световой неделе от Земли, — на самом деле Луис.
— Думаю, вы ошибаетесь, Джонни, — помедлив, сказал Гэм. — Но как бы там ни было, Луис велел взять вас на работу, и я не стану возражать. Даю вам карт-бланш и надеюсь на ваш опыт.
— Благодарю, — сказал Джонни. — Вы действительно можете на меня положиться. — В глубине души он вовсе не был в этом уверен. — «Быть может, народ куда сообразительней, чем мне кажется, — подумал он. — Быть может, я совершаю ошибку. Но что остается? Только упирать на симпатию Луиса к Гэму, иначе не найдется человека, который отдаст за Гэма голос».
В гостиной зазвонил телефон.
— Наверное, это он, — сказал Гэм. — Луис обращается ко мне по телефону или через газеты. Вчера я попытался напечатать письмо на электрическом машинке, а в результате получил от него совершенно бессмысленное послание.
Телефон все звонил. Гэм и Джонни не двигались.
— Может, возьмете задаток? — предложил Гэм.
— Не откажусь. Сегодня я ушел из «Экимидиэн».
Гэм достал из кармана бумажник.
— Я выпишу чек. — Он посмотрел Джонни в глаза. — Она вам нравится, но вы не можете с ней работать?
— Да. — Джонни отвечал неохотно. Он решил оставить эту тему. При всех недостатках Гэм был джентльменом.
Как только чек перешел из рук в руки, телефон умолк.
«Неужели они держат непрерывную связь друг с другом? — подумал Джонни. — Или совпадение? Кто знает. Кажется, Луис может все, что захочет. А сейчас он хочет именно этого».
— Думаю, мы поступили правильно, — отрывисто произнес Гэм. — Послушайте, Джонни, мне бы хотелось, чтобы вы помирились с Кэти Эгмонт. Ей нужно помочь. Всем, чем только можно.
Джонни что-то пробурчал.
— Попытайтесь, ладно? — настаивал Гэм. — Ведь вы ей уже не подчиняетесь.
— Подумаю, — сказал Джонни.
— Девочка очень больна, к тому же на ней такая ответственность... Что бы ни послужило причиной вашего разлада, надо прийти к взаимопониманию. Пока не поздно. Это единственно верный путь...
Джонни помолчал, сознавая, что Гэм прав. Но как сделать то, о чем он просит? Как найти ниточку к сердцу душевнобольного человека? Тем более сейчас, когда волю Кэти подавляет воля Луиса...
«Пока Кэти слепо обожает деда, ничего не получится», — подумал он.
— Что думает о ней ваша жена? — спросил Гэм.
Вопрос застал Джонни врасплох.
— Сара? Она с Кэти незнакома. А почему вы спрашиваете?
Гэм взглянул на него исподлобья и не ответил.
— Очень странный вопрос, — заметил Джонни.
— А Кэти — очень странная девушка. Гораздо более странная, чем вам кажется, друг мой. Вы о ней еще многого не знаете. — Гэм не пояснил, что имеет в виду.
— Я хотел бы кое-что узнать, — сказал Харви Сен-Си-ру. — Где труп? Пока мы это не выясним, можем не мечтать о контрольном пакете «Вильгельмины».
— Ищем, — спокойно ответил Сен-Сир. — Обыскиваем одну усыпальницу за другой, но Луиса, похоже, прячут. Видимо, кто-то заплатил хозяину усыпальницы за молчание.
— Девчонка получает приказы из могилы! — с возмущением произнес Харви. — Луис впал в маразм, но она все равно его слушается. Это противоестественно.
— Согласен, — сказал Сен-Сир. — От старикашки нигде не скроешься. Нынче утром за бритьем включил телевизор — а он маячит на экране и бубнит. — Его передернуло.
— Сегодня начинается съезд, — заметил Харви, глядя в окно на оживленную улицу. — Луис увяз в политике с головой, он и Джонни убедил работать на Гэма. Может, стоит еще раз потолковать с Кэти? Как ты считаешь? Вдруг он о ней позабыл? Нельзя же уследить за всем сразу.