Всего за 79 руб. Купить полную версию
– И ты тоже, Брут?!..
– Сюрприз, Цезарь! – откровенно ухмыляясь, заявил Кремер. – Не ждал?..
– Да ты ж сам говорил!.. – вспомнил Вадим, как Витька отчитывал двух других подельников.
– Говорил, – Кремер кивнул. – И подтверждаю! Все так. Но это относится не к союзу Ассоциации и Роскосмоса. И Брэнсон об этом пока не знает – имей в виду… Хотя как он еще не догадался – ума не приложу! Но впрочем, – он глянул на Вадима, – ты вот тоже не догадался. А ведь я тебе все выдал прямым текстом! Правда, ты – тупой сервомеханик, а Брэнсон – один из владельцев половины космического бизнеса. Так что, может, и догадывается. Но молчит, зар-раза, потому что умный… И тебя он потому так демонстративно к себе сватал!..
– Да о чем речь?! – не выдержал Лунин.
– О чем?! – возмутился Витька. – Ты чем слушал, когда я объяснял, Годзилла научного мира?! Я же сказал: мы можем получать информационные копии любых объектов!
– Ну? – неоригинально произнес Вадим после паузы.
Кремер внимательно посмотрел на него.
– Бесподобно! – сказал он, помотав головой. – И этот человек говорил нам о перспективах открытия Горчинского! Да это не ты с нами, это я с тобой бахнусь таким манером! Неужели ты не понял?!
– Нет, – честно признался Вадим.
– Да откуда, по-твоему, – медленно, точно маленькому ребенку, проговорил Витька, – у нас могли взяться управляющие программы для андроидов на уровне хирургов и строителей мирового класса?!
Глава 4. Нигде
1
– Да как откуда? – спросил Лунин. – Искинты же есть…
– Нет, Брэнсон все-таки должен догадываться! – заявил Витька несколько однообразно. – Видимо, просто поверить не может… Димка, чего ты в искинтах понимаешь? Ты что, думаешь, это некие разумные существа – как в бульварной фантастике?
– Ну-у… – протянул Лунин, действительно именно так и думавший. Как большинство далеких от кибернетики людей.
– Это просто программы. Запроектированные для решения определенных задач определенным же образом. Не более того. Если же ты судишь о них по всяким эмулянтам головидео, способным выдавать себя за человека перед любым количеством зрителей, – так это вообще балаганные поделки на уровне теста Тьюринга. Ни один киберхирург не сможет работать еще и киберстроителем. Программная архитектура у них разная. И уж тем более ни тот, ни другой не смогут лазить по горам или копаться в разбившейся ракете – то, чем там придется заниматься.
– Но они ж самообучающиеся… – вставил Лунин и тут же пожалел о своей прыти.
– А-а!.. Ты и про это знаешь! – восхитился Кремер. – Ну да, конечно! Я же забыл, где ты работал! Ну, и много у вас в институте было компьютеров, ставших научными сотрудниками? Ни одного? Странно! Может, хоть лаборантом какой заделался? Тоже нет? Перестань прикидываться страусом, полено! Наша методика позволяет копировать ЛЮБЫЕ объекты – я же уже сказал! И людей тоже! Пожалуй, мы зря так секретничаем с этим делом, – добавил он, с сомнением глядя на Лунина. – Можно было не напрягаться: никто все равно не поверит!
– Нах… – сказал Вадим. – Дайте две… Витька, ты что – серьезно?!
– Нет, шучу! – огрызнулся Кремер. – Как, по-твоему, иначе стала бы возможна эта спасательная экспедиция? Или, думаешь, так легко хотя бы рассчитать траекторию эдакого перелета? Там весь экипаж будет из наших копий! И твою туда тоже надо, потому что готовить своего механика у нас нет времени!
– А… гх… хрм… – выдавил из себя Лунин. От таких новостей он даже сетевую феню забыл.
– Не бойся, это не больно! – заверил Кремер. – Примерно как гланды удалять!
– Чего? – к Вадиму вернулся дар речи.
– Да когда голову отрубают! – объяснил мерзавец-друг. – Мы тебе голову отрубим, проводами к машине подсоединим и будем электричеством перепи-и-исывать! Потом обратно пришьем. Ничего особенного! Хочешь – шрам покажу?! – он захохотал.
Вадим, который видел, что никакого шрама у Витьки на шее нет, с облегчением выругался:
– Иди ты!..
– Ну, извини! – попросил прощения Кремер. – Но у тебя было такое лицо… Невозможно было удержаться! А копирование будет выглядеть как снятие обычной томограммы. Залезешь в саркофаг, полежишь, вылезешь – и все. Чего ты вообразил?
– Да ничего не вообразил… Просто… Обалдел. Получается, так для любого дела можно программное обеспечение получать?! В готовом виде?
Витька внимательно посмотрел на Вадима.
– Да, для любого, – сказал он. – Причем эта программа будет как раз самообучающейся…
– УбиЦЦа веником!.. – признался Лунин. – И когда вы их пустите в серию? Или, как всегда, есть какие-то заморочки?
– Н-да… – без энтузиазма отозвался Кремер. – Как-то это не интересно даже… У всех одна реакция! Разумеется, есть! В частности, производство самих носителей. Это ж вакуум-квантовая запись! Информационный объем, приближающийся к бесконечности… Квантовый процессор с наноэффектором… А ты думал – действительно фотография?
– Да… – Лунин потер в затылке. – Нам бы с Горчинским такое…
– Так я и сказал: если б раньше!.. – развел руками Кремер. – Но все равно пока это еще жутко дорого. Один блок стОит по цене ха-арошего автомобиля. Надо сперва технологию для массового производства разработать. Завод строить… Вот на этом с Брэнсоном и договорились. Он сразу ухватил перспективу. Только не в полном объеме. Представляю, что будет, когда до него, наконец, дойдет! По стенкам, наверное, забегает.
– Да, пожалуй… – согласился Лунин. – А… это, Витька… мне обязательно копироваться?
– Чего завибрировал, пролетарий космического труда? – насмешливо взглянул на Лунина Кремер. – Не бойся, я же сказал, что это томограмма. Томограф, правда, не совсем обычный… Но тебе это без разницы, уверяю… Сейчас тут закончим, отправимся к нам в институт и тебя на вакуум закатаем. Чего тебя смущает? Никогда обследование не проходил?
– Да нет, – сказал Лунин, понимая, что деваться некуда. – Проходил…
2
Витька не обманул: томограф и в самом деле выглядел обычным. По крайней мере, внешне. В помещении, где он стоял, никого не было. Но это уже Лунина не удивило: ночь все-таки.
– Раздеваться? Или как? – спросил на всякий случай Вадим.
– Ну, если в тебе эксгибиционизм проснулся – на здоровье! – съязвил Кремер, включая установку. – Мне так по барабану! Я на мужиков не западаю… А томографу и тем более…
Лунин вздохнул и забрался на медицинское ложе. Витьку понять можно было – устал. Но и Лунину тоже было не по себе. Не каждый день с тебя снимают копию для компьютерной программы… Он поерзал, устраиваясь поудобнее. Сверху опустилась крышка, запечатав саркофаг со всех сторон, и стало темно. Что-то загудело. Лунин слегка удивился: обычно все же внутри томографа имелось слабое освещение. А так и в самом деле получалось, что лежишь, точно мумия… Не дай бог, пациент попадется страдающий клаустрофобией – он же вам тут устроит концерт в гробу! Вадиму пришла в голову мысль: позвонить Кремеру по комму и поинтересоваться – как долго тут валяться? Это был бы достойный ответ на Витькины приколы! Лунин даже стал подтягивать руку к лицу, чтоб осуществить данное действие, но тут гудение стихло, и крышка «гроба» отъехала в сторону, освобождая его из своих объятий. Снаружи хлынул свет.
– Ну, давай, вылазь, – услышал зажмурившийся Вадим голос Кремера. – Нефиг лежать!
– Что, все уже? – спросил Лунин, садясь и моргая.
– Все, все… Вылезай, приехали!.. – заверил Витька, протягивая руку. – Добро пожаловать в виртуальный мир!
Вадим слез с диагноста и удивленно посмотрел на друга. За те несколько минут, что Лунин провел в саркофаге, Кремер успел переодеться в белые брюки и гавайку навыпуск, постричься и, что наиболее странно, загореть как полинезиец.
– Ты чего это? – спросил Лунин.
– Что? – спросил в ответ Кремер, изо всех сил стараясь выглядеть серьезным, но предательская улыбка все шире растягивала его губы. Наконец он не выдержал и начал смеяться. Лунин озадаченно смотрел на него. Ну, не спятил же в самом деле друг детства от творческого перенапряжения?.. – Вот у всех так! – сообщил ему Витька, продолжая давиться смехом. – Одно и то же… Сколько раз вижу, столько раз хотелось захихикать! Но не мог! А вот с тобой – могу!
Вадим оглядел себя. Потом снова – приятеля.
– А в ухо? – полюбопытствовал он. – Или уж сразу – скорую?
– Попробуй, попробуй! – поощрил Кремер, нисколько не испугавшись.
Вадим подумал. Затем спросил:
– Что за нах?.. Это что, тест такой, что ли?
Эта его краткая речь вызвала новый приступ веселья.
– Ой, не могу!.. – простонал Кремер и прислонился к томографу. – Это что-то! Димка – ты бесподобен!
Лунин какое-то время понаблюдал за клинической, можно сказать, картиной. Кремер продолжал хихикать.
– Ну? – спросил Вадим. – И долго ты будешь так ржать? У нас вроде времени не вагон – сам говорил!.. И на кой черт ты рожу кремом намазал?
Витька посмотрел на Вадима и замахал руками. Лунин почувствовал, что звереет.