Всего за 209.9 руб. Купить полную версию
Интересно, он ведь действительно ездил по делам, в этом нет сомнений, его привез шофер на машине шефа. Значит, вероятно, он подцепил какую-нибудь бабенку вчера на свадьбе… Ну и на здоровье!
На другой день секретарша Михаила Петровича Инна Борисовна, некрасивая и немолодая женщина, сообщила ему, что хозяйку вишневого «Рено» зовут Марина Аркадьевна Зимина и живет она на улице Гиляровского.
– Спасибо, Инна Борисовна, это очень важно!
Он безмерно ценил свою секретаршу. Никогда не задает лишних вопросов, умна, исполнительна и очень преданна. Он терпеть не мог молодых, красивых секретарш. Раздражали понимающие ухмылки коллег, излишние претензии красоток, настороженность жены и любовницы, да и вообще, на работе не нужны отвлечения, во всяком случае, отвлечения такого рода.
Утром Алюша проводила Мишку в школу и отправилась на рынок. Марина сидела на кухне со стаканом апельсинового сока и пыталась дозвониться до менеджера фирмы «Лал». Но номер был занят, что приводило Марину в крайнее раздражение. В этот момент в кухню вплыла заспанная Нора.
– С добрым утром, киска, – зевая, проговорила она. – Я так спала сегодня, просто кайфец! Это после дачи твоей. Халабуда, конечно, но зато халявная. Слушай, а что за мужик-то, я вчера еще хотела спросить, но меня сморило…
– Какой мужик? – рассеянно отозвалась Марина. Но тут ей удалось дозвониться. – Николай Семеныч, это Зимина. Да, да, все нормально. Николай Семеныч, у меня большой заказ! Но нестандартный. Вы как, согласны поговорить? Вот и чудесно, в таком случае в одиннадцать тридцать буду у вас. Отлично, уверена, вы, как всегда, не подкачаете. Нет-нет, детали обсудим при встрече! Надеюсь, вы сделаете мне скидку? Договорились! Чао!
Она была довольна, что встреча состоится уже сегодня.
– Кофе будешь?
– Спасибо, Маринхен, с удовольствием. Ты с утра уже делами занимаешься?
– А как же иначе? Если б я этого мужика не застала…
– Погоди, ты мне про того мужика не ответила.
– Про какого?
– Про вчерашнего, он просто млеет от тебя!
– Не выдумывай! Мы накануне познакомились на свадьбе, вот и все. Кстати, он там был с женой, и я тоже не одна.
– Ладно, меня не проведешь, я в таких делах будьте-нате! И если вы на второй день опять встретились, значит, у вас кармическая связь!
– Что?
– Кармическая связь! Это, знаешь ли…
– Глупости, просто закон парных случаев.
– Но он abscheulich <Отвратительно, ужасно (нем.).> хорош!
– Что? – расхохоталась Марина.
– Именно так! Я не слепая, видела, как он на тебя пялился. И ты, между прочим, тоже глазки так отводила, что хоть стой, хоть падай. Но думаю, у него стоит, не падает!
– Нора! Что ты несешь?
– А чего? Нормально. Ты баба молодая, одинокая, почему бы и не дать такому кобелю? Он тот еще кобелина, можешь мне поверить. Я лично дала бы ему через пять минут после знакомства.
– Вот и давай. Мне он не нужен.
– Ach so? <Ax вот как? (нем.)>.
– Кстати, Нора, какие у тебя планы? – жестко поинтересовалась Марина, которую Нора начинала раздражать.
– Думаю, еще пару деньков у тебя покантуюсь, а потом двину в Сибирь! И тебе не жалко подругу?
– Ни капельки. Тебя никто туда не гнал. Жила бы себе в Швейцарии…
– Ты что, глухая? Я ж тебе все объяснила.
– Нора, понимаешь, я очень занята!
– Ну и что из этого?
– Ты что же, собираешься целый день взаперти сидеть? У меня нет лишних ключей! Я скоро уйду.
Если хочешь, могу тебя подбросить куда тебе нужно.
– Да мне вроде никуда не нужно. А что, твоя Александра сегодня выходная?
– Нет, она пошла на рынок.
– Вот и чудненько. Я сейчас кофейку дерну, а потом поваляюсь, телик ваш посмотрю. Интересно.
Представляешь, киска, я у своего как тарелку просила поставить, а он ни в какую, жмот проклятый!
– Кстати, билеты на самолет можно заказать по телефону – Ну ты и лярва, Маринхен! Не ожидала!
Марине стало стыдно, но совсем чуть-чуть.
– Нора, если б ты меня предупредила, я была бы готова к твоему визиту. А ты как снег на голову..
– Вот лярва, – повторила Нора. – Ладно уж, отвези меня туда, где билеты продают, я ж тут ничего не знаю. Может, прямо сегодня и улечу! Не ожидала, что ты…
Ее монолог был прерван телефонным звонком.
– Алло!
– Маришечка, как дела? – раздался голос Севы, закадычного друга. – Ты что-то пропала, я волнуюсь.
– Привет, Севочка, я закрутилась, столько всего за последние дни произошло. Извини.
– Маришечка, я могу чем-нибудь помочь?
Нора вышла из кухни.
– Можешь, Севочка, можешь. Помнишь, я говорила про дачу?
– О да, родовое имение, кажется? Надеюсь, не пресловутые шесть соток?
– Нет, слава богу, участок там большой, чудный, да и дом в общем обаятельный. Но я бы хотела, чтобы ты посмотрел с инженерной точки зрения, что там требуется. Понимаешь, Мишка просто влюбился в эту дачу и жаждет жить там летом. Я, конечно, в божеский вид ее приведу, но…
– Понимаю и непременно съезжу туда с тобой в самое ближайшее время. Я, правда, уже бывший инженер, но на таком уровне еще смогу дать дельный совет, особенно своей любимой подружке. Ты сейчас занята?
– Да, еду в «Лал» стеклянную стену заказывать.
– Для баратовского дома?
– Ну конечно. А как у тебя дела, Сева?
– Надо встретиться, пошептаться, может, пообедаем вместе?
– В принципе можно, но я не знаю, когда освобожусь.
– Ну два-то часика сможешь выбрать для друга, ты же моя главная конфидентка, мне нужен твой совет, Маришечка.
– А ты сегодня свободен, что ли?
– До вечера да.
– Хорошо, как освобожусь, позвоню тебе.
– Только на мобильный, я вряд ли буду дома.
– Договорились! Целую!
В какой-то момент разговора Марине показалось, что кто-то их слушает. По-видимому, Нора по второму аппарату. Только этого еще не хватало!
Прежде чем положить трубку, Марина выждала несколько секунд и отчетливо услышала щелчок – Нора первой положила трубку. Марина хотела тут же выгнать ее вон, но потом решила не устраивать скандала, а выпроводить нахалку мирным путем, пусть даже и завтра.
– Нора, я спешу! Одевайся! – крикнула она.
Через двадцать минут обе женщины вышли на улицу.
– В Швейцарии ты на «Вольво» ездила, а тут на паршивеньком «Рено». Тебе не обидно?
– Еще чего! Зато эту машинку я сама себе купила!
– Слушай, а кто это – Севочка?
– Мой школьный друг.
– Он чего, «голубой»?
– С чего ты взяла? – ледяным тоном спросила Марина.
– Понимаешь, я хотела позвонить, узнать который час, у меня часы остановились, сняла трубку, а вы еще разговариваете. Вот мне по его тону и показалось, что он «голубенький».
– Ну и что?
– Так он правда педрило?
– Нора! Какое тебе дело до человека, которого ты никогда даже не видела! И вообще, подслушала разговор, так молчала бы в тряпочку, ты разве не знаешь, что это неприлично? Может, ты и письма мои вскрывать будешь?
– Маринхен, ты чего взъерепенилась так? Я ж говорю, случайно получилось, ну извини, я ж ничего такого не хотела, просто подумала, у тебя же сын маленький…
– И что из этого?
– Здрасте, что из этого, а то ты не знаешь, что «голубые» мальчишек портят!
– Я знаю, что мальчишек портят педофилы! И кстати, очень часто это священники, – казалось бы, святые люди, которые еще других уму-разуму учат, проповеди читают! – уже орала Марина. – Если хочешь знать, именно этот «голубой» Сева помог мне выбиться в люди! Может, это самый добрый и щедрый человек из всех кого я знаю, а ты вообще мне никто и позволяешь себе…
– Маринхен, ты чего орешь, mein Schatz! <Мое сокровище (нем.).> Нравятся тебе «голубые», на здоровье. Ты права, твое " личное дело! Все, я не суюсь! Ты еще не забыла, что обещала отвезти меня за билетами?
От злости у Марины дрожали руки. Она достала из бардачка минеральную воду и прямо из горлышка начала пить. Успокойся, приказала она себе, потерпи, и скоро забудешь эту бабу как страшный сон.
– Помню, – проворчала она.
– Ну и чудненько, а то я уж испугалась, что ты сейчас в троллейбус врежешься от злости.
Дальше они ехали молча. Марина подвезла Нору к билетным кассам.
– Спасибо, Маринхен, не злись, ты же знаешь, я бестактная. Я, пожалуй, тут в центре погуляю, погляжу, как все изменилось. Твоя раба меня впустит?
– Не смей называть Алюшу рабой! Она мой друг!
– Три ха-ха! Но если ты говоришь, я не буду.
Странная ты баба, все у тебя друзья – и мужики, и «голубые», и прислуга, – это знаешь отчего? Оттого, что ты неискренний человек. Вот я искренний, а ты нет! Ты притворяешься! Тебе вот хочется послать меня на три буквы или на пять, а ты сдерживаешься.
– Да? Что ж, ты права – и в таком случае иди на хер! Довольна? – окончательно взбесилась Марина.
– Hure! <Шлюха, уличная девка (нем.).> – злобно бросила в ответ Нора и выскочила из машины.
