- Мне еще пожить охота, а здешний кофе - чистая отрава. Пепси. И то же самое моей напарнице. Кстати, она тоже не будет строить тебе глазки. Да, ей диетическую. Пибоди у нас вечно на диете.
Моррис заказал две банки.
- Между прочим, ее зовут Амарилис.
- Ни фига себе!
- Уменьшительное - Амми.
- Моррис, меня сейчас стошнит.
Он бросил ей банку, передал вторую Пибоди.
- Пошли навестим твоего мертвеца. Тебе сразу полегчает.
Моррис прошел вперед. Как всегда, он был элегантен. На нем был костюм цвета грецкого ореха с тускло-золотистой рубашкой. Две длинные косички, перехваченные желтой лентой, были уложены одна поверх другой на затылке.
Этот щегольской наряд удивительно шел к его резким чертам и живым черным глазам.
Они прошли через двойные двери в хранилище. Моррис подошел к стене с ящиками и выдвинул один, выпустив при этом ледяное облачко.
- Доктор Уилфрид Б. Айкон, известный также как Икона . Он был блестящим врачом.
- Ты его знал?
- Я посещал его лекции много лет назад. Завораживающее зрелище. И, конечно, знал о его успехах. Как видишь, у нас тут мужчина приблизительно восьмидесяти лет. Превосходный мышечный тонус. Единственное проникающее ранение аорты. Обычный хирургический скальпель. - Моррис включил экран монитора, чтобы показать ей рану и окружающую зону в увеличении. - Один прокол, прямо в яблочко. Оборонительных ранений нет. Токсикологический анализ показал полное отсутствие наркотиков. Основные витамины, биологические добавки. Последний прием пищи приблизительно за пять часов до смерти. Булочка из цельной пшеницы, четыре унции натурального, свежевыжатого апельсинового сока, чай из розовых лепестков, банан и немного малины. Ваш доктор был поклонником собственной отрасли медицины, подвергся нескольким пластическим операциям на лице и теле. Судя по состоянию мышц, придавал большое значение работе над своим здоровьем и моложавым видом. - Долго он умирал?
- Минуту-две, не больше. Он умер практически мгновенно.
- Даже при наличии острого скальпеля нужна недюжинная сила, не говоря уж о точности, чтобы проткнуть костюм, рубашку, плоть и попасть прямо в сердце.
- Верно. Тот, кто это сделал, подобрался к нему вплотную, а главное, точно знал, что он делает.
- Учту. "Чистильщики" на месте ничего не нашли. Все это заведение каждую ночь подвергается влажной уборке. Никаких отпечатков на оружии. Покрыто защитным слоем. - Ева рассеянно побарабанила пальцами по бедрам, пока изучала тело. - Я просмотрела записи камер слежения, видела, как она проходила через здание. Она ни к чему не притронулась. Звук они не записывают, так что образца голоса у нас нет. Удостоверение личности поддельное. Фини прокачивает ее фото по каналам Интерпола, но, раз он со мной до сих пор не связался, значит, у него ничего нет.
- Ловкая девица!
- Это точно. Спасибо за пепси, Моррис. - Ева решила его развеселить и состроила глазки.
- Что это за имя такое - Амарилис? - спросила Ева, когда они с Пибоди вернулись в машину.
- Цветочное. Растение такое есть. А вы ревнуете!
- Я что?
- Между вами и Моррисом кое-что есть. Многие наши девушки немного влюблены в Морриса. Он удивительно сексуален. Но у вас с ним нечто особенное, а тут появляется мисс Барби со знойного Юга, и он уже бежит за ней, виляя хвостиком.
- Ничего у меня с Моррисом нет. Мы друзья по работе. А ее зовут Амарилис, а не Барби.
- Кукла, Даллас. Ну, знаете, кукла Барби. Господи, да неужели вы никогда в куклы не играли?
- Куклы похожи на маленьких мертвых людей. Хватит с меня мертвецов, спасибо. Но теперь я поняла, что ты имела в виду. Уменьшительное - Амми? Как можно быть полицейским с такой кликухой? "Привет меня зовут Амми, я пришла вас арестовать". Пибоди, я тебя умоляю, не смеши меня!
- У вас с Моррисом очень трогательная привязанность.
- У нас с Моррисом ничего нет, Пибоди.
- Ну да, так я и поверила. Как будто вам никогда не хотелось трахнуть его на одном из этих столов из нержавейки. - Ева поперхнулась пепси, а Пибоди лишь пожала плечами. - Ну, ладно, значит, только я одна такая фантазерка. Ой, смотрите, дождь перестал! Лучше поговорим о погоде, пока я не сгорела со стыда окончательно.
Ева отдышалась и уставилась прямо вперед.
- Мы больше никогда об этом говорить не будем, слышишь?!
- Да, это к лучшему,
Когда Ева вернулась в свой кабинет, нагруженная своей долей дисков, изъятых из дома убитого, у ее стола стояла доктор Мира.
"Везет же мне сегодня на шикарно одетых докторов", - подумала Ева.
Мира выглядела необыкновенно элегантно в одном из своих фирменных костюмов. На этот раз он был нежно-розового цвета с коротким жакетом без лацканов, застегнутым до самого горла. Собольего цвета волосы были зачесаны назад и стянуты узлом на затылке. В ушах блестели маленькие золотые треугольнички.
- Ева! Я как раз собиралась оставить вам записку.
Ева заметила печаль в ее добрых голубых глазах.
- Что случилось?
- У вас найдется минутка?
- Да, конечно. Хотите… - Она хотела предложить кофе, но вспомнила, что Мира предпочитает цветочный чай. А у нее такой заварки не было. - … чего-нибудь?
- Нет, спасибо. Вы ведете дело об убийстве Уилфрида Б. Айкона, да?
- Да, привалило мне такое счастье. Я была там по другому поводу, оказалась, как говорится, в нужное время в нужном месте. Хотела представить вам материалы на подозреваемую, все, что пока удалось собрать, и… Вы его знали? - вдруг догадалась Ева.
- Да, я его знала. Я… просто сражена, - призналась Мира, усаживаясь на стул для посетителей, - у меня до сих пор в голове не укладывается. Нам с вами давно уже пора привыкнуть, не правда ли? Смерть каждый день, и она не всегда обходит стороной тех, кого мы знаем, любим, уважаем.
- А у вас к нему что было? Любовь или уважение?
- Уважение. Огромное уважение. Романтической связи не было, если вы на это намекаете.
- Все равно он был слишком стар для вас.
Легкая улыбка тронула губы Миры.
- Спасибо. Я знакома с ним с давних пор. Я тогда только начинала практиковать. Одна моя подруга связалась с мужчиной, который ее избивал. Она долго терпела, потом наконец нашла в себе силы порвать с ним, начала возвращать себе нормальную жизнь. Он ее похитил, изнасиловал, в том числе и извращенным способом, избил до потери сознания и выбросил из машины возле Центрального вокзала. Она чудом осталась жива. Ее лицо было изуродовано до неузнаваемости, зубы выбиты, барабанные перепонки лопнули, гортань повреждена и так далее, всего не перечислишь. Я обратилась к Уилфриду, попросила положить ее в клинику. Я знала, что его считали лучшим в городе, если не во всей стране.
- И он ее принял.
- Да, он ее принял. Более того, он проявил бесконечную доброту и терпение к женщине, у которой не только тело было разрушено, в еще большей степени пострадал ее дух. Мы с Уилфридом много времени провели вместе, стараясь излечить мою подругу, и за это время сами стали друзьями. Его смерть, да еще насильственная… с этим очень трудно примириться. Я понимаю, моя личная связь с убитым может заставить вас отказаться от моих услуг. Я прошу вас этого не делать.
Ева задумалась.
- Вы хоть когда-нибудь пьете кофе?
- Иногда.
Ева запрограммировала кофеварку на две чашки.
- Мне не помешала бы помощь в понимании характера убитого и составлении психологического портрета убийцы. Если вы считаете, что можете работать над этим делом, значит, так тому и быть.
- Спасибо.
- Вы часто встречались с убитым в последние годы?
- В общем-то, нет. - Мира взяла чашку кофе. - Мы встречались два-три раза в год на светских мероприятиях. Званый ужин, коктейли, изредка какая-нибудь медицинская конференция. Он предложил мне возглавить психиатрическое отделение своей клиники и был очень разочарован, пожалуй, даже раздосадован, когда я отказалась. Поэтому мы уже довольно давно не общались на профессиональной почве, но сохранили
дружеские отношения.
- Вы знакомы с его семьей?
- Да. Его сын - еще один блестящий ум и, как мне кажется, идеальный преемник дела отца. А невестка Уилфрида - талантливая художница.
- В последнее время она зарывает свой талант в землю.
- Нет, я так не думаю. У меня есть одна из ее ранних работ. У Уилфрида двое внуков, девяти и шести лет, если не ошибаюсь. Девочка и мальчик. Уилфрид их обожал, при каждой встрече показывал мне новые их фотографии. Он вообще очень любил детей. При здешней Клинике восстановительной и пластической хирургии имеется педиатрическое отделение - одно из лучших в мире, как мне кажется.
- У него были враги?
Мира откинулась на спинку стула. Ева отметила, что вид у нее усталый. Одних горе подстегивает, других лишает сил.
- Многие ему завидовали - его таланту, его масштабному видению. Другие с самого начала относились к нему предвзято, ставили под сомнение его достижения и даже само направление его исканий. Но я уверена: в медицинском сообществе нет никого, кто мог бы желать его смерти. В светских кругах тоже таких нет.
- Ладно. Мне может понадобиться помощь в чтении его записей. Я ведь не сильна в медицинских терминах.
- Буду рада уделить вам сколько угодно времени, Это, конечно, не моя область, но я могу помочь вам при чтении его файлов.
- Убийство выглядит профессионально. Похоже на заказ.