Люсинда отправилась дальше и наконец обнаружила Ната, который действительно был занят тем, что начищал Чайку до тех пор, пока ее шерсть не начала ослепительно сверкать на солнце.
Нат был маленьким, сморщенным человечком лет шестидесяти.
– Доброе утро, мисс Люсинда! – Нат почтительно поклонился и снова, взял в руки щетку.
Кобыла слегка взбрыкнула, желая проявить характер, и Нат забормотал: «Ну, ну, моя хорошая…»
– Она прекрасно выглядит, – сказала Люсинда.
– Хо-хо! Если она не выиграет скачки в следующем месяце, то будет, по крайней мере, самой красивой кобылой в этих соревнованиях!
У Люсинды мелькнула мысль о том, как было бы ужасно, если бы пришлось объявить Нату, что он уволен, а Чайка будет продана. Смог ли бы он это перенести? – подумала она и решила, что ни за какие сокровища в мире не отважилась бы взглянуть ему в глаза, если бы произошло самое худшее.
– Нат, я хочу кое-что показать тебе, – застенчиво сказала она и протянула ему руку, которую до этого держала за спиной.
Сколько леди Белвиль ни запрещала ей, Люсинда все равно ездила верхом без перчаток, и ее руки были покрыты шоколадным загаром.
Это были тонкие, прекрасной формы аристократические руки, но трудно было заметить эту красоту в их теперешнем состоянии.
Нат издал слабое восклицание, а его лицо выразило изумление. Его проницательный птичий взгляд был прикован к огромному кольцу, надетому на средний палец ее руки. Огромный бриллиант, окруженный более мелкими камнями, сверкал и переливался, освещая темноту конюшни.
– Его доставили вчера, – сказала Люсинда, – а вместе с ним прислали еще ожерелье, браслет и серьги, – наверное, фамильные драгоценности. Мама говорит, что мне еще рано носить серьги.
– Это, верно, стоит кучу денег, – сказал Нат, не отрывая взгляда от кольца. – На него можно было бы купить отличную лошадь.
Люсинда рассмеялась.
– Навряд ли я смогла бы носить лошадь на пальце, – сказала она. – Это обручальное кольцо, Нат. Я говорила тебе, что выхожу замуж за графа Меридана? Вчера «Лондон Газетт» напечатала объявление о помолвке.
– В самом деле? – кисло спросил Нат. – Надеюсь, вы будете счастливы, мисс Люсинда. Нам будет вас не хватать.
– Мне тоже будет тебя не хватать, Нат, – ответила Люсинда.
Она прошла за ним в подсобку, где хранились седла, присела на краешек скамейки и принялась наблюдать, как он методично убирает щетки, которыми чистил Чайку.
– И когда же мы увидим этого джентльмена? – спросил Нат.
Его голос прозвучал резко, и Люсинда почувствовала, что он неспокоен.
– Ты уже видел его, – мягко сказала она.
– Да ну? – изумленно воскликнул Нат, повернувшись к ней. – Что-то я не припомню, чтобы он гостил у вашего отца.
– Нет, он никогда не бывал у нас, – ответила Люсинда. – Думаю, что он посчитал бы нас недостаточно важными персонами, если на то пошло. Ты лучше вспомни, как ты брал меня на кулачные бои в Колни-Хет, – помнишь, года полтора тому назад?
– Еще бы мне не помнить! – сказал Нат. – Вы изводили меня, пока я не согласился взять вас с собой, хотя и был против. Нам еще повезло, что миледи не было дома и никто из знакомых не видел нас там.
– Я же говорила тебе, что она не узнает, – сказала Люсинда. – Я никогда не видела, чтобы кто-нибудь переживал так, как ты.
– А как мне было не переживать? – проговорил Нат. – Я не должен был брать вас собой, и вы знаете это не хуже меня.
– Ну, главное, что мы туда попали, – ответила Люсинда. – И я бы ни за что на свете не хотела пропустить эту поездку!
– Да, в тот раз там были отменные бойцы, – удовлетворенно отметил Нат. – Не всегда удается подобрать двух таких равных по силе боксеров. Они провели пятнадцать раундов подряд без единого нокаута.
– Да, это было здорово, – согласилась Люсинда.