Всего за 13.79 руб. Купить полную версию
Так что есть легкий привкус – не знаю как назвать – агрессии, обиды, в ответ на что ты тоже обижаешься, потому что в конце концов никто не запрещал ему остаться подольше и ты, честное слово, не возражала бы если бы он и задержался, даже до глубокой ночи, потому что иногда приятно провести вечер одной с детьми. Все это создает немного натянутую атмосферу.
– Пап, где ты был?
– Были в пабе, Соф.
– Ты напился?
Оливер сделал круг по комнате, изображая пьяного, подышал на Софи, которая замахала руками и притворилась, что сейчас упадет в обморок.
– А с кем ты ходил напиваться?
– С одним старым приятелем. Со старым лицемером. С американским плутократом.
– А что такое плутократ?
– Это тот, кто зарабатывает больше, чем я.
Как большинство людей, – подумала я.
– А он тоже напился?
– Напился? Да он так напился, что у него контактные линзы выпали.
Софи засмеялась. Я немного успокоилась. На мгновение. И зря. Вам не кажется, что у детей есть чутье на такие вещи?
– Ну так кто он?
Оливер посмотрел на меня.
– Просто Стюарт.
– Смешное имя – Просто Стюарт.
– Ну хорошо, он юрист. Юрист во всех отношениях, кроме того, что он не работает юристом.
– Пап, ты и правда напился!
Оливер снова подышал на нее, Софи снова затихла и вроде бы вернулась к своей домашней работе.
– Так откуда ты его знаешь?
– Кого его?
– Просто Стюарта Плутократа?
Оливер снова посмотрел на меня. Не знаю, заметила ли это Софи.
– Откуда мы знаем Стюарта? – спросил меня он.
«Да уж, премного благодарна», – подумала я, – «не хочешь запачкать руки». Еще я подумала: «Пока не время».
– Мы были с ним знакомы, – довольно расплывчато сказала я.
– Это очевидно, – ответила она совсем по-взрослому.
– Бутерброды на кухне, – сказала я Оливеру. – Пора спать, – сказала я Софи. Они знают, когда я так говорю. Я тоже знаю и не люблю поступать так слишком часто. Но что еще было делать?
Оливер покопался на кухне какое-то время и вернулся с большим бутербродом с маслом и чипсами. У него есть глубокая сковородка, которой он страшно гордится, с каким-то фильтром, который должен поглощать запахи. Конечно, ничего он не поглощает.
– Секрет хорошего горячего бутерброда с маслом и чипсами – сообщил он, уже не в первый раз, – в том, что горячие чипсы растапливают масло на хлебе.
– Так что?
– Так что масло течет по рукам.
– Нет. Так что со Стюартом?
– Ах, Стюарт. Он в добром здравии. Весь седой. Купается в деньгах. Не дал мне угостить его выпивкой – ты же знаешь каково это, когда превращаешься в плутократа.
– Мне кажется, ни ты, ни я этого не знаем.
Послушать Оливера, Стюарт тот же что и раньше, только стал плутократом и пивным занудой, который много болтает о свиньях.
– Вы собираетесь снова встретиться?
– Не говорили об этом.
– Ты взял его номер телефона?
Оливер взглянул на меня и подобрал немного масла с тарелки.
– Он мне не сказал.
– Ты хочешь сказать – он отказался?
Оливер прожевал свой кусок, потом театрально вздохнул:
– Нет. Я хочу сказать, что я его не спрашивал, а он сам не предложил.
Я почувствовала облегчение, когда услышала это. Это стоило раздражения Оливера. Может он здесь просто проездом.
Хочу ли я встретиться со Стюартом снова? Я задала себе этот вопрос позже. И ответа не нашла. Вообще я неплохо разрешаю затруднения – что ж, кто-то должен этим заниматься – но я сознаю, что в некоторых вещах я хочу чтобы кто-то другой принял решение за меня.
В любом случае, не думаю, что до этого дойдет.
Терри : У меня есть друзья, которые живут у моря. Они рассказали мне, как работают ловцы крабов. Они начинают глубокой ночью, где-то в два тридцать и работают до утра. Они раскладывают сеть длиною до пятисот ярдов, к которой через каждый ярд подвешивают грузило и наживку. В качестве наживки обычно используют угря.