Это мне подробно объяснил за кружечкой пивка один "великий охмурило на пенсии". Он сам так себя называл. А куда ему деваться, если к двадцати пяти годам нарвался на одну такую "дурочку"? По охмурительной специальности только на пенсию. Он ведь думал, что после пары недель удовольствия - взаимного, разумеется, - наплетет ей что-нибудь, она поверит, и разлетятся влюбленные голубки, каждый в своем направлении. Он, как всегда, налево, она - в другую сторону. Однако уже несколько лет "охмурило профессионал" не может взять в толк, в результате каких хитрых маневров, реализации каких гениальных планов и замыслов, он оказался у алтаря Творца-Сущего. В итоге женат, имеет кучу детишек, а жена, "глупышка", проявляет та-а-акой аналитический ум, что в полминуты вычисляет, где он пил, с кем, сколько, когда, какого цвета и длины были волосы у его соседки по столу справа, какие помаду и духи предпочитает соседка слева. В общем, переиграли мастера и побили его же собственным оружием. Ладно. Не будем про "побили". Скалки, сковородки, ухваты и прочий кухонный инвентарь он уже видеть не может - начинает вздрагивать и оглядываться, будто со спины вампиры атакуют.
Уверен, что, дай девушкам возможность учиться, из них получились бы подлинные мастера "податливой борьбы". Видел и изучал такую, путешествуя с мастером по самому восточном краю нашего континента. Борьба эта характерна тем, что сила противника оборачивается против него же самого. Невысокий и слабый на вид борец выходит против здоровяка, раза в полтора выше и шире его, якобы поддается напору, но вдруг проводит прием и силач лежит в позе "делайте со мной, что хотите". Правда и точность здесь требуется филигранная. Как-то наблюдал комичную ситуацию на тренировке в одной из дальневосточных школ. Один борец, на голову ниже меня, попросил своего товарища, двухметрового верзилу, быть партнером в тренировочном поединке. Ему бы поймать момент, когда противник потеряет равновесие и только потом проводить бросок через спину, а он видимо решил, что скорости в сочетании с неожиданностью ему хватит - грамотно ухватился за отвороты халата на груди соперника, упал на спину, толкая верзилу в живот обеими ногами… Обычно толчок проводят одной ногой, но коротышка, видимо, посчитал, что этого будет мало. Все равно не помогло. Противник послушно перелетать задни… ногами кверху не захотел. Так и застыла эта странная парочка. Верзила стоит, немного наклонившись вперед, и держит на весу своего мелкого партнера. Не знает, куда стряхнуть ненужный груз. А тот, как мартышка на баобабе, повис на нем вниз головой, намертво вцепившись в халат, и тоже ни туда, ни сюда. Сдаваться не хотел никто. Долго ли продолжалась бы эта странная борьба - в партере и в стойке одновременно - не известно. Подошел наставник и развязал этот узел.
Вооруженный опытом старших товарищей, прежде чем приступить к осаде крепости, я тщательно настроил и активировал противобрачную сторожевую систему, то есть еще раз повторил про себя веками отработанные фразы: "давай поговорим об этом позже", "мы еще не готовы", "это большая ответственность", "надо сначала проверить наши чувства", - заготовленные в ответ на ключевые слова: "семья", "дети", "давай сходим прогуляемся к алтарю…"
- Какое счастье! - для почина воскликнул я. - Какое счастье, славная Вириса, что я встретил вас - волшебный цветок, скрашивающий своим неземным светом красоты и молодости эти мрачные стены!
У меня всегда есть в запасе пара-тройка подобных выражений, вычитанных в любовных романах. Не подействует это - попробую другое. Или новое придумаю.
- Вы ничего не путаете, господин, Пати? - строго спросила девушка. - Стены у нас "скрашивает" господин Гриспис. Маляр. Не сказала бы, что "неземным" цветом, но в целом аккуратно.
- Великолепная Вириса. Ах. Если бы маляр способен был расписать эти стены вашими портретами, тогда я признал бы отчасти, что он тоже способен несколько скрасить интерьер. Но все равно никакой портрет не сравнится с оригиналом. Скажу, как на духу: у вас, Вириса, самые лучистые глаза и самая обаятельная улыбка, какие я когда-либо видел в этом мире.
Дальше, ненавязчиво подхватив горничную под руку, я повлек ее в направлении своей комнатушки, услаждая девичьи ушки самыми отборными похвалами ее внешности, уму и обаянию. Гарантирую - даже самая подозрительная красавица выслушает вас предельно внимательно. Так и Вириса очнулась только на пороге моих апартаментов. Встрепенулась. Высвободила руку и гораздо более мягким тоном, нежели в начале разговора, сообщила, что ей пора идти.
Что ж. Первый, самый трудный, шаг сделан - дальше дело двинется уже легче. Теперь же на сон грядущий, в качестве снотворного - "лирический, многотомный (многотонный, скорее) роман" по теории магии. Или по практике. А может и не по магии, а по философии… В общем, почитаю - разберусь.
Силисия
Я шла по коридору и просто кипела возмущением. Нет, вы подумайте! Мало того, что этот мальчишка будет таскаться за мэтром по пятам, так еще и в столовой, и на занятиях его терпеть! И как он смел так поступить с мастером Фитиром?! Лучшим учителем фехтования в мире!.. Ну, я так думаю. Вывалять почтенного мэтра в грязи, едва не проткнуть горло, и все из-за ужасной неуклюжести! Нет, это переходит всякие границы! О чем думал дядя, нанимая такого недотепу? А вчера в лесу? Стребовать со спасенной девушки плату за какой-то там кинжал! Мужлан глистоподобный! Нет, перевелись все-таки рыцари.
Конечно, стоит отметить, он очень вовремя тогда появился. Да и оборотня убил весьма ловко. Ловко бы, если бы попадание не было случайным! Спокойно, Лия, леди должна вести себя и мыслить достойно. Подарю ему, пожалуй, пару серебряных кинжалов из папиной коллекции. Хотя нет, не заслужил!… И все-таки он нам помог. Да и то, что этот увалень вытащил из тела монстра, оружием действительно уже не назовешь. Что же делать?
Приурочу-ка я подарок к какому-нибудь празднику. Точно! Правильное решение, ваше Сиятельство. Без повода-то как-то совсем… Подумает ещё чего. Мальчишки - они такие выдумщики.
Спустившись по лестнице, я вошла в малую гостиную и решительно направилась к пылящемуся в углу наполовину вышитому панно. Цветущий луг. Работа последних пяти месяцев. Когда же я его, треклятое, закончу?
С обреченным вздохом я взялась за вышивальную иглу. Интересно кто придумал, что это дурацкое занятие успокаивает, пронеслось в голове, когда через пару минут я с невнятным ругательством засунула уколотый палец в рот. За монотонной работой мысли снова вернулись к несносному охраннику.
С серебрушкой тогда на поляне, конечно, нехорошо получилось. Все влияние дядюшки - в сложных ситуациях, когда голова занята совсем другим, я порою неосознанно действую как он. Это ужасно и недостойно истинной леди. Ах, как тяжело без бабулиной твердой руки и доброго сердца рядом. С тех пор, как леди Алисия, моя прабабушка, оставила наш мир год назад, в замке и в моей душе стало так пусто. Любимая бабуля. Как я без тебя? Кто разъяснит, надоумит? Не дядюшка же, который вспомнил о существовании племянницы только полгода как. Непонятно, правда, с чего. Жил ведь он раньше без меня - и неплохо, думается, жил.
Помнится, давным-давно, когда родители еще не отправились в свою невероятно важную поездку за край мира, дядюшка, двоюродный брат папы, пару раз гостил в замке. Весьма недолго, правда. И каждый его приезд сопровождался скандалом. По какому поводу хоть убей не вспомнить - слишком мала была, да детей и не посвящают в такие подробности.
В общем дядюшка популярностью в нашей семье никогда не пользовался. И вот вам здрасьте-пожалуйста - притащился якобы заняться своими опекунскими обязанностями. Благодетель! Скорее бы уж совершеннолетие - выскочу замуж и прощай любимый родственник! Или нет - не хочу, молода еще для супружеских уз. Лучше отправлюсь путешествовать. Стану странствующей наемницей! Правда для наемницы может не хватить квалификации, в реальных схватках доселе участвовать не приходилось, как и убивать. Ну да ничего, выберемся. Полгодика осталось потерпеть - и свобода!
Одним из немногих, кто скрашивал мое существование в родовом гнезде, был мэтр Лумий. Я безмерно благодарна бабушке за то, что та успела написать прошение в Обитель магов с просьбой прислать ее правнучке хорошего мастера для обучения. Дядя бы никогда такого не позволил - он считает, что место женщины в спальне, а никак не среди уважаемых членов общества, коими почитались маги. Но официальное прошение - не писулька какая, против него даже дядя не посмел возразить, скрепя сердце согласившись признать мага наставником племянницы и достойно оплачивать его труды.
Правда, за время пребывания мэтра Лумия в замке мы с ним по части развития моих магических способностей почти не продвинулись, о чем добрый старик здорово переживал. Я же сохраняла спокойствие. Подумаешь. Некоторые заклинания можно творить, не имея и толики способностей. Да и не сошелся свет клином на этой магии - слава Высшим, оружием я владела не так плохо, много чему благодаря бабуле была обучена. Так что не пропаду.
Ах, мэтр. За те полгода, что он жил в замке, я здорово привязалась к доброму старику, и теперь сильно за него переживала. В последнее время учитель сам не свой. Это месячной давности покушение плохо сказалось на его самообладании и уверенности в себе - проводя с магом массу времени, я четко видела произошедшую в нем после того злополучного утра перемену. Видела и при каждом удобном случае старалась приободрить мэтра, похвалить, превознести его заслуги, какими бы они ни были.