Всего за 149 руб. Купить полную версию
Глава 4
Там, за чертой
На этот раз, долго бодрствовать мне не довелось. Муть перед глазами, встревоженные голоса поблизости и… знакомый писк медицинских приборов у изголовья. Кажется, понял… мое дряхлое тело вновь угодило в больницу. Что ж, вполне закономерно. В последнее время мне и на ногах-то стоять тяжело было, так что ничего удивительного. Слабость? Да, чуть больше, чем обычно… тоже понятно. Значит, состояние ухудшилось. А вот то, что во время визита врачей и госпитализации я даже не проснулся, это действительно нехорошо. Значит, проделано все было в экстренном порядке.
Тихий плач в стороне… Маша? Внучка… поня-ятно. Кажется, мое дело-труба. Если уж наша маленькая "железная леди" не сдерживает слез…
- Док-тор… сколь-ко? - Рука изо всех утекающих сил хватается за полу прошелестевшего рядом халата. Размытое лицо, замершей от неожиданности женщины… да, женщины, запах духов я чувствую.
- Вам нельзя говорить… - Ровный, мягкий голос… усталый.
- Дедушка! - Маша срывается с места и одним рывком оказывается рядом со мной. - Де-еда! Ты очнулся!
- Не шумите, или я выведу вас отсюда. - Чуть недовольства в голосе врача… наигранного недовольства. - Вашему дедушке нужен покой.
- Покой нам только снится… - Раздвигаю сухие губы в подобии улыбки. - Девочка, мне недолго осталось, дай поговорить с детьми, а?
- Что вы… вам нужно отдохнуть… - В голосе врача появляются нервные ноты. Молодая еще, неопытная, точно… Сколько я их на своем веку повидал…
- Скоро отдохну, милая… - Кашель прерывает слова и на белоснежном пододеяльнике появляются красные пятна. Ну да, этого следовало ожидать… значит, предчувствие не врет… оно никогда меня не обманывало, да… Вытираю тыльной стороной ладони губы, а другая рука начинает шарить вокруг, и в нее тут же утыкаются мои очки, поданные внучкой. Умница. - Родители где?
Врач тихонько отходит в сторону.
- Там. И Иринка с Лешкой, тоже… и дядька. И тетя Оля со своими… - Заплаканная мордашка внучки кивает на входную дверь. Ну да… вчера же мой день рождения отмечали, ничего удивительного, что вся семья в сборе. Хотя, подарочек я им подарил, конечно… м-да… - Позвать?
- Конечно… - Хочу кивнуть, но понимаю, что на это уйдет слишком много сил. Поберегусь. Недолго осталось.
- Де-еда…
- Зови их, егоза.
В палате становится людно. Докторица явно не в восторге от происходящего, но перечить главврачу, а по совместительству, моему среднему сыну, опасается… или стесняется. Зря, он хороший человек… вот только женился, придурок, на своей работе. Автоматически окинув взглядом мнущуюся у окна врачиху и, неожиданно легко понимаю ее смущение. О как…
На глазах у удивленных детей, жестом подзываю ее к себе, а когда не менее удивленная докторица склоняется к моему лицу, чуть не задевая весьма внушительным бюстом, усмехаюсь. О да, хороша…
- Позаботься об этом оболтусе, пока он окончательно в монахи от медицины не ушел. - Глаза женщины округляются, она краснеет и чуть ли не отпрыгивает от меня, одновременно устремляя ошеломленно-испуганный взгляд на начальника.
- Ну, ба-атя-а! - Гудит этот медведь, пунцовея не хуже докторицы. Кха-ха-ха…
- Ты мне… еще поговори. - С трудом справившись с кашлем, содрогающим тело, отзываюсь я.
Докторша исчезает из палаты, провожаемая взглядами моей младшей дочери и… Маши. Ну да, теперь, Василек точно не выкрутится. Все вызнают, все выпытают… и женят. Хорошо.
- Де-ед, мне страшно. - Оказавшийся рядом, младший внук смотрит мне в глаза.
- Всем страшно, Игоряша. Мы люди, существа тха-кхакие… смерти боимся, неизвестности боимся… Зря. - Сжимаю ладошку мальчишки и улыбаюсь. С трудом, но пока получается… - Знаешь, как наши предки кха-хговорили? Пока мы есть, смерти еще нет, а когда нас нет, ее уже нет… Смерти нет, слышишь?
Внук сосредоточенно кивает, а за ним и подобравшиеся сыновья. Молодцы… надеюсь, у них хватит сил, чтобы угомонить женщин, когда те… поймут. Темнота наплывает, размывая лица семьи… детей. И сознание словно падает в колодец. Милая, я иду…
Вот только, вместо встречи с почившей супругой, меня ожидает рассеивающаяся темнота, открывающая черно-белый вид и миллиарды запахов и звуков… Мокрый после дождя сад и стремительный полет сильного тела по ветвям деревьев. Бег по влажной земле, вперед, вперед, вымывая из мыслей тоску и боль по потерянной семье… теперь уже точно потерянной, навсегда.
Взгляд цепляется за ползущую по ветке змею… рывок! И сильное тело бьется и извивается, но не может вырваться… Несколько судорожных рывков чуть не сбрасывают меня с дерева, но в конце концов змея обвисает. Мертва! Охота удалась. С удовольствием вгрызаюсь в холодное тело и, чувствуя, как по подбородку стекает черная кровь, облизываюсь… Окинув взглядом огромное тело убитой твари, потягиваюсь и приступаю к пиршеству.
Утро встретило меня шумом в саду и приятной легкостью в теле. Выкатившись из оказавшегося таким уютным кресла, я позевываю отправляюсь в ванную и только смыв с себя контрастным душем остатки сонливости, вспоминаю о происшедшем этой ночью. Пытаюсь проснуться и… ничего.
Что ж. Этого следовало ожидать. А вот эмоции по поводу своей ушедшей жизни… кхм. Больно? Да нет. Скорее, грустно, как… как от воспоминаний о жене. Светлая такая грусть и нежность. Впрочем, а чем нынешняя ситуация отличается-то? Да и… детям сейчас куда хуже. Ну ничего, они справятся, я знаю. Они у нас с Катей сильные выросли, умные…
У отражения в зеркале, на губах сама собой возникает гордая улыбка. Встряхнув непокорной никаким расческам шевелюрой и подмигнув своему двойнику за стеклом, я выхожу из ванной, чтобы тут же нарваться на застывшую посреди комнаты, Имму. Отчаянно краснеющую Имму. Хм… наверное, не стоило мне забывать халат в кресле.
С отчетливым писком блондинка, словно заправский солдат, разворачивается через плечо на сто восемьдесят градусов.
- Там… завтрак… пришла позвать… - Доносится из комнаты, пока я, вновь скрывшись в ванной, надеваю постиранные вечером и уже успевшие высохнуть трусы. Теперь джинсы и майка. Все, я готов.
- Завтрак - хорошо. - Оказавшись за спиной девочки, легонько дергаю ее за собранные в хвост волосы.
- Дурак! - Выдает красная, как амстердамский фонарик блонда и, сорвавшись с места, исчезает за дверью.
От домового идут волны довольства. Ну да, конечно, этим созданиям, чем больше эмоций, тем лучше. А какие они будут… Впрочем, вру. По большей части, такие вот "домовые"… предпочитают светлые чувства. Тоску и злобу они не переваривают. Наверное, поэтому, в Бокко их немного. У нас в районе, с радостью как-то туговато. Зато и "переродившихся" тоже почти нет. А такое случается, когда "домовой" хватанет чернухи через край. То, во что подобный неудачник превращается, я и называю переродившимся… или просто, кошмариком. Они тоже разные бывают. Помню, нарвался я год назад на одного такого… в старой больнице он жил. Сильный был гад, отожрался на чужой боли так, что и сам начал из пациентов силы тянуть. Собственно, меня туда и позвали, когда стало ясно, что еще чуть-чуть и больницу прикроют из-за повышенной смертности в ее стенах. А она в Бокко последняя… Еле задавили урода и то, пришлось "свободных" на подмогу звать, а то бы он меня без соли схарчил… И хорошо еще, что такие вот "кошмарики" с места привязки уйти не могут. Точнее не так, сбежать они могут, но только если их дом разрушить. И да, с подобным мне тоже сталкиваться доводилось. Собственно, ничего странного. Работа у меня такая… та самая, которая "по мелочам"… и о которой семье Рона, лучше не знать. Для их же спокойствия, и чтоб не пытались запретить. На одних подачках от Толстого Риггара не пожируешь, вот и приходится крутиться… благо, у старого барахольщика Холла, предпочитающего зваться антикваром, подработка для меня всегда найдется. Ну… почти всегда.
- С добрым утром, Кот, завтрак на столе. Присоединишься? - У входа в комнату остановилась Итта, а в глазах чертики пляшут. Наверняка уже в курсе происшедшего…
- Хорошее утро. Иду. - Кивнул я.
Вопрос заданный мне хозяином дома, пригласившим к себе в кабинет после завтрака, как ни удивительно не стал для меня сюрпризом. Чего-то в этом роде, можно было ожидать, после той реакции, что выказали Рона в ответ на мое приветствие. Слушающий? Что ж, пусть так. Бар… антиквар Холл звал меня маленьким охотником и сетовал, что таких как я в Бокко почти не осталось. А в Сейне, значит, подобных называют слушающими. И здесь тоже таких мало. Уточнение: свободных слушающих мало. А чужих, то есть, входящих в окружение проживающих здесь семей или же входящих в сами эти семьи, можно разве что для разовых акций нанимать… Потому как доверять им нельзя.
Собственно, это не мой вывод. Рандон Рона сам объяснил мне эти маленькие тонкости. И не соврал. Хотя, сколько правды в его словах, а сколько недоговоренности, мне не определить. Хм…
- Договор? - Приподнял бровь, спросил я, после окончания короткой лекции. Ну да, говорить лень. Со мной бывает, накатывает.
- О… условия? - Приняв тот же тон, выдал Рандон.
- Проживание, еда, деньги, свободное время. - Перечислил я и, подумав, добавил. - Возможность частных заказов.
Ну, не то чтобы я так уж привязался к Холлу или испытываю нежные чувства к своему нынешнему месту жительства, но… барахольщик был прав, других охотников в Бокко нет. И если с мелочью может справиться любой из местных ройнов, по крайней мере, из "бригадиров" - орров, то домового-перерожденца им точно не потянуть. Да и… нравится мне это дело. Охота, адреналин… денежка, опять же…