- Я так не говорил. Конечно, это хорошо, но... Вероятно, лучше бы сначала узнать о человеке больше, а потом его нанимать.
- Большинство из нас в комитете было против этой идеи, ты помнишь? Толлен засмеялся:
- Это была идея Эрадайна, не так ли, Карлотта?
- Торвальд думал, что ему и дальше удастся гнуть свою линию на ведение борьбы с оккупантами только собственными силами и сохранение власти Первых Семей. Однако старый Гуннар Эрикссон неожиданно встал на сторону Девика Эрадайна. Это потрясло Торвальда.
Он крепко обнял ее.
- Я думаю, что ваши Первые Семьи сейчас поняли, что иметь Легион на своей стороне - это огромная сила.
- Да.
- Эта засада, это сражение на лесной дороге сблизило солдат и наемников, я только сейчас понял, как умен Карлайл и как искусны его люди.
Она отметила искренность, с которой Толлен произнес эти слова, затем решила сменить тему разговора:
- Наши солдаты, как и наемники, прекрасно справились со своей задачей, правда?
- Да.
Он вспомнил бой, и зубы снова заскрипели. Он завидовал Грейсону. По любым меркам засада и последующий бой были великолепны. Они захватили четыре вражеских боевых робота, армия Дома Куриты потеряла двадцать два человека убитыми, тридцать шесть пленными. А сами партизаны потеряли только двоих, еще пять солдат были ранены.
Они отправили "Стингер" и пленных на Лисий остров. Техи наемников и повстанцев остались на месте в срочном порядке ремонтировать "Требучет" и три транспортера. Им понадобилось несколько часов на ремонт двигателя, чтобы "Требучет" мог передвигаться сам.
- Я должен отметить, - сказал Толлен, - что Грей-сон больше меня понимает в военном деле. Я не знаю, как он расценивает эту битву - как удачу или как естественное проявление своего полководческого гения.
- Так или иначе, все в нашу пользу. У нас не было таких удач за все десять лет этой войны.
- Да, но она становится его войной. Правильно ли это - позволять ему выиграть ее для нас? Что будет дальше? Как мы сумеем избавиться от него?
- Ты доверяешь ему?
- Я не знаю, что об этом думать. Идея о локальном нажиме на оккупантов повсюду и вовлечении широких масс в войну - его идея. - Снова послышался скрежет зубов Толлена. - Карлайл сказал, что врага нужно бить постоянно, снова и снова, он настаивает, что люди должны добровольно бороться против захватчиков. Наша прежняя стратегия захвата городов была неверна...
- Мы завтра уходим, - сказал он, немного помолчав.
- Я слышала.
- Мы идем на запад. В налет на Скандихайм. Там расположен гарнизон Дома Куриты.
Карлотта нежно провела рукой по груди Толлена. Он знал, что ей понятны его мысли, его тревоги.
- Возвращайся скорее, милый, - сказала она.
- Карлотта, моя любимая Карлотта, - прошептал он. Волосы Карлотты пахли цветами и еще чем-то, что напоминало ему дом, мир и солнечный ясный летний день. - Солдатам Дома Куриты не под силу убить меня, ты мне верь...
Этой ночью Лори тоже думала о Карлайле, но ее мысли были далеко не такими приятными. В холодном поту она проснулась от ночного кошмара. Лори посмотрела в окно, лунный свет показался ей зловещим, она села, стараясь собраться с мыслями.
Лори решила перекрасить "Страуса". Было очень неприятно сознавать, что ее страхи и неуверенность растут, подобно гидре, у которой вместо одной отрубленной головы немедленно вырастают две новые.
Отряд Грейсона шел походным маршем уже час, солнце только вставало. Солдаты-повстанцы шагали по тропинке вместе с наемниками. Их боевые роботы, заправленные и приготовленные к бою, были тщательно отремонтированы. Техи работали весь вечер и всю ночь. Десантная группа двигалась вдоль леса, держа курс на запад. В нее входил:! двадцать два робота. Возглавлял колонну Мольтидо на своем полностью отремонтированном "Дервише".
Роботы, которых не удалось починить после вчерашнего боя, находились в пещере на Лисьем острове. Отряд упорно шел к цели, двигаясь по петляющим тропинкам через джунгли. Вслед за роботами шли пешие верзандийские партизаны во главе с Бразедновичем. Имелось также несколько танков и вездеходов. Всего в отряде было около пятисот человек, из них только одна женщина.
Джалег Йорулис и его "Стингер" остались на Лисьем острове.
XXII
Деревья росли группами, они походили на заплатки посреди сине-зеленых лугов и возделанных полей. Дорога постоянно поднималась. Отряд Грейсона шел на запад. Станция наблюдения армии Дома Куриты располагалась на самом краю джунглей, местечко называлось Перес-пойнт около деревни Скандихайм. Край Сильванского бассейна здесь был относительно невысок - поросший лесом гребень. Этот район, часть Голубого плато, был зажат между лесом Сильванского бассейна и горами Упсала. Деревни, рассыпанные повсюду, чередовались с хлебными полями и плантациями.
Обыкновенно Драконы строили станции наблюдения в густонаселенных местах для контроля либо для вербовки в лоялистскую милицию. На Перес-пойнте была довольно крупная станция, державшая в страхе окрестное население деревень, часть которых была сожжена во время карательных акций. На ней служило шестьдесят солдат.
Отряд наемников и повстанцев напал внезапно, когда Драконы завтракали. Эта внезапность сделала свое дело. Меньше чем за две минуты робот Грейсона разбил всю ограду, и четыре робота оккупантов - "Волкодав", "Феникс", "Пантера" и "Шершень" - попали в руки повстанцев. А вместе с ними радио- и электрооборудование, оружие и запасные части - бесценное сокровище для маленькой и нищей армии.
Грейсону очень хотелось, чтобы и следующая операция была столь же быстрой и бескровной для своих, как эта. Партизаны и наемники уже готовились в путь, когда на станцию пришла делегация местных жителей. Грейсон заметил ее издалека, спускаясь из своей боевой машины на землю. Она состояла из старосты Скандихайма, пятидесятилетнего седого человека с беспокойными глазами, который назвался Йоргенсоном, и двух сопровождающих. Грейсон в это время беседовал с Лори и Бразедновичем. Он улыбнулся и протянул седому руку, но тот проигнорировал дружеский жест и резко бросил на походный стол пакет. Грейсон открыл его, оттуда выпали фотографии-голограммы. Он внимательно всмотрелся в них. Каждая голограмма детально изображала ужасы войны. Сотни мертвых тел в черных лужах крови. Лес, охваченный оранжевым огнем. Силуэт "Мародера" на фоне горящих развалин, в которые он только что превратил жилые дома. Тоненькая фигурка человека, уцепившаяся за одну из железных ног грозного боевого робота. Грейсон поднял глаза от фотографий, его брови нахмурились.
- Что это значит?
Староста сжал губы, лицо его побледнело.
- Это был город Маунтин-Виста. Мы сочли необходимым показать вам это.
- Да? - Грейсон старался казаться спокойным, но уже догадывался, что будет дальше.
- Город был разгромлен полковником Кевлавичем, - сказал один из сопровождающих. У него были пышные усы, похожие на маленькие елочки. Его интонация тоже была враждебной. - Он совсем недалеко от Скандихайма. Некоторые из наших юнцов были там. Их убили. Один боевой робот, только один, практически уничтожил город.
- Я вас не совсем понял, - солгал Грейсон, чтобы выяснить для себя, чьи интересы поддерживают эти люди. - На чьей вы стороне?
Староста сдвинул брови.
- Мы ни на чьей стороне! Атакуя эту базу, вы поставили под угрозу Скандихайм и все остальные селения этого района. Вам известно, что генерал-губернатор сделает с нами, когда узнает о нападении?
Грейсон взглянул на Бразедновича. Лидер повстанцев стоял сгорбившись, его лицо было непроницаемо.
- Я бы сказал, что у них появится прекрасный повод разрушить и ваш поселок, - ответил Грейсон. - Вопрос, по-моему, стоит так: а что вы собираетесь делать в таком случае?
Третий визитер посмотрел на своего начальника и произнес:
- Мы должны будем умолять о пощаде.
- Умолять о пощаде? - Грейсон вернул фотографии. - Вы верите в милосердие Куриты? Или его справедливость?
- Вы бросите нас без поддержки, иноземцы, - сказал староста. - Вы даже не сообщили нам о том, что собираетесь напасть на станцию, вы не посоветовались с нами.
Грейсон вообще-то считал правильным, даже само собой разумеющимся, ставить в известность местное население перед нападением.
- Я прошу прощения за то, что не посоветовался с вами, - сказал он, - но у нас просто не было для этого времени. И боюсь, что у нас его нет и сейчас, мы не станем ждать, пока Нагумо ответит на наш удар.-Он повернулся к Лори. - Посмотри, как идет погрузка, мы должны выступить не позже чем через час.
Слова Грейсона произвели должный эффект.
- Что? Вы не можете бросить нас!
Лицо Грейсона сохраняло внешнюю невозмутимость.
- Почему же? Раз вы планируете сотрудничать с Нагумо и дальше, просить его о милосердии... Вы считаете, что мы останемся и будем ждать Нагумо?
- Вы неверно нас поняли, - сказал Йоргенсон. - Мы ненавидим Синдикат Драконов так же, как и вы. Это наша земля, они ее захватили. Но у нас нет шанса выстоять в сражении с ними против боевых роботов. Останьтесь и защитите нас. Вы спровоцировали их нападение на нас. Бросить нас сейчас - это... бесчеловечно!
- Господа, я хотел бы остаться и помочь вам, но это просто невозможно. У меня очень маленькая армия. Здесь, в открытом поле, войско Нагумо разобьет нас полностью. Мы не защитим вас и погибнем сами. Мы должны сохранять мобильность.
- Но что мы должны делать? - В голосе Йоргенсона послышались жалобные нотки. - Они убьют нас!
Палец Йоргенсона уперся в последний снимок, где был изображен юноша, прижавшийся к ноге робота.
- Моментом позже робот раздавил несчастного, как муху, попавшую под кузнечный молот!