– Не уверен, - покачал я головой. - Ну, да бог с ним! Пойдем-ка лучше сходим в универсам, возьмем пива и посидим.
– Плачу я! - обрадовался он. - Как-никак, я сегодня сдал на пояс!
Перед выходом на улицу я забежал в ванную сполоснуться. Все тело было в каких-то темно-бурых полосах, напоминающих на первый взгляд кровь.
Но когда я смыл эти потеки, под ними ничего не оказалось. Странно…
Вспомнилось то короткое видение. Какое-то братство Белых Волхвов, наставники… Я посмотрел на левую ладонь и обнаружил там тот знак, состоящий из вен и имеющий из-за этого голубоватый оттенок. Не знаю, был ли он раньше. До этого дня я, может быть, просто не обращал на него внимания…
30 октября 1990 года (из дневника Ивана П.).
Юрик попал в больницу!
Приятель, бывший с ним в тот вечер, говорит, что его сбила машина.
А я сомневаюсь. Лицо ободрано, кисти рук с наружной стороны - тоже, на пояснице - рваная рана. Приятель говорит, что именно в это место ударила машина. Да если бы это было так, Юрик лежал бы сейчас в гробу, а не в больнице!
Я не специалист, но мне кажется, что его жестоко кто-то избил.
Время было позднее, народа не много… Да и характер повреждений похож.
Сам Юрик ничего не помнит.
Врачи говорят, что состояние тяжелое, но он поправится. У него - сильное сотрясение мозга с кровоизлиянием на глазное дно. Вполне возможно, что Юрик может остаться инвалидом…
Удивляюсь его способности попадать в разные неприятные истории.
Частенько и мне с ним заодно перепадало. Как идем по улице, так обязательно кто-нибудь докопается. Лицо у него, что ли, такое?.. Хуже всего было то, что чаще всего он сбегал, оставляя меня один на один с противником. От одной такой встречи у меня до сих пор красуется шрам на верхней губе…
16 ноября 1990 года (из дневника Ивана П.).
У нас умерла семейная любимица - собака Стрелка. Это случилось одиннадцатого числа этого месяца. А теперь я стал замечать странные вещи.
Когда ложусь спать, вдруг кто-то невидимый вспрыгивает ко мне на кровать и приваливается под бок. Кто-то теплый и мягкий… Это существо издает характерные звуки, которые я привык слышать, когда была жива наша собака.
А иногда возникает ощущение, что кто-то лижет мою руку и дышит…
Это очень странно. И вообще, создается впечатление, что кто-то невидимый поселился в нашей квартире. То тарелками зазвенит, то кастрюлями… А однажды рассыпал по всему полу на кухне ровным слоем сухари, а полиэтиленовый пакет, в котором они были сложены, и который был крепко завязан, аккуратно положил рядом. Кто это сделал, если дома никого не было?
Толик говорит, что я слишком увлечен такими вещами, вот и мерещится всякая чертовщина. А Леночка утверждает, что у меня слишком богатое воображение. Что ж, может, они оба правы? А так хотелось, чтобы это было на самом деле…
10 декабря 1990 года (из дневника Ивана П.).
…Леночка уезжает на две недели в другой город. Кажется, куда-то на Украину. С одной стороны это плохо, а с другой… Сегодня она сказала, что когда вернется, обязательно зайдет ко мне в гости. Я смогу познакомить ее с родителями и признаться в своих чувствах. До сих пор у меня не получалось рассказать, как я люблю ее! Мешает моя застенчивость и робость. Иной раз, вроде, соберусь сказать, но тут словно включается какой-то стопор. Я забываю все слова, которые продумал заранее. Остаются только намеки. Я даже прикоснуться к ней боюсь! Надеюсь, после ее поездки все изменится…
18 декабря 1990 года (из дневника Ивана П.).
Сегодня со мной произошло очень интересное событие. Поздно вечером возвращался домой с тренировки. Я ведь продолжаю тренироваться, несмотря на мой провал на сдаче. Теперь стараюсь научиться контролировать себя.
Меня совсем не устраивает роль "слепого" бойца. Хочется самому владеть искусством рукопашного боя…
Но я отвлекся. Иду, значит, я по улице. И тут меня обгоняет девушка, а за нею бежит парень. За мостом он ее догнал. Она что-то пыталась объяснить ему, отчаянно жестикулируя, но парень вдруг ударил ее кулаком в лицо. Девушка упала. Он схватил ее за волосы, рывком поднял на ноги и занес руку для следующего удара.
Это было не мое дело. Это была их "разборка". Но я не мог смотреть, как бьют девушку. Она звала на помощь, пытаясь высвободиться из цепких лап парня. Случайный прохожий поспешил убраться восвояси, боясь неприятностей. Внутри меня вдруг что-то взорвалось, глаза затуманились гневом. В следующую секунду я уже был около парня, перехватив готовую ударить руку, рывком развернул его к себе и с наслаждением врезал ему по лицу. Раз, другой… И еще добавил ногой так, что парень улетел в канаву.
Оказалось, что он был не один. На помощь ему бежали еще трое, и я успел подумать, что, наверное, зря ввязался в это дело. Но отступать было поздно. Я нырнул под руку первого, врезав ему ребром ладони по затылку.
Второго встретил прямым ударом в лицо, добавил локтем, и, схватив за куртку, откинул в сторону. Поймал в захват ногу третьего из нападавших, ударил в пах, потом в лицо, отпустил ногу, подпрыгнул и завершил начатое хлестким ударом подъемом стопы в ухо. Потом, почувствовав каким-то неведомым образом опасность сзади, не разворачиваясь, ударил назад, в кого-то попав. Повернулся и накинулся на первых двух, уже опомнившихся от моей стремительной атаки…
Скоро все было кончено. Парни лежали без сознания. Прогрохотал по мосту трамвай, к окнам прижимались лица любопытных пассажиров. "Все-таки любят у нас поглазеть на подобные зрелища!" - подумалось мне.
– Сволочь! - вдруг услышал я женский голос. - Падла! Ты что с ним сделал?
Кто тебя просил?
Это была девица, помогавшая подниматься парню, который недавно с наслаждением лупил ее. Она грязно ругалась в мой адрес, называя меня такими "ласковыми" словами, которые мне никогда и слышать не приходилось!
Вот она - женская благодарность! Кто знает, что бы было, если бы не я…
Нет, в следующий раз вмешиваться в подобные "разборки" не буду, чтобы не услышать в очередной раз подобную "благодарность"…
Все, что произошло со мной, получилось опять чисто автоматически. И парни-то были не хилые и не робкого десятка. Олег, мой тренер, всегда говорил, что только в фильмах герои красиво дерутся против толпы. В жизни все по-другому.
– Не ввязывайтесь в драки с многочисленным противником, - говорил он. - Лучше киньте "корягу", расчистите себе путь и бегите.
"Корягами" он называл наши ноги. Уж кому-кому, а ему можно было верить. Олег был в Афгане, как и Толик. Сам-то он, может быть, и не убежал бы, но ведь наш сенсей - мастер! А мы кто?
Тем не менее, я не убежал и победил. Опять что-то случилось со мной, какое-то затмение наплыло на сознание. Однако на этот раз в памяти остались все подробности драки. И все-таки странно. В чем причина моего быстрого продвижения в восточных единоборствах? Одно знаю точно, - талант и способности тут не при чем!
19 декабря 1990 года (из дневника Ивана П.).
После драки почувствовал себя плохо. Не в физическом, а в духовном смысле… Я так соскучился по Леночке, что мне очень захотелось ее увидеть. Вспомнил летнее происшествие, лег в кровать, сложил пальцы в определенный знак и сосредоточился на ней. Вдруг я услышал тихую музыку, которая постепенно становилась все громче и громче. И я провалился в сон.
А, может, и не в сон…
Мне снилось, что я с огромной скоростью лечу через темное пространство и вдруг оказываюсь в какой-то комнате. Там на кровати лежала
Леночка. Внутри все перевернулось, сердце замерло. Я присел на краешек и коснулся ее волос своей рукой. Она открыла глаза и потянулась, потом увидела меня и протянула ко мне руки.
– Ваня, милый!
Сердце бешено заколотилось, когда я обнял ее. Она прильнула своими губами к моим губам, а когда оторвалась, произнесла со вздохом:
– Какой прекрасный сон!
– Да, - согласился я, и мы опять стали целоваться.
При этом ее руки стали торопливо стаскивать с меня одежду.
– Ласкай меня, Ваня, ласкай! - простонала она.
Я принялся гладить ее, не переставая целовать губы, лицо, шею, руки… Страсть овладела нами. И вдруг все кончилось. Я снова ощутил себя в своей комнате…
Так и не понял, что это было - сон или явь. Слишком уж реально все чувствовалось…
24 декабря 1990 года (из дневника Ивана П.).
Какой страшный удар судьбы!
Вчера Леночка вышла на работу, и я, наконец, набрался храбрости и решил признаться ей в своих чувствах. Отношения у нас складывались более чем дружеские (по крайней мере, так мне казалось), терпеть уже больше не было сил… В ответ я получил отказ!
– Ваня, я думаю, Вам не следует больше приходить ко мне, - со спокойной решимостью во взгляде сказала она.
Сердце заныло, к горлу подступил горький комок. До меня с трудом доходил смысл происходящего. Я отказывался верить своим ушам, хотя в душе уже понял, что это - конец всем моим мечтам и надеждам.
– Почему?
– Вы привыкли ко мне, я привыкла к Вам. Я считаю, что это может плохо кончиться.
– Но почему? - недоумевал я.
Она внимательно посмотрела на меня. Было хорошо заметно, что ей несколько неудобно говорить мне такие вещи.
– Видите ли, Ваня, я - взрослая женщина. Вы думаете, что ежедневной пятнадцатиминутной беседы на лестнице и проводов домой достаточно? Мне этого не нужно, да и Вам, наверное, тоже.
– Так чего же Вы хотите? - поинтересовался я, не понимая, куда она клонит.
– Я хочу, чтобы Вы забыли обо мне! - последовал убийственный для меня ответ.