В эту ночь Прутик спал спокойнее.
Несколькими днями позже, когда Горилла вернулся с очередной бесплодной охоты. Прутик и Кокарда сидели у огня и выжидающе смотрели на него. Через какое-то время Морг тоже почувствовал, что Горилла здесь, и выбрался наверх по каменным ступеням, оглянувшись вокруг, затем его взгляд устремился вверх. После чего он молча прошел к своей постели и улегся на нее, подперев голову руками. Наконец Прутик прервал затянувшееся молчание.
- Э… мы, выходит дело, кончили.
- Разумеется, надо еще кое-что доделать, - поспешно добавила Кокарда. Но, в общем, галерея закончена.
Горилла изучал внутренность перекрытия шпиля, которую он постарался не заметить сразу по приходе. Он критически оглядел окружность, которую образовывали грубо обтесанные бревна, прибитые к старинным балкам. Морг также смотрел вверх и как будто собрался что-то сказать, но, видимо, передумал.
- Ну, ладно, - волнуясь, сказал Прутик. - Что ты об этом думаешь, Горилла?
- Очень хорошо. Просто замечательно. Как только мы пробьем дыру в кровле, наша позиция станет неприступной.
- А что это значит - неприступная позиция? - осторожно спросил Прутик, надеясь, что это означает позицию, с которой никогда не уходят.
В то же время Кокарда спросила:
- Как продвигаются дела с лодкой, Морг?
На следующий день Прутик пробил в хрупких черепицах две оставшиеся дыры и заткнул их одеялами. Перед тем как закрыть очередную дыру, он высунулся наружу, чтобы выяснить, как это выглядит - держать под обстрелом триста шестьдесят градусов. Перспектива эта привела его в ужас, боязнь пространства вызвала у него головокружение, и он был рад спуститься по лестнице в колокольню.
Кокарда, ни о чем не подозревая, наблюдала за нетвердо стоящим на ногах Прутиком с чем-то вроде теплого чувства.
- Ну, что ж, дело сделано; мы победили. - Снизу было слышно, как строгает Морг. - А этот дурак совсем застрял. Он эту лодку никогда не кончит. Ты ее видел? Одни обрезки дерева, больше ничего. У него нет ни малейшего понятия, как построить лодку.
- Может… - Прутик облизнулся, покосившись на Моргов скромный запас спиртного, сложенный у стены. - Может, нам следует это отпраздновать? Малость выпить, значит.
- Какого черта? - дружелюбие Кокарды моментально сменилось агрессивностью. - Ты становишься вроде него, жить не можешь без бутылки. Смотреть противно, насколько вы, мужчины, зависите от этого. Если ты считаешь, что я…
- Ну, ладно, ладно. Я просто предложил, и все. Не будем об этом больше.
- Да уж, конечно.
Кокарда постояла, неуверенно глядя вокруг, пошла в угол, подобрала кое-какие щепки и бросила в перевернутый колокол. Пламя взвилось вверх и затрещало.
Прутик с отсутствующим видом привел в порядок свою постель, собрал с пола гвозди и молоток и оставил их у спуска вниз. Затем застыл у огня, пристально глядя на алые угли.
Через какое-то время Кокарда подошла и встала рядом с ним. Прутик пошаркал ногами и просвистел несколько тактов мелодии, которая давным-давно была самой любимой у Старика: "Мой старый дом в Кентукки".
После долгой паузы Кокарда выразила вслух мысль, пришедшую на ум им обоим:
- Чем мы, черт возьми, теперь займемся?
За все то время, что Морг пробыл вместе с группой, живущей в засыпанной деревне, ему довелось пережить много разочарований и много раз случалось быть сломленным неудачами. Но он не мог припомнить, чтобы когда-либо еще чувствовал себя таким подавленным, как сейчас. Все утро, работая, он прислушивался к звукам наверху. Он слышал стук молотка, когда Прутик укреплял галерею дополнительными гвоздями, потом раздался характерный треск - это Прутик проделывал дыры в кровле шпиля. Затем наступила тишина, и Морг представил себе эту пару исходящей самодовольством по поводу своего произведения.
Все было бы не так плохо, если бы его работа над лодкой продвигалась успешно, но этого-то как раз и не было. Проходили дни, и в конце концов Морг был вынужден признаться, что это дело ему не по плечу, хотя в присутствии других он напускал на себя бодрый вид и говорил о бимсах и фалах - эти слова он позаимствовал из книги. Похоже было, что Морг, способный временами нестандартно мыслить, не годился для скучной, изнуряющей тело и дух работы плотника. Руки его покрылись волдырями, в ноздрях стояла вонь от сосновых опилок, и он все еще не мог отпилить два одинаковых куска дерева, хотя упражнялся в этом искусстве целыми днями.
Морг вздохнул, отложил пилу и неторопливо направился к подножию каменной лестницы. Ему хотелось выпить. Но, как назло, чтобы добраться до склада, пришлось бы миновать Прутика и Кокарду, а Кокарда, как всем было известно, не умела выигрывать с достоинством. Взгляд Морга поднялся по вытертым ступеням к мерцающему полумраку колокольни, затем без всякого желания - к галерее, скрытой высоко во мраке, которую по временам освещали вспышки от смолы, шипящей в колоколе. Неожиданно его внутренности сжал страх.
Морг мог поклясться, что увидел мужчину, стоящего на галерее.
К тому времени, когда Морг уговорил себя, что это должен быть Прутик, огонь затрещал и вспыхнул ярче. И мужчина на галерее не был Прутиком. Или Гориллой.
Это был совершенно чужой человек, белый от снега, с ружьем в руках.
Морг тихо застонал от ужаса и прокрался назад.
Кокарда и Прутик вдвоем распивали бутылку "Игристого Розового Матсуса".
- Возможно, это - самое большое событие с тех пор, как мы в первый раз пришли сюда, - говорил Прутик. Неожиданно он нахмурился, задумавшись. Кокарда, ты помнишь, как появилась здесь? Как, черт возьми, мы вообще сюда попали?
Она серьезно смотрела на него, как смотрят на напоминающее кого-то лицо.
- Думаю, наверное, тебя привел Горилла. Да, так и было. Тебя привел Горилла.
- А тебя нет?
- Я всегда была здесь. А теперь, - ее глаза заблестели, - я всегда буду здесь. С этой галереей мы сможем удержать целую армию.
- Сомневаюсь, - холодно заметил чужой голос.
- О Боже! - взвыл Прутик.
- Оставайтесь там, где вы есть, и вы не пострадаете. Сюда!
Незнакомец повысил голос. Из неровных отверстий в кровле выпали одеяла, и внутри появились вооруженные люди. На Прутика и Кокарду нацелился целый лес ружей, что явно превышало необходимость.
- Какого черта вам тут надо? - задиристо заорала Кокарда, и Прутик взглянул на нее с восхищением. Даже Морг, стоявший у подножия лестницы, ведущей наверх, с жалким револьвером, почувствовал невольное уважение.
- Уж не тебя, это точно, - ответил чужой. Последовал взрыв грубого хохота. - Впрочем, за моих людей поручиться не могу, вкусы у них разные. Он прицелился. - Сколько вас тут?
- Двадцать три, - отрезала Кокарда.
- Четверо, - промямлил Прутик.
- Попробуй еще раз, дохляк.
- Четверо.
- Я вижу только двоих.
- Один внизу, - угодливо сказал Прутик. О нем не стоит беспокоиться. А еще один ушел на охоту. Это Горилла, наш главный. Который внизу - это Морг. Остерегаться вам надо Гориллы, потому что у него ружье и стреляет он очень даже неплохо. Но он не Доставит вам хлопот, когда увидит, что вас много. Если хотите знать…
- Заткнись. Сколько у вас еды, девка?
- Мало.
Позови того, который в туннеле. Чтобы был здесь, на виду.
- Морг!
Морг не двигался с места, дрожа и бережно придерживая револьвер, который вдруг показался ему очень тяжелым. Он старался не дышать.
- Ну-ка, еще раз, да как следует. Я хочу, чтобы все прошло тихо-мирно, понимаешь? Что за удовольствие бегать за ним по туннелям. Чтоб был здесь, быстро!
- Морг! Иди сюда на минутку! Мне надо с тобой поговорить! - позвала Кокарда.
- Морг! - закричал потерявший голову Прутик. - Ради всего святого, поднимайся сюда! Они хотят нас убить!
- Прекрасно, - хладнокровно отметил рослый чужак. - Ухитрился все испортить, а? Жалость какая. Держите их на прицеле, парни. Я спускаюсь вниз. - Он перекинул свое тело на лестницу.
Дрожащий у подножия другой лестницы Морг навел револьвер на его спину и поспешно нажал на курок. Звук выстрела в замкнутом пространстве был оглушающим.
Выстрел вышел неудачный - пуля угодила в черепицу, никого не задев, но он имел один важный результат. Люди на галерее начали двигаться, стараясь убраться с линии огня и в то же время продолжая держать на мушке Кокарду и Прутика.
Прутик смотрел на отверстие, ведущее вниз. Оно казалось ему убежищем: если он сможет туда спуститься, то временно будет в безопасности. Морг был сейчас в безопасности, его не было видно; он мог сбивать ловцов мяса по одному, если бы у него хватило духу. Но ему всегда не хватало духу. Прутику вдруг представилось, как Морг сидит там внизу, слишком перепуганный, чтобы еще раз нажать на курок. И на самом деле, картина, сложившаяся в воображении Прутика, была недалека от действительности.
Кокарда также раздумывала, не пришло ли время кинуться вниз. Если она неожиданно бросится бежать, будут ли они стрелять в Прутика как в более легкую цель? Или она сама упадет под пулями? Горилла как-то говорил - а Горилла знал, о чем говорит, - что Лапы замечают быстрое движение и бросаются на бегущего, но если не двигаться, они тебя не заметят. Поэтому Кокарда не двигалась, если не считать спазмов в мочевом пузыре, и надеялась, что Прутик бросится бежать. В конце концов, она женщина, разве нет? Женщина может быть полезной для мужчин разными способами. Если Прутик не будет мешать, она, вероятно, как-нибудь с ними договорится.
- Беги, Прутик, - торопливо шепнула она.