Всего за 119 руб. Купить полную версию
– Это слабое место данной версии, – признался Данил. – Не могу подобрать данному факту никакого объяснения, кроме случайного совпадения или… Впрочем, это совсем уж притянуто за уши.
– И все же, я хотела бы услышать.
Данил смутился и даже слегка покраснел.
– Ну… Не знаю, кто из нас в данном переходе первичен, а кто последователь… Допустим, ты первична и в момент пересечения границы реальностей подумала обо мне… Кхм… Просто вспомнила в связи с чем-нибудь. А я в этот момент тоже подумал о тебе или, допустим, если переход совершался ранним утром, видел тебя во сне… Кхм… – В глаза Кире Данил не смотрел, а вперил взгляд вниз, словно выискивая на асфальте потерянную мелочь. – Последнее могу подтвердить.
– Так ты видел меня во сне? – Впервые за время этого разговора Туманова улыбнулась.
– Да.
– И что это был за сон?
– Я его не очень отчетливо помню. Тревожный какой-то. Ты все время исчезала, а я пытался тебя найти… Сон в руку, – грустно усмехнулся Воронцов.
– Да уж…
– Ну вот. Из наших обоюдных мыслей и снов возникла некая ментальная сцепка, которая и затащила меня следом за тобой в этот параллельный мир… Бред, я понимаю…
– Ну почему же… Вполне может быть, учитывая происходящее. Тем более этим утром я действительно о тебе думала.
– Правда? – как-то по-детски пылко вырвалось у него.
– Абсолютная. Вспоминала наше вчерашнее общение. Такой был замечательный день! Не то, что сегодня… Знаешь, а эта твоя версия мне нравится. И объясняет многое, кроме одного: почему вообще состоялся переход в параллельный мир? Первично. Но верить в нее как-то приятнее, чем в то, что меня кто-то пытается устранить из этой жизни и вполне успешно.
– Ну уж нет! – с жаром воскликнул Данил. – Я не позволю!
Лицо Киры снова озарилось той самой светлой лучистой улыбкой, за которую Воронцов готов был отдать все на свете.
– Мой рыцарь! – произнесла она и положила свою ладонь ему на запястье.
Несколько секунд Данил молча млел от ее прикосновения, а сердце его просто плавилось.
На землю его вернул простой вопрос:
– Ладно, с теориями все понятно. А что делать-то?
– Главная проблема всех этих теорий, – со вздохом ответил Данил, – что неизвестно, насколько каждая из них близка к истине и близка ли вообще. Это как с болезнью: пока не поставлен диагноз, непонятно, как лечить. Поэтому я тебе предлагаю следующее. Ко мне сегодня приехали четверо друзей из Питера. Кстати, все как один – болельщики "Зенита", так что общий язык вы, полагаю, найдете. Они частично уже в курсе дела (по крайней мере, в части твоего "электронного исчезновения"). Одна из них достаточно давно и плотно занимается эзотерикой. Если устроить мозговой штурм на шестерых, возможно у нас родится какое-нибудь решение нашей проблемы.
– Я не ослышалась, ты сказал "нашей"?
– Не ослышалась, – подтвердил Данил. – Если ты полагаешь, что я оставлю тебя в такой ситуации, то ты очень плохо меня знаешь, а думаешь обо мне, видимо, еще хуже.
– Ничего подобного! – запальчиво возразила Кира. – Я просто хотела сказать, что ты ввязываешься из-за меня непонятно во что. И неизвестно, чем тебе аукнется эта история…
– Да чем бы ни аукнулась! Тебя я не брошу!
– Даня, ты не представляешь, как я рада это слышать, но ты хорошо подумал?
– Более чем. Ты, Кира, выжжена у меня на сердце каленым железом. Круче татуировки – ничем не сведешь. Так что, давай уже закроем эту тему!
Глаза Киры даже засияли.
– Как я могу с тобой спорить, когда ты говоришь такие слова?! Я согласна закрыть эту тему и больше не открывать… Ну, где твои друзья? Мне уже не терпится с ними познакомиться.
* * *
День Изменения. 15:00–16:00.
– Ей богу, Данилу можно в разведке служить. Это же надо – скрывать от нас такое чудо!
Наташа очаровательно улыбалась, но глаза смотрели холодно, оценивающе. Кира вернула ей взгляд сторицей: любезная улыбка этой жгучей брюнетки нимало ее не обманула. В глубине души возникло даже подсознательное ощущение конкуренции. Туманова сразу поняла, что с Наташей теплых отношений у нее не получится, в отличие от остальных, показавших искреннее радушие.
– Вы очень любезны, – произнесла она. – Насчет "чуда" – явное преувеличение. А Данилу – пятерка за скрытность: мне он о вас тоже ничего не рассказывал, хотя у нас, как я поняла, много общего. Я про "Зенит".
– Сине-бело-голубые, хей, хей! – жизнерадостно гаркнул Олег. – Добро пожаловать в нашу банду, Кира. Мы вам рады.
– Спасибо.
– Может, сразу на "ты" перейдем? – предложила Эжени. – Так, право же, проще будет. Какие там "вы" между нами, зенитовцами?
– Я согласна.
– Заметано, – подытожил Серж. – Честное слово, рад был бы потрепаться с тобой о футболе, и при следующей встрече непременно так и сделаю, но сегодня у нас не так много времени. Мы уже успели пообещать Данилу непременно раскрыть твое дело, а слово мы привыкли держать. Поэтому, Кира, не расскажешь ли нам свою часть истории?
Туманова окинула взглядом всю компанию. Они ей нравились. Почти все. И дело было совсем не в общей фанатской привязанности к "Зениту": они импонировали Кире сами по себе (а она считала, что хорошо разбирается в людях). Да и тот факт, что с ними дружил Данил, говорил о многом: Воронцова просто тянуло к хорошим людям, ибо он и сам был таким же.
Олег казался бесхитростным рубахой-парнем, и, почти наверняка, был им. От Сержа прямо-таки веяло спокойствием и надежностью. Эжени… С ней все не так просто, и под спудом наверняка хранится заметно больше, чем на поверхности. Но подсознательно она к себе располагала, вызывая доверие и симпатию.
А вот "цыганка" Наташа – совсем другой коленкор. Нельзя сказать, что она – плохой человек (впрочем, для далеко идущих выводов Кира слишком мало была с ней знакома). Но эта брюнетка, похоже, сразу углядела в Кире соперницу… Интересно, в чем? Инстинктивное чувство конкуренции красивых женщин в компании, где есть мужчины, или все куда серьезнее и конкретнее? Если так, то речь может идти только о Даниле. Серж и Эжени, очевидно, – семья. Олег? Учитывая, что живут они в одном городе, Наташа, если б захотела, давно бы его уже окрутила. Да и какого-то особого отношения к себе со стороны Олега Кира не почувствовала. Присутствовали дружелюбие и объективная оценка ее привлекательности, но не более того. А вот Данил… Неужели Наташа на него запала? Не то чтобы это было очень уж удивительно, просто… Кира, сама себе не отдавая в этом отчета, привыкла воспринимать Воронцова, как некий постоянный атрибут собственной свиты, неизменного и преданного поклонника, на многое готового ради нее. И ей даже в голову не приходила мысль о том, что Данил, в общем-то, и сам по себе может оказаться привлекательным для других женщин, в том числе и весьма красивых. И что женщины эти могут попытаться прибрать его к рукам. Точнее, мысль-то приходила, но болталась где-то на периферии сознания в области событий с незначительной вероятностью.
Но тут, похоже, низкая вероятность сработала. Наташа, не влюблена, наверное, но настроена как минимум на легкий роман, и появление Киры ей оказалось очень некстати. Видимо, проницательно определив, какие чувства теснятся в сердце Данила, она автоматически перевела Туманову в разряд персон, чье присутствие поблизости весьма нежелательно. Еще недавно Кира восприняла бы подобную новость только с радостью. Во-первых, она была бы довольна, что личная жизнь ее друга налаживается, а во-вторых, его преданное курсирование поблизости существенно сократилось бы, в чем, пожалуй, тоже было больше плюсов, чем минусов. Но вот сейчас, как на грех, его роман был ну совершенно не вовремя. Именно в тот момент, когда Кира нуждается в нем больше всего, когда он является единственной связующей ниточкой между ней и тем восхитительным прошлым, где она была окружена любовью близких и множеством друзей, и в которое Туманова всей душой стремится вернуться, и появляется эта "цыганка". И отдавать ей Данила не хочется просто жутко. Не совсем еще ревность, но определенно уже соперничество.
"Нет, – решила про себя Кира, – так просто ты его не получишь. Не теперь. Подожди чуток. Вот разрулится это дело со всеобщей потерей памяти, тогда посмотрим".
Между тем молчание затягивалось, и требовалось что-то решать. Молчать из-за одной лишь Наташи, когда есть шанс с помощью друзей Данила найти решение? Ну уж нет! Кира Туманова не привыкла сдаваться и бороться будет до конца.
– Вы уверены, что хотите в это ввязаться? – спросила она для порядка. – История как минимум довольно странная.
– Обожаю странности! – улыбнулся Олег. Остальные только кивнули.
– Хорошо. Тогда слушайте.