Но побудить их к действию смог лишь обанкротившийся Рахмаэль бен Аппельбаум. Человек, преследуемый чудовищами-кредиторами, готовыми воспользоваться всеми его личными недостатками и секретами. Человек, пожелавший предпринять путешествие длиной в тридцать шесть лет, чтобы доказать, что кто-то ведёт нечистую игру в стране молока и протеина, находящейся по ту сторону врат "Телпора", куда может отправиться за пять поскредов любой взрослый терранин с целью…
Бог знает, с какой целью.
Он не питал иллюзий: ни Богу, ни доминирующей над ООН немецкой иерархии, а заодно и ТХЛ, ни к чему анализировать запись с шумом толпы на церемонии запуска капсулы времени, чтобы знать ответ.
А ему пришлось анализировать. Его работой были расследования, и он вдруг с растущим страхом понял, что, возможно, является единственным существом на Терре, реально способным разгадать эту загадку.
Правда, через восемнадцать лет космического полёта… За это время бессчетные миллионам и даже миллиардам (если точны экстраполяции) людей смогут отправиться с помощью "Телпора" в ужасающее путешествие в один конец.
"Если ты умен, - мрачно решил Мэтсон, - то никогда не соблазнишься путешествием в один конец. Куда бы то ни было. Даже отправляясь в Бойсе, штат Айдахо… или переходя улицу. В начале пути будь уверен, что сможешь добраться назад".
ГЛАВА 4
В час ночи сон Рахмаэля бен Аппельбаума был грубо нарушен - обычная процедура, поскольку разнокалиберные механизмы-кредиторы доставали его теперь круглосуточно. Впрочем, на этот раз это был не робот-кредитор в обличье хищника, а человек. Негр, маленький, с лукавой физиономией. Он стоял в дверях жилища Рахмаэля, держа в протянутой руке удостоверение личности.
- Я из Образовательно-менторской ассоциации наблюдения, - произнёс негр и добавил, что у него имеется лицензия пилота межпланетных перевозок класса "А".
Это разбудило Рахмаэля.
- Вы стартуете на "Омфале" с Луны?
- Если отыщу корабль. - Темнокожий человечек коротко улыбнулся. - Я могу войти? Мне хотелось бы проводить вас до ремонтного дока на Луне, чтобы не ошибиться. Я знаю, что ваши служащие вооружены, ведь иначе… - Он проследовал за Рахмаэлем в гостиную, которая была по сути и его единственной комнатой. Таковы уж были условия жизни на Терре. - Иначе "Тропа Хоффмана" уже с прошлого месяца перебрасывала бы на "Омфале" оборудование на свои купола на Марсе - верно?
- Верно, - согласился Рахмаэль, машинально одеваясь.
- Меня зовут Ал Доскер. Я невзначай оказал вам ещё услугу, мистер бен Аппельбаум. Завалил робота-кредитора, поджидавшего в холле. - Он продемонстрировал пистолет. - Полагаю, в суде это дело назвали бы "уничтожением собственности". Хотя, когда мы с вами уйдём, ни одно устройство ТХЛ не проследит наш путь. - Добавив вполголоса, что Аппельбаум сможет убедиться в этом лично, пилот похлопал себя по груди, увешанной "охотниками на жучков" - миниатюрными электронными приборами, засекающими присутствие видео и аудиорецепторов в непосредственной близости.
Вскоре оба мужчины уже поднимались на лётную площадку на крыше…
И вдруг Рахмаэль снова очутился в поселении.
- Эта еда моя, - сказал Фред.
"Боже мой, - подумал Рахмаэль. - Я снова здесь".
* * *
- Дело в том, - дружелюбно втолковывал Фред, волоча индюшачью ногу по заросшей сорняками земле, - что компьютер Субинфо облажался. Подсознательная информация, понятно? Они чинят его, но он успел многое передать правому полишарию или полушарию, как его там. - Оставив индюшачью ногу в покое, он протянул руку Рахмаэлю. - Маня зовут Стайн, - сказал он. - Льюис Стайн. Чёрт побери, я уже почти починил его.
Рахмаэль ошеломлённо пожал ему руку, гадая, что случилось с Доскером.
- Хотите узнать, каким образом я его чиню? - спросил Фред.
- Я предпочёл бы…
- Вот этим, - сказал Фред, указывая на свою индюшачью ногу. - Это специально сконструированный прибор, технологическое совершенство которого…
- Ты просто проклятая крыса, - сказал Рахмаэль. - Тебе и двух слов не связать. Я живу в крысиной норе с другими крысами.
- Нет, я высококлассный мастер по ремонту компьютеров, - возразил Фред (или Льюис Стайн) с обиженным видом. - Разве нет? - Он задумчиво уставился на индюшачью ногу. - Ты прав. Не-похоже, что этим можно чинить компьютер. Не полежать ли мне и не подумать ли над этим? Проблема в том, что я собираюсь съесть эту ногу. Если это и впрямь она. Видишь ли, пока я работаю над этим компьютером - а я занимаюсь этим сейчас, хотя тебе это неведомо, - мои мысли передаются тебе, поскольку я не смог отключить компьютер. То есть я могу его отключить, но это противнопоказано.
- Противопоказано, - поправил его Рахмаэль.
- Ага, противопоказано. Благодарю. - Фред не сводил с него глаз. - Ты тоже мастер по компьютерам?
- Слава богу, нет, - сказал Рахмаэль.
- Крысы весьма восприимчивы к телепатии, - сказал Фред. - Это было доказано ещё в 1978 году русскими. В общем они взяли и закрыли крыс в свинцовом контейнере, экранирующем все их мысли. Затем подсоединили этих тварей к энцефалографу. А потом… - Фред ухмыльнулся. - Смотри: они убили крыс. Знаешь, что показала энцефалограмма?
- Прямую линию, - сказал Рахмаэль.
- Верно. И тогда они быстренько привели экстрасенса. Тот послал свои мысли мёртвым крысам, и энцефалограф показал активность их мозговых волн. Правда, здорово?
- Эти русские сродни фашистам, - горячо сказал Рахмаэль, которого эта история не позабавила.
- Признайся, что они ловко придумали, как доказать телепатические способности крыс? - настаивал Фред.
- Нет, - возразил Рахмаэль. - Это доказывает лишь телепатические способности экстрасенсов.
- Я тебе башку разобью вот этим разводным ключом, - сказал Фред, покрепче хватаясь за индюшачью ногу. - Все великие научные открытия были сделаны крысами - и делаются крысами.
- Были сделаны благодаря использованию крыс, - поправил Рахмаэль. Он видел, что Фреду никогда не поднять индюшачью ногу с земли.
- Крысы сдерживают прирост человеческого населения, - заметил Фред, оставив попытки поднять ногу. - Это объяснил нам Авва перед смертью. А ещё он объяснил, куда мы уходим, когда умираем.
- Я знаю, - сказал Рахмаэль. - Я там был. И я его слышал.
* * *
Площадка на крыше вновь материализовалась, замещая заросшее сорняками поселение, и Фред исчез вместе с индюшачьей ногой.
Доскер поставил свою маркированную под такси летягу чуть в стороне.
- Садитесь, - пригласил он.
- А я всё время здесь был? - спросил Рахмаэль.
- Прости, не понял? - отозвался Доскер, посмотрев на него.
- Да ладно, стушевался Рахмаэль.
Космолёт выглядел довольно заурядно. Но когда он взмыл в ночное небо, Рахмаэля удивила скорость, и он вынужден был признать очевидное: аппарат обладал необычной тягой. Они разогнались до трёх с половиной маков за несколько наносекунд.
Управляя летягой, Доскер полез в бардачок, извлёк индюшачью ногу и принялся грызть её. Рахмаэль изумлённо уставился на него.
- В чём дело? - осведомился Доскер. - Никогда раньше не видел индюшачьей ноги?
- Всё в порядке, - сказал Рахмаэль. - Отличная индюшачья нога. Просто классная. - И он погрузился в молчание.
Компьютерный сбой. Но над ним работают. Неужели он действительно получает указания от крысы? Впрочем, нежный и мудрый Авва уже отправился за своей небесной наградой. Но он возродится, Авва всегда возрождается. Примерно раз в год. Ведь он их вечный вождь.
- Указывайте мне дорогу, - говорил Доскер, вгрызаясь в индюшачью ногу. - Ведь даже у нас в "ОбМАН Инкорпорейтед" нет данных о том, где вы держите "Омфал". Вы неплохо спрятали его, либо мы начинаем терять чутьё - а может, и то и другое.
- Хорошо. - Установив шарнирный рычаг над трёхмерной картой Луны, он взял указатель и начертил маршрут, доведя кончик указателя до углубленной впадины, где вокруг "Омфала"…
"Когда же он перестанет грызть эту проклятую ногу?" - подумал Рахмаэль.
…суетились его техники. Работали, ожидая компонентов, которые никогда не поступят.
- мы сбились с курса, - рявкнул вдруг Доскер. Он сказал это не Рахмаэлю, а в микрофон на пульте. - Чёрт, нас сцапали.
Сцапали - жаргонное словечко. Рахмаэля охватил страх, поскольку это означало, что они подхвачены полем, которое столкнуло маленький космолёт Доскера с его траектории. Пилот немедленно запустил ракетный двигатель Ветстон-Милтон, пытаясь вернуться на прежний курс… но поле продолжало удерживать аппарат вопреки мощной тяге двойного двигателя, действующего реактивными струями, препятствуя усилиям невидимого поля, которое отмечалось лишь приборами на пульте.
После напряжённой, безмолвной паузы Рахмаэль осведомился у Доскера, куда их тащит поле.
- Разумеется, с Третьего на Л-курс, - лаконично ответил Доскер, откладывая наконец в сторону индюшачью ногу.
- Значит, не на Луну. - Теперь ясно было, что они не достигнут стоянки "Омфала". Но куда они в таком случае прилетят?
- Мы на Т-орбите, - сказал Доскер.
Они не покинули земную орбиту, несмотря на тягу спаренного Ветстон-Милтона. Доскер неохотно, словно признавая поражение, выключил двигатель. Их запас топлива оказался опасно низким: если поле отпустит, они станут кружить по орбите, не имея возможности выйти на траекторию, которая привела бы их к посадке на Луне или на Терре.