- ПРЕЖДЕ ЧЕМ СГОРЕТЬ И РАЗВАЛИТЬСЯ, АППАРАТ ПРОЛЕТЕЛ НАД ЗЕМЛЕЙ ЧЕТЫРЕ ТЫСЯЧИ КИЛОМЕТРОВ. МЕНЬШЕ, ЧЕМ ЗА 54 МИНУТЫ. ЗА НИМ СЛЕДИЛИ РАДАРЫ, ТАК ЧТО ЦИФРА ПРИМЕРНО ТОЧНА.
- ПРИЗНАЮ: В СОРОК ВОСЬМОМ ГОДУ С ТАКИМИ СКОРОСТЯМИ НИКТО ЕЩЕ НЕ ЛЕТАЛ. НО КАК ПОВЕРИТЬ, ЧТО ЗЕЛЕНОКРОВНЫЙ КАРЛИК, БЕЗЗУБЫЙ УРОДЕЦ С ЧЕТЫРЬМЯ ПАЛЬЦАМИ, МОЖЕТ ПИЛОТИРОВАТЬ КОСМИЧЕСКИЙ КОРАБЛЬ?
- У ТЕБЯ, ЗАБЫВЧИВЫЙ, ПЯТЬ ПАЛЬЦЕВ ЛИШЬ ПОТОМУ, ЧТО ТЫ ПРОИЗОШЕЛ ОТ КИСТЕПЕРОИ РЫБЫ ДЕВОНСКОГО ПЕРИОДА, С ПЯТЬЮ РАСЧЛЕНЕНИЯМИ НА ПЛАВНИКАХ.
- ТОГДА, ЭОНА, Я ХОЧУ УВИДЕТЬ ЛЕТЕВШЕГО УРОДА В ЛИЦО.
В Палермо самолет из Рима приземлился поздно вечером. Было тепло и сухо. Средиземноморские звезды висели над самым аэродромом, как под куполом планетария. Даже на бетонных плитах чувствовался терпкий запах кипарисов. От самого трапа до низкого вокзальчика прибывших сопровождала дюжина бравых карабинеров.
- В Риме нас встречали сестры с Евангелием и распятиями, а здесь - черти с автоматами, - услышал я разговор двух попутчиц-монахинь. Одна из йих - чуть ли не на голову выше меня - широко перекрестилась.
В таможенном зале висел во всю стену плакат:
ВО ИЗБЕЖАНИЕ ОТРАВЛЕНИЙ УПОТРЕБЛЯЙТЕ ВСЕ ПРОДУКТЫ В ПИЩУ ТОЛЬКО ПОСЛЕ ТЩАТЕЛЬНОЙ ТЕРМИЧЕСКОЙ ОБРАБОТКИ. ПОМНИТЕ: ПРИЧИНЫ ЭПИДЕМИИ ВСЕ ЕЩЕ НЕ УСТАНОВЛЕНЫ!
- Что за эпидемия? - тихо спросил я у таможенника, кареглазого крепыша с лунообразным свежим шрамом на левой скуле.
- Разное говорят люди, синьор. Одни - что от масла оливкового, другие напирают на тухлую воду.
Кто во что горазд. В общем, - на сегодняшнее утро окочурилось 178 человечков. Прими их с миром, вседержитель. - Он поднял глаза к потолку. - Пожалуйста, раскройте, синьор, чемодан. Съестное наличествует?
Кареглазый аккуратно отложил в сторону все, чем я хотел порадовать Учителя: две буханки бородинского хлеба, банку селедки, целлофановые пакетики с клюквой.
- Продукты, синьор, конфискуются. Ввоз их строго воспрещен. Разве вас не поставили в известность в Риме при вылете? Кстати, нужна ли вам справка о конфискации?
- Обойдусь без бумажек, - улыбнулся я, - Хотя ума не приложу: как вы сможете подвергнуть селедку специальной термической обработке?
Крепыш мне подмигнул и сразу же занялся монашками. Я пересек пустынный зал, сел в такси.
- Отель "Конхилья д'Оро", - сказал я шоферу. - И, пожалуйста, парочку свежих газет.
- У меня, синьор, только "Голос Палермо", Другие можно купить по дороге, если немного завернуть в сторону церкви Сан Джованни, она, между прочим, двенадцатого века.
- Тогда прямо в "Золотую раковину".
Добрую треть первой полосы занимал снимок мужчины в луже крови и с раздробленным черепом. "Новая мафия, - гласила подпись. - Подпольное правительство Италии, твердо стоящее на двух китах - торговле наркотиками и коррупции. Взрыв террора в столице мафии Палермо: уже сто третье убийство только в этом году".
Я начал вчитываться в перепечатку из лондонской "Санди тайме". Оказывается, мафиози давно уже вместо спекуляции недвижимостью и строительными подрядами переметнулись к покупке игорных домов, похищениям людей и торговле наркотиками. "Конкуренция в этой торговле столь высока, что кровавая война между кланами не прекращается. Каждую неделю совершается очередное убийство или загадочное исчезновение новой жертвы. В Палермо поговаривают, что бетонные фундаменты новостроек на окраинах города превратились в склепы, забитые трупами мафиози". Главари кланов давно уже установили прямую связь - Палермо - Нью-Йорк".
Об эпидемии "Голос Палермо" ничего не сообщал, зато на третьей полосе, сверху, большими жирными буквами значилось:
БЕСЧИНСТВА ИНОПЛАНЕТЯН ПРОДОЛЖАЮТСЯ. ВЧЕРА ПРИШЕЛЬЦЫ НАГЛО СПАЛИЛИ ИКС-ЛУЧАМИ РОЩУ МИНДАЛЬНЫХ ДЕРЕВЬЕВ В ОКРЕСТНОСТЯХ АГРИДЖЕНТО.
Ниже пестрело изображение "летающей тарелки", смахивающей на перевернутый гриб-боровик. Жалкая эта липа выдавалась за фото (правда, любительское), сделанное одним мучившимся бессонницей шофером. Под "боровиком" шла такая уж махровая несусветица, что я поспешил перевернуть страницу. И вот удача! - дальше шло интервью с Учителем под заголовком "Сад приязни и развлечение души". После перечисления его заслуг, сильно преувеличенных, как и полагается при публикации беседы с иностранцем, корреспондент повел бойкую беседу:
Корреспондент: Дорогой профессор, правда ли, что вы поклялись раскопать на холме Чивита и вернуть хозяевам серебряный глобус, который не сможет поднять ни один подъемный кран?
Профессор: Поскольку глобуса никто уже много веков не видел, я, видимо, клясться должен бы был здешнему королю Рожеру Второму. Ведь это по его приказу арабский мудрец ал-Идриси руководил постройкой серебряного подобия небесного свода и большого круга, изображавшего поверхность нашей планеты. На мерцающем диске были выгравированы семь климатов земли, "с их странами и областями, берегами и полями, течениями вод и впадениями рек", как писал ал-Идриси в манускрипте "Развлечение истомленного в странствии по областям". К манускрипту было приложено 70 отдельных карт.
Что касается подъемного крана, то судите сами: серебряное чудо весило около шестидесяти пяти тонн.
Корреспондент: Из такой серебряной груды можно отлить не один подъемный кран! Но, извините, для вашего серебряного чуда нужно было и помещеньице немалое…
Профессор: Полагают, то была древняя норманнекая башня, видимо, известная и вам, поскольку она рядом с вашей редакцией. Кстати, спустя пять веков после безвозвратной гибели глобуса в башне разместилась обсерватория.
Корреспондент: Вы немного противоречите сами себе, профессор. Как можно найти глобус, который погиб?
Профессор: Так полагает большинство ученых.
Примерно в 1160 году здесь, в Палермо, восстали недовольные новым королем, Вильгельмом Дурным, как вы помните. Среди прочего восставшие растащили по частям и глобус.
Но я придерживаюсь другого мнения. Во-первых, глобус был сооружен не в Палермо, а в крепости Чивите, это не так уж и далеко. Чивита основана примерно в те же времена, что и Палермо, но в Чивите явно преобладает эллинская культура, а король Рожер, хотя и был норманном, обожал Древнюю Грецию. Кстати, в Чивите он пребывал иногда по полгода.
Далее. Вряд ли престарелый ал-Идриси пережил бы гибель своего детища, тем более вряд ли стал писать для Вильгельма Дурного продолжение своего бессмертного труда. Он же, представьте себе, написал. Я говорю о сочинении "Сад приязни и развлечение души" с семьюдесятью тремя картами. Это и позволяет мне надеяться, что серебряный глобус отыщется в Чивите.
Корреспондент: Ваша гипотеза не лишена убедительности.
Профессор: Это не только моя гипотеза. О судьбе глобуса в свое время блестяще написал наш русский поэт и историк Сергей Николаевич Марков! И знаменитый арабист академик Крачковский руку тоже приложил. Стоим на плечах гигантов, как говаривал Ньютон.
Корреспондент: Когда вы надеетесь откопать глобус?
Профессор: Пока еще не известно, где именно в Чивите располагалась обсерватория. Но мы ищем не только глобус - мы копаем город.
Корреспондент: Ползут слухи, что в связи с эпидемией многие участники вашей экспедици спешно покинули Сицилию…
Профессор: Это не слухи. Уехало семеро - американцы, турки, шведы, француз… Это их право:
Мы никого не удерживаем. Но раскопки идут. И будут продолжены.
Корреспондент: И посторонний вопрос, профессор. В связи с той же загадочной эпидемией поговаривают, что она вызвана вмешательством в земную жизнь пришельцев то ли со звезд, то ли из будущего…
Профессор: Наука оперирует не сплетнями, а фактами. Что касается пришельцев, то археология имеет дело только с пришельцами из прошлого: это добываемые из земли предметы старины. Они выставлены во всех музеях.
Корреспондент: Извините, не замечали ли вы по ночам над Чивитой "летающих тарелок"?
Профессор: В отличие от астрономов археологи ночью спят.
С газетой под мышкой я ворвался в номер Учителя.
- Поздравляю, Сергей Антонович! Сногсшибательное интервью!
Учитель лежал, вернее, полусидел на трех подушках. Он немного похудел, выглядел усталым. Интервью он просмотрел мельком и отложил газету рядом с собою на кровать.
- Здорово работают, дьяволы. Сегодня после обеда без разрешения ввалились ко мне со своими легкомысленными вопросами, а вечером уже тиснули. - Он слабо мне улыбнулся. - Молодец, что все поняли и примчались, Олег. Сердце у меня прихватило, притом основательно. Не меньше недели придется еще проваляться.
Я как броненосец с пробоиной под ватерлинией. Сверху ничего не заметно, но чувствую: потихоньку зарываюсь в волны…
- Пробоину заделаем, Учитель, - бодро сказал я. - Вот привез мумие, облепихового масла, спелой боярки. Хорошо, что догадался положить в портфельчик, а не в чемодан. Не то отобрала бы таможня вместе с селедкой и черной икрой, под предлогом эпидемии. Неужели и впрямь чуть ли не двести смертей?
- Плюс втрое больше потерявших рассудок. Вообще здесь закрутилась странная карусель. Видения Мурата - детский лепет по сравнению с местной чертовщиной. Надеюсь, подарок Марио таможенники не конфисковали?
Я выложил Учителю на ладонь двухголовую ящерку в облачке ваты. Он развернул, внимательно со всех сторон осмотрел.
- Учтите, Олег, возможно, это ключ к разгадке непонятных событий последних двух месяцев, включая эпидемию.
- Эпидемия! Странная карусель! Чертовщина! Инопланетяне! - не удержался я. - Да объясните, умоляю, что здесь происходит?
…А происходило следующее.