Бюрершу опустили на пол, и ко мне подошел контролер. Я почувствовал, как подо мной вертикально поднимается лежанка, я сам и подушка оставались на месте. Видимо, этой бригаде было нетрудно нейтрализовать законы тяготения.
Он придвинулся ко мне совсем близко, от него пахнуло лавандой и пылью, как пахнет в провинциальных библиотеках, где низкооплачиваемые тетки используют дешевые цветочные духи.
И снова сводящий с ума взгляд расширяющихся зрачков….
БАР. ПРОВОДНИК (продолжение)
- Ладно, Макс, не грузись, - сказал Корень. - Белыч хороший проводник. Мне его здесь многие рекомендовали. Я договорился за две с половиной штуки. Если честно говорить, то больше у меня и нет с собой. Две тысячи платим здесь, авансом, оставляем у Скулла, остальное при выходе за периметр у первого банковского терминала. Нормально, ага?
- Наверное, - безразлично ответил я, кусая остывший шашалык.
- Кто это здесь с тобой был? - паранойя Петровича не отпускала не на секунду.
Я жевал, и молчал, а ответил за меня наш проводник:
- Тачкин это. Сталкер бывалый, но трусоват. Ни на что серьезное его не подпишешь. Здесь таких хватает, вроде рыб-прилипал при серьезных людях: про баксы услышал, утерпеть не мог, чтоб не попытаться сотню-другую подзаработать.
Что ж, хорошая версия. Удобная. Пусть так и будет.
Я согласно кивнул, продолжая перемалывать уже ставшее резиновым мясо. Петрович налил в три рюмки и сказал традиционное:
- Ну, за знакомство! И за успех нашего безнадежного начинания!
Пришлось выпить.
Водка оказалась мерзкой; теплой с продолжительным послевкусием. Едва из пищевода обратно не рванулась. Прав был Тачкин - такую гадость только одним глотком и можно в себя заправлять.
- Так куда пойдем-то? - Белыч невинными глазами посмотрел сначала на меня, потом на Корня.
- Это тебе Макс с утра расскажет, - Петрович отмахнулся от него, и разлил остатки водки по стопкам. - Он у нас местность немного по картам изучал, с него и спрос. Но! - Он многозначительно поднял вверх указательный палец. - Завтра! Перед выходом!
- Не-е, братаны, так здесь дела не делаются! - Наш проводник поставил водку на стол. - От того куда пойдем - зависит состав снаряжения, который мы на себе попрем. Если, к примеру, на Янов, то жрачкой надо запастись - вроде и недалеко, а такими зигзагами идти придется! Если на Болота, то, соответственно, сапоги резиновые, дробь крупная, ну и так, по мелочи всякого. Для Лиманска хитрая электроника нужна. А на ЧАЭС я вообще не пойду, ни с вами, ни без вас. Каждое место индивидуального подхода требует. Вы ж на Большой земле на рыбалку не во фраках ходите?
Определенный резон в его словах был: чем изначально лучше подготовишься к дороге, тем легче она тебе покажется. Петрович напрягся, видно было, что не хотелось ему раскрывать цель путешествия до последнего момента, но проводник был кругом прав.
Корень опрокинул в себя свою порцию алкоголя, пробормотал что-то вроде "херня-война, выбирать не приходится", задумчиво посмотрел на потолок и сказал:
- Белыч, дорогой, закажи еще водки, ага? Нам с племяшом пошушукаться надо.
Сталкер без возражений поднялся и пошел к барной стойке к лысому Скуллу.
- Что думаешь, Макс?
- А чего здесь думать-то? Наверное, он прав. Мы ж не можем идти без проводника? А любой проводник своей шкурой дорожит, и, конечно, хочет вернуться. Поэтому его постановка вопроса вполне справедлива.
- Но я его на срок нанимал! На три дня. Да оставь ты в покое свой свинячий шашалык!!!
- Что это меняет? Если все, что здесь написано, - я показал шампуром на выложенный на стол ПДА, - правда, то лично я б не только выяснял конечную цель, но постарался бы каждый свой чих детально расписать. Чего боишься-то? Что "Долгу" настучат? Наплюй! Здесь, судя по рожам, у каждого есть что скрывать. Да и некогда долговцам с нами возиться - им мутантов гасить нужно и незаконный оборот нарко… тьфу ты! артефактов конечно! пресекать. Конкурентов с Большой земли, ты говорил, быть не должно. Про местных мы ничего не знаем. Не думаю, что будет как-то особенно плохо, если он не завтра, а сегодня про Рыжий лес узнает.
- Ну да, наверное. Как-то не по себе мне здесь. Предчувствия паршивые. Старость, может быть?
- Да ладно кокетничать, Корень! Мне б в твои годы таким живчиком быть! И вообще, сам подумай, Петрович: нас сюда такая цепь случайностей привела, что ждать подставы - по меньшей мере глупо. Да и его ты сам выбирал из многих.
Белыч уже получил заказанную водку, но к нам присоединяться не спешил, оставаясь возле протиравшего очередной стакан Скулла.
Видимо, Корень сделал свой выбор; он повернулся к Белычу и призывно махнул рукой.
Сталкер подошел, поставил полулитровую бутыль на стол, сел и выжидательно посмотрел на Петровича.
- Ну, еще по одной? - ответил тот на немой вопрос.
- Сначала дело, брат, - упрямо замотал головой проводник, - а то по пьяни подпишусь хрен знает на что, доказывай потом…
Что он собирался доказывать - осталось для нас тайной.
- Макс расскажет, - Петрович демонстративно отвернулся, давая понять, что умывает руки.
- В Рыжий лес нам нужно. Не знаю, как точно место называется, но по карте, - я взял ПДА, и вывел на экран нужное изображение, - вот здесь где-то. Точнее сказать не могу, потому что точные ориентиры придется там поискать.
- Здесь? - переспросил Белыч, и его палец ткнулся в экран, - Это где дорога обрывается в холм, а вокруг аномальное поле?
- Не знаю про поле, я там не был, но, кажется где-то здесь.
- И что ж вас туда несет?
- На месте увидим. Наводка есть на гнездо псевдоплотей, Петровичу не терпится башку такую уродливую над камином на даче повесить. Может, просто так прогуляемся, а если ориентиры найдем - вообще хорошо, значит, гнездо отыщем. Полагаю, тогда нам с тобой Петрович премию выпишет. Да, дядя?
- Ага, - буркнул босс, - с тринадцатой зарплатой вместе.
- Выпишет, - я, в меру своего понимания, перевел заявление Корня на понятный сталкеру язык. - Только вот еще что: если все будет удачно, скорее всего, придется внутрь горы лезть. ПНВ нужны, фонари мощные, аккумуляторы. У нас только один комплект. Найдешь?
Белыч молчал, что-то обдумывая. Мы с Корнем успели пропустить еще по одной рюмке, когда он ответил:
- ПНВ с фонарями найду. Только за подземелья доплатить придется. Не люблю я их.
- Сколько? - Я ожидал чего-то подобного, а Петрович опять нахмурился.
- Час внизу - сто баксов. Нормальная цена.
- Ты ж понимаешь, что здесь у нас таких денег нет? Только при окончательном расчете.
- Годится. Тогда, если все решили, выходим завтра, - сталкер посмотрел на часы, - нет, уже сегодня в девять. Снарягу я подберу на вас двоих. Стволы есть?
- Ага, - Петрович показал мои "Глоки".
- Несерьезно это, - скривился проводник, - ладно, придумаю что-нибудь. Все, я пошел готовиться. И вам бы тоже лучше не увлекаться беленькой, отдохнуть чуток. Встречаемся в девять у блокпоста.
Заканчивали поздний ужин мы с Корнем вдвоем и молча. Навалилась усталость последнего дня, и обоим было о чем подумать.
Корень расплатился со Скуллом, оставил ему обещанный проводнику аванс, и мы пошли устраиваться на ночлег.
Место нашлось в каком-то железнодорожном контейнере, обитом снаружи гофрированным картоном. Такой же картон был постелен на деревянных лежаках, подушками послужили наши жесткие рюкзаки. Перед входом несколько сталкеров жгли костер.
Не раздеваясь и не снимая обуви, повалились на пустые лежаки. Сон пришел сразу, тяжкий, мутный, глубокий и беспокойный одновременно.
В Рыжий лес. Начало дороги
Сработал будильник, встроенный в ПДА, и пришлось просыпаться. Петрович лежал на своей лежанке, пялясь в низкий потолок контейнера. Я сел, зевнул, потянулся и сказал:
- Доброе утро, Петрович! Пошли, босс, на учет к коменданту вставать. А то без его черных меток не выпустят с территории.
Корень все так же молчал. Черт его знает - что ему за ночь придумалось, но разговаривать он явно не был расположен. Кряхтя, он поднялся, взял рюкзак за лямки и куда-то побрел. Вот уж никак от него не ожидал! Такой всегда активный, даже в приступе ярости - неисправимый оптимист, сейчас он был похож на старого еврейского ростовщика, какими их изображают на средневековых гравюрах: сгорбившийся, злой, какой-то весь нелепый. Такого Корня я еще не видел.
- Эй, Петрович! - Я догнал его, - что случилось?
Не останавливаясь, он посмотрел на меня. Белки его глаз были розово-красными, веки опухшими, под глазами мешки едва не больше его круглых щек, ставших вдруг рыхлыми и обвисшими. Кожа бледная, на носу появилось множество больших черных точек. Проросшая щетина завершала видимый этап перерождения преуспевающего банкира в охотника за сомнительными сокровищами. Он быстро и хрипло дышал, неглубоко, часто и широко открывая рот, пытаясь проглотить больше воздуха. Сердце прихватило?
- Старый я стал, Макс. Скоро ведь шестьдесят уже, а я все как мальчишка в казаки-разбойники играю. Не пойму, что на меня нашло там? Разве плохо мне было в моем банке? Зачем я здесь? - Он надолго закашлялся и сплюнул себе под ноги сгусток мокроты с явными вкраплениями крови. - Вот, - добавил виновато, - десны распухли, протез давит, кровь пошла.
Я его совсем не узнавал: от этого человека мне пришлось прятаться в таких местах, на которые по телевизору-то смотреть страшно! А он просто старая развалина!