- Больше нет… У нас их больше никто не видел. Тем не менее мы сочли необходимым посадить "Ветер времени" в другом месте.
- А на главном космодроме кто-нибудь еще бывал? - вопрос прозвучал невинно, но в глазах Геворга Кирилл прочитал откровенную насмешку.
- Бывали. - Бардов продолжал поглаживать бороду. - Там установлено регулярное наблюдение. Кроме того, из диспетчерского бункера автоматически велась киносъемка.
- И что же?
- Ничего. На кинокадрах посадочная плита пуста, и в ее окрестностях ничего подозрительного не возникало.
- Вполне естественно, - усмехнулся Геворг, - давно известно, что призраки, привидения, вампиры и прочая нечисть на кино- и фотопленке не фиксируются.
- Относительно призраков не знаю, - спокойно заметил Бардов, - не приходилось ими заниматься. Но миражи, коллега, удается сфотографировать. Кстати, тут на Марсе миражи не редкость.
- Вы хотите сказать… - начал Геворг.
- Нет, я сказал все, что хотел. Прошу еще вопросы, если они есть?
- Остается ли на пятую смену кто-нибудь из числа наблюдавших… "Фантом Азария"? - спросил Кирилл.
- "Фантом Азария", - задумчиво повторил Бардов. - Неплохо… Можно принять это в качестве названия проблемы. "Казус Азария" мне не очень нравилось… В нем что-то от терминологии юристов… Нет, коллега, никто не остается. Все-таки у нас нет стопроцентной уверенности, что это не заболевание.
- Интересно, а что думает по этому поводу главный медик четвертой смены? - спросил Геворг.
- Разрешите? - Мак взглянул на Бардова.
- Разумеется, коллега.
- Это не заболевание в общепринятом значении слова, - начал Мак, - это ранение… Если хотите, травма, наносимая мозгу каким-то еще неизвестным нам явлением, скорее всего излучением, связанным с возникновением фантома. Думаю, даже уверен, что мы еще столкнемся с ним. Среди многих загадок Красной планеты эта представляется одной из наиболее интересных и, пожалуй, наиболее опасных… Я полностью согласен с нашим шефом, что ей следует посвятить максимум внимания.
- Можно еще один вопросик? - поднял руку Геворг.
- Попробуйте, - кивнул Бардов.
- А о наших соседях из Западного полушария никто не думал? Наступило длительное молчание.
- Нет, почему же, думали, - сказал наконец Бардов. - Они попросили захватить на Землю одного парня из их смены. Он болен два месяца, а их корабль появится тут через год… Судя по тому, что сказал мне профессор Джикс, их босс, у этого парня - его завтра привезут к нам - те же симптомы, что у Азария…
* * *
На следующее утро в кабине Кирилла раздался мелодичный сигнал внутреннего телефона. Личные помещения "марсовщиков" на главной Базе назывались кабинами. Размер кабин был стандартный - два с половиной метра на три с половиной при двух с четвертью метра высоты. Рядом - туалет и душевая - одна на две кабины. Соседом Кирилла оказался Сергей, радист и радиоастроном новой смены; он с момента их прибытия на Базу не вылезал из центральной радиорубки. В каждой кабине имелась койка, днем превращаемая в диван, стол для работы, кресло, стенной шкаф и стеллаж для книг. Над столом - телевизионный экран, телефон и небольшой пульт управления с регулятором кондиционера, пылесоса, освещающих устройств, часами и указателем внутренней и наружной температур, силы и направления ветра, уровня радиации.
Кирилл услышал сигнал телефона из душевой. Пока он набросил халат и прошел в свою кабину, сигнал повторился дважды.
Он торопливо взял трубку:
- Кирилл Волин слушает.
- Доброе утро, коллега, - загудело в трубке. - Надеюсь, не разбудил. Это Бардов.
- Доброе утро, профессор.
- Оставьте вы этого профессора, коллега. Меня зовут Никита, для краткости Ник. Вы не очень заняты? Могли бы заглянуть ко мне?
- Прямо сейчас?
- Ну, скажем, в пределах десяти минут.
- Хорошо, буду.
Быстро одевшись и захватив папку со своей программой, Кирилл направился к шефу. Когда он поднялся в коридор, где рядом с кают-компанией находилась кабина начальника марсовки, навстречу ему попался Ге-ворг. При виде Кирилла на узком, худом лице геофизика, обрамленном щеголеватой бородкой стиляги-сатира, появилась усмешка.
- Ну, держись, спец по працивилизациям, - шепнул Геворг, ткнув Кирилла пальцем в живот.
Кирилл постучал и приоткрыл дверь.
- Прошу, - пробасил Бардов, поднимаясь ему навстречу.
Кабина начальника отличалась лишь тем, что в ней было не одно, а два кресла, а над столом вместо одного телефона - три и еще небольшой коммутатор. Усадив Кирилла возле стола, Бардов вопросительно глянул на его папку.
- Там что?
- Моя программа, обоснование, намечаемые районы работ… Я…
- Да-да, помню, - прервал Бардов, поглаживая бороду. - Читал ваши статьи и монографию, коллега. Занятно… Хотя я лично не со всем согласен. Впрочем, мои мысли на сей счет - мнение дилетанта. Да… Для начала хотел просить вас заняться кое-чем иным… Вы, конечно, догадываетесь? Проблема "Фантома Азария"… Интересно, не правда ли? Вы ведь не только антрополог, историк, археолог, вы и врач-психиатр, не ошибаюсь?
- Это раньше… Я давно не практиковал.
- Неважно. Здесь вы единственный среди нас такой специалист… Мак - терапевт широкого профиля, а врач, прибывший с вашей сменой, - хирург. Я хочу просить вас возглавить проблему "Фантома Азария". Мак и я будем вам помогать…
- А моя программа? Институт, который рекомендовал меня для участия в экспедиции…
- Э, дорогуша, тут у нас у каждого по нескольку программ. Времени в вашем распоряжении уйма. К тому же, - Бардов многозначительно поднял палец, - кто знает… куда вас может завести "Фантом Азария".
- Вы хотите сказать, - начал Кирилл, широко раскрыв глаза, - хотите сказать, что…
- Я всегда хочу сказать то, что говорю, - прервал Бардов. - Постарайтесь запомнить это, коллега Кир. Проблема "Фантома Азария" возникла неожиданно, никакими программами, естественно, не могла быть предусмотрена. Пока все, с ней связанное, - великое неведомое, которое надо постараться прояснить… У каждого из нас были и есть свои "кочки зрения" не происшедшее. Вот, например, прибывший вместе с вами коллега Геворг утверждает, что фантома Азария вообще не существует. Что ж, и это возможная "кочка зрения"…
- Но доказать, что чего-то не существует, невозможно, - заметил Кирилл.
- Именно. Поэтому, если, занявшись фантомом, вы ничего не обнаружите, придется признать, но только с определенной долей вероятности, что самой проблемы действительно не существует. Имели место нервные расстройства, связанные с индивидуальными особенностями психики отдельных участников экспедиции. Надо постараться установить, какие особенности человеческой психики противопоказаны участникам марсианских экспедиций и почему. Думаю, никто лучше вас с такой задачей не справится.
Кирилл с сомнением покачал головой:
- Все это так далеко от моих нынешних научных интересов… И еще одно: участники экспедиций на Марс - и у нас, и у американцев - проходят такие тесты и такую массу проверок, что кандидат с минимальными психическими отклонениями от нормы наверняка будет отсеян.
- Человеческий мозг всегда был и остается великим неведомым, коллега. Да вы знаете гораздо лучше меня. А вот относительно подготовки американцев, выясните подробно, когда привезут их… больного. Обстоятельства заболевания тоже. Потом их данные сопоставим с нашими.
- Кажется, вы считаете, что я уже дал согласие? - недовольно заметил Кирилл.
Широкое красное лицо Бардова озарилось лучезарнейшей улыбкой.
- Я не сомневался, коллега. Именно поэтому просил вас… а не приказывал. Думаю, что вам сразу после старта "Ветра времени" надо побывать у наших американских друзей. Уточнить на месте, как получилось с их парнем. Впрочем, программу работ по проблеме "Фантом Азария" вы разработаете сами. В любое время привлекайте для этого Максима и меня… Программу вы представите на утверждение ученого совета нашей пятой смены, скажем, ровно через четыре недели. Вам все ясно, коллега?
- Пока да, - мрачно сказал Кирилл, поднимаясь.
- Ну, так с богом, как говорили в старину.
"Черт бы тебя побрал, - подумал Кирилл, выходя, - вместе с твоим богом, "Фантомом Азария" и моим идиотским назначением. Хорошо же буду выглядеть, когда придется отчитываться в Институте после возвращения… Возвращения… - внутри что-то больно кольнуло. - До него еще двадцать семь земных месяцев… если все обойдется благополучно"…
Спускаясь по лестнице на свой этаж, Кирилл приоткрыл металлическую штору иллюминатора и глянул наружу. Окрестность была задернута красно-бурой пыльной мглой. Начинался ураган…