Всего за 119 руб. Купить полную версию
Лорд нас не выдаст. Потому что если он выдаст нас, он тем самым выдаст себя. А Лорд этого не захочет. Она смотрит вверх, в потолок и продолжает, словно читая на нем невидимый текст: Но, знаешь, я обязана поставить тебя в известность: сегодня ночью я вошла на сайт «Терры» и зарегистрировалась там на отъезд Визу, то есть согласие меня принять, получила через десять минут.
Я не сразу понимаю, что она имеет в виду.
А когда понимаю, то приподнимаюсь на напряженных локтях.
С ума сошла!
Мне кажется, что я проваливаюсь в пустоту.
Нет, ты сначала послушай, говорит Дафна. Здесь, на Земле, нас все равно вычислят это вопрос месяцев, недель, может быть, даже дней. Я сегодня прокололась на телекинезе, а на чем совершенно случайно, конечно проколешься ты? И главное что за этим последует? Объясняю: за этим последует то, что нас обоих посадят в какой-нибудь там вивариум, в спецлабораторию, в изолированный медицинский центр со всякого рода принудительными исследованиями. Будут мучить, как ежиков, помнишь, ты недавно рассказывал: был у вас в школе странный такой «живой уголок». И объяснять это будут исключительно заботой о безопасности человечества Она делает паузу примерно на пять секунд. Проводит розовым языком по губам. Но дело даже не в этом Я говорила тебе, сколько осталось от народа икомо?
Да, примерно сто пятьдесят человек.
А ведь нас было более двадцати тысяч Всех убили, теперь сто пятьдесят человек живут микроскопическими общинами в странах, которым они не нужны. Дети языка икомо уже почти не знают. А дети этих детей вероятно, даже не вспомнят, что был когда-то такой народ.
При чем здесь Терра?
На Терре я выйду замуж и рожу десять детей. И прослежу, чтобы все они знали родной язык. И дети моих детей тоже будут разговаривать на языке икомо. И тоже будут иметь по десять детей. Можешь считать меня ненормальной, но в наших мифах существует одно пророчество, восходящее к эпохе космогонического первобытия: явится в конце лет земных великий дух Чамба Иком и уведет своих детей на небо, дорогой сияющих звезд. И обретут они там хлеб, воду и мир. И будут жить счастливо во веки веков.
Аминь, добавляю я и падаю обратно в постель.
Скрежет за окном вроде бы становится глуше.
Дафна между тем говорит:
Мне вообще кажется, что наши дни уже сочтены. Время Земли исчерпано, это печальный закат. Посмотри, что вокруг происходит: мы, будто одержимые первобытным неистовством, уничтожаем сами себя. Много ли еще нам осталось?.. Когда окончательно сдадут нервы?.. Когда кто-то решит обрушить огненный смерч на вражеские города?.. Когда полетят баллистические ракеты?.. Когда прорастут над мировыми столицами ядерные грибы?.. Она поворачивается ко мне. Ну что ты молчишь?
А что мне ответить?
Я просто не знаю, что тут можно сказать.
Я знаю одно: если Дафна что-то решила, ее так просто не переубедишь.
Тут надо выбрать подходящий момент. Вот что я знаю.
И вместе с тем я не знаю другого. Я не знаю, что подходящий момент не наступит для нас никогда. Все уже решено. Вертолеты в закрытых ангарах готовятся к вылету. Через два часа они поднимутся в воздух, а еще через час нанесут удар по нашему Центру.
Вот чего я не знаю.
И еще я не знаю, и даже не догадываюсь об этом, что вижу сегодня Дафну в последний раз.
Часть 2
Из глубины
Все с чего-нибудь начинается. Черная грозовая туча вырастает из невесомого облачка. Могучее дерево из семечка размером с ноготь мизинца. Ефим был чокнутым, об этом в городе знали все. У него и фамилия была соответствующая Чокин. Так что за школьной кличкой дело не стало. А чокнутым Ефим прослыл потому, что еще в детстве полностью и окончательно помешался на звездах. Однажды, будучи с ребятами на ночной рыбалке, ему только-только исполнилось четырнадцать лет, он по известному делу отошел от костра и вдруг, когда ночь сомкнулась вокруг темной водой, как подкошенный повалился в траву, доходящую до колен. Никогда он еще не испытывал такого странного ощущения. Небо распахнулось над ним во всем своем ошеломляющем великолепии: бездонная глубина космоса, мерцающие, переливчатые брызги серебряных звезд. Сердце словно омыл теплый нектар. Кто он такой?.. Что он делает здесь?.. Зачем, зачем это все?..
Словами увиденного было не выразить. Да и не было в его языке слов, которые могли бы охватить этот простор. Другие в таком состоянии чувствуют бога. Ефим встрепенувшимся сердцем почувствовал взыскующий зов Вселенной.
Словами увиденного было не выразить. Да и не было в его языке слов, которые могли бы охватить этот простор. Другие в таком состоянии чувствуют бога. Ефим встрепенувшимся сердцем почувствовал взыскующий зов Вселенной.
Домой он вернулся совсем иным человеком. В ближайший год он перечитал все книги о космосе, которые только имелись в местной библиотеке. Он узнал, почему небо выглядит голубым: короткие волны, синие и фиолетовые, рассеиваются в атмосфере и потому их можно увидеть. Он выяснил, почему звезды мерцают: турбулентность, взвихрения воздуха, искажают лучи света, направленные от них к нам. Он понял, почему Луна предстает то как металлический рубль, то как истаявший, льдистый серп: ее с неуклонной периодичностью заслоняет от Солнца громада Земли.