- Чувство недоверия к Совету Джедаев росло среди определенных Сенаторов, - сказал Мейс, шагая целеустремленно, его одежда раскачивалась в такт движения. - Мы чувствовали это в последнее время. Но не особо интересовались. Мы знали, что Сенаторы вроде Сано Сауро всякий раз, когда есть возможность, подкапываются под нас. В последнее время ситуация обострилась. Теперь фракция активна; у нее появилось влияние. Совет Джедаев чувствует, что кто-то стоит за этой фракцией, но мы не знаем, кто это.
Оби-Ван с недоверием посмотрел на Сири. Их вызвали обратно в Храм из-за борьбы за власть в Сенате? Было немного вещей, которые интересовали его еще меньше.
- Распространяются ложные истории, - продолжил Мейс. - События переворачивают так, что Джедаи представляются как нелояльные Республике, вмешиваясь в галактические политические дела и делая их только хуже.
- Магистр Винду, - осторожно начал Оби-Ван, - Вы отозвали нас с важной миссии - найти большого врага...
- Я прекрасно знаю, что я сделал, Оби-Ван, - сказал Мейс. - Могущественный враг снаружи и могущественные враги внутри. Можете ли Вы решить, кто более смертелен?
- Но борьба за власть в Сенате... это не необычно, - запротестовал Оби-Ван, пытаясь сохранить самообладание под цепким взглядом проникающих глаз Мейса.
Мейс остановился так резко, что одежда захлестнула его. Он посмотрел на каждого из Джедаев, и казалось, впервые увидел усталость и разочарование. На мгновение он заколебался.
- Я признаю важность вашей миссии, - сказал он серьезно. - Но ваша миссия - одна из сотен, которые все предполагают сохранение мира, спасение жизней, помощь правительствам, содействие союзам. Джедаи, выполняющие миссии по всей галактике, будут дискредитированы, если не обратят внимания на эту фракцию.
- Что Вы имеете в виду? Как может одна фракция в Сенате повредить тысячам Джедаев? - спросила Сири.
- Организовав отказ официальной поддержки Сената Совету Джедаев, - сказал Мейс. Он дал время, чтобы смысл сказанного дошел до них.
- Вы понимаете, что бы это означало, - продолжил он, удостоверившись, что теперь они слушают очень внимательно. – Действуя без одобрения Сената, мы превращаемся из дипломатов в мошенников и полностью подрываем наш авторитет. Короче говоря, без поддержки Сената эффективность Джедаев будет нивелирована.
- Но почему Вы отозвали для борьбы с этим нас? - спросил Анакин.
Ферус изумленно поглядел на Анакина. Оби-Ван должен был признать, что это действительно прозвучало скорее как недовольство, чем как вопрос.
Мейс перевел серьезный взгляд на Анакина. Оби-Ван подумал, что Анакин, вероятно, был единственным учеником Джедая, который способен был его выдержать. Большинство падаванов казались заметно меньше, когда глаза Магистра Винду глубоко проникали в них, способные найти каждое мелкое побуждение, каждую тайную слабость, которая у них была.
Анакин просто ждал. Сильный, изящный, уверенный в себе.
- Я выбрал вашу команду из-за ваших специальных навыков, - сказал Мейс Анакину. – Хоть Оби-Ван это ненавидит, но он обладает большими знаниями о работе Сената. Я связывался с Йодой на Кашиике, и он согласился.
Оби-Ван старался громко не стонать. Сири слегка улыбнулась из-за его затруднения.
- Его контакты неоценимы, - продолжил Мейс. - Я выбрал Мастера Тачи из-за отсутствия у нее терпения.
Усмешка Сири исчезла. Мейс поднял на нее бровь.
- Недостаток, который она пытается исправить, но который часто стоит у нее на пути, - сказал он. - Я чувствую, он будет полезен в этой ситуации. Сенаторы привыкли к уважению. Без него они чувствуют себя потерянными. Я бы не возражал, если бы некоторые из них испытали небольшую неуравновешенность. И Ферус, конечно, достойное дополнение. Он изучил структуру Сената и знает о нем больше, чем любой ученик. А ты, Анакин...
Анакин ждал.
- У тебя есть две вещи, которые могут помочь нам. Первая, конечно, это твоя связь с Силой. Ты только начинаешь понимать, что можешь воздействовать на существа так же, как и на объекты.
Анакин выглядел пораженным от того, что кто-то еще знал об этом. Оби-Ван вдруг понял, что это правда, и что он знал это, но не признавал. Как Мейс Винду обнаружил это? Он провел с группой на Ромине очень мало времени.
Что ж. Вот почему Мейс был в Совете Джедаев. Вот почему за исключением Йоды, думал Оби-Ван, он был самым могущественным Джедаем, которого он знал.
- Да, вместе с наблюдательностью и интуицией Сила может помочь тебе заглянуть в сердца и умы других, - мягко сказал Мейс, его глаза не покидали лицо Анакина. - Именно поэтому Силу надо уважать и обращаться с ней следует осторожно.
- Я знаю это, Магистр Винду, - сказал Анакин.
- Возможно. Или возможно ты больше учишься этому на каждой миссии, путь, который проделываем все мы. И есть другая вещь, - сказал Мейс, продолжив путь. - Канцлер Палпатин спрашивал конкретно о тебе и Оби-Ване. Он просил о встрече.
Оби-Ван почувствовал, как у него упало сердце. По всей вероятности, это была первая из многих встреч в Сенате, где будут объяснять ему, почему самый простой способ что-то сделать фактически был самым сложным.
- Когда встреча? - спросил Оби-Ван, пытаясь не вздыхать, подстраиваясь под широкий шаг Мейса.
Впервые черты лица Мейса смягчились, и Оби-Ван был почти уверен, что он поймал самую маленькую улыбку. - Не беспокойся, Оби-Ван. Ты уже на пути к ней.
ГЛАВА 6
Анакин и Оби-Ван стояли в приемной личных покоев Верховного Канцлера Палпатина в Сенате. Они остановились у окна, разглядывая загруженные воздушные линии, в то время как Сири и Ферус заняли позиции около двери, а Мейс, с предельным спокойствием, взял стул.
- Я знаю, насколько Вы разочарованы, Учитель, - сказал Анакин.
- Магистр Винду прав, - ответил Оби-Ван. - Мы необходимы здесь. И, кроме того...
Повисла пауза. Анакин ждал, когда его Учитель закончит предложение, но Оби-Ван продолжал смотреть на старающиеся пролезть вперед эйрспидеры. Некоторым предстояло пристыковаться к широкой посадочной платформе, принадлежащей Сенату. Анакин же взглянул на них всего на мгновение. Если Сенаторы или их подчиненные не могут подчиняться правилам движения, когда уступить, а когда идти, как они могут решать проблемы галактики?
- Ты помнишь, как на Ромине Теда сказал, что они отправятся на Корускант? - наконец сказал Оби-Ван. - Мы не могли решить, была ли это диверсия или нет.
- Мы не думали, что Теда достаточно умен, чтобы создать диверсию, - с усмешкой ответил Анакин.
- Точно. Что происходит здесь..., имеет метку Омеги.
Анакин был поражен. - Вы думаете, что Омега вовлечен в движение по дискредитации Джедаев?
- Я не знаю. Возможно, не напрямую, но лучше это держать в памяти. Это ведь соответствует его интересам, не так ли? Может быть, возвращение сюда было не концом нашей поездки, а продолжением.
Слай Мур вышла из внутренних покоев с тихим изяществом. Она кивнула ожидающим Джедаям, чтобы указать, что Канцлер Палпатин был готов принять их, затем подняла стройную руку, украшенную серебристой тканью, и указала на дверь, куда им следовало идти.
Сири, Ферус, Оби-Ван, Анакин и Мейс вошли во внутренний офис.
Палпатин стоял рядом со стульями. Анакин думал, что он выглядел внушительным в своих простых одеждах приглушенных цветов. Его лицо выглядело бледным и истонченным, почти бескровным. Анакин представил, что работа Канцлера отнимала у него покой и активный отдых. Он жертвовал своей жизнью, чтобы спасти Сенат от заполнения его теми, кто будет использовать его в своих собственных интересах.
- Я в долгу перед вами за столь быстрое прибытие, - Палпатин приветствовал их глубоким голосом, чья мягкость выражала его власть. – Пожалуйста, садитесь. Не будем терять время.
Он подождал, пока все Джедаи не сели, прежде чем сесть самому. Палпатин покачал головой, словно в глубокой задумчивости. - Я чувствую такое горе от того, что необходимо вызывать вас сюда, - сказал он. - Мне стыдно за Сенат. Растет поток анти-Джедайских настроений, и лучшие из нас не способны остановить его. Он полон лжи и полуправд, все искажается, чтобы соответствовать повестке дня. - Палпатин развел ладони в жесте беспомощности. - Я не знаю, как это объяснить, кроме как сказать, что галактика настолько увязла в конфликте, что кто-нибудь может упереться и протолкнуть свои собственные планы.
- Или отвести внимание от этих планов, - сказал Мейс.
- Это верно, Магистр Винду, - сказал Палпатин. - И мудро. Но каковы эти планы, я не знаю.
- За этим стоит Сано Сауро? - спросил Оби-Ван. Сенатор Сауро был врагом Джедаев, а Омега мальчиком был его протеже.
Палпатин покачал головой. - На сей раз, нет. Лидер анти-Джедайской фракции – ранее незаметный Сенатор от Нурали. Его зовут Бог Дивиниан.
Оби-Ван вздрогнул. Бог Дивиниан! Он был женат на хорошем друге Оби-Вана Астри Оддо, дочери Диди Оддо. Оби-Ван познакомился с Богом на миссии в ходе Галактических Игр. Бог тогда еще не был Сенатором, но он изменил свои показания во время официального расследования, чтобы защитить Коммерческую Гильдию. Оби-Ван тогда не сомневался, что у Бога был талант политического деятеля. Он не удивился, услышав, что тот преуспел в своей карьере. Без сомнения, помогла признательность могущественной Коммерческой Гильдии.
Оби-Ван поглядел на Мейса. Теперь он знал, какая еще была причина, почему его вызвали помочь.
- Я знаю Бога Дивиниана, - сказал он. - Его жена мой старый друг.
Палпатин посмотрел с облегчением. - Это хорошие новости. Я убеждаю Вас поговорить с ним лично. Возможно, личное обращение сможет помочь.