- Ошибаешься, я справлюсь без помощи Темных Властелинов. Я выбрал тебя не только потому, что ты - мой сын и предвестник моего явления. Я могу доверять одному тебе, остальные впитали слишком много моего своенравия, Хаос страшнее их всех и держит их на поводке. Но ты готов на все ради меня, за верность я отплачу тебе. Я вручу тебе одну вещь, - с этими словами Сатаниил расправил ладонь и в ней появился маленький аппарат, внешне схожий с гидронасосом или двигателем, помещенным в коробочку. Царь демонов закрыл створки коробочки и продолжил: - Я назвал это "Молот Вселенной" - универсальное оружие, созданное на стыке высоких технологий смертных и магических знаний. Не удивляйся, что он такой маленький - я минимизировал его, а ты развернешь, когда придет время. Твоя задача передать его Гуннару под видом торговца реликвиями, он же применит его. Когда это случиться, Молот Вселенной выбросит мощный импульс, который сформирует в ткани Мироздания брешь, небольшую, однако достаточную для пробуждения встревоженного моими недавними действиями Танатоса. Разъярившись, Спящий Лорд нападет на Асгисл.
- Замечательно, но к чему нам уничтожать государство дварфов? То есть, я сделаю все, что вы прикажете, и уничтожу кого угодно даже для вашего веселья, только сейчас нет в этом смысла. Избранный ищет мое убежище.
Сатаниил не ответил сразу, для начала вернувшись к трону и погрузившись в него. Затем он поднял трепещущиеся от ярко-красного пламени глаза на Бэрона и произнес:
- Именно сейчас смысл есть. Он появился вместе с Избранным. Я думал, у нас еще остается какое-то время, но я ошибался. Не сделаем ход первыми, Всевышний разрушит твой мир руками Нигаэля. В Чертоге полным ходом идет подготовка к войне. Дварфы на самом деле мне не нужны, просто они наиболее уязвимая и далекая мишень, атака на кою отвлечет воинства света от нас. Пока они будут возиться с ордами Танатоса, я нанесу удар в сердце Мироздания. Однако, об этом позже. Задание у тебя есть, иди и исполняй. Как закончишь, возвращайся ко мне, - Сатаниил коротко задумался, после чего добавил: - Нет, не сразу. Ты должен быть уверен, что Молот Вселенной активирован, должен видеть это своими глазами.
- Я вас не подведу, отец! - уверил Царя демонов Бэрон.
Развернувшись на каблуках, он стремительно зашагал к воротам, а Сатаниил опять опустил голову на кулак и замер мрачной статуей. Перед тем, как закрыть за собой дверь, окованную тяжелым золотым орнаментом, Император теней взглянул на черную фигуру повелителя, плавящуюся на фоне стены огня, и его нутро снова обдало холодом. Что же на сей раз родилось в уме Владыки Зла? Бэрон не знал ответа, но предчувствовал нечто грандиозное, до меньшего Сатаниил никогда и не додумался бы. В любом случае, теперь антихристу предстоял путь во Внутренний Мир.
Глава 7
Раздав необходимые указания заместителям и министрам, Водндар поспешил уйти от разгоревшейся в Тигилоне суеты. Нигаэль прибыл на зов, как обещал, и уже спустя час выводил своих чемпионов в Аллин-Лирр через лесной проход, сокрытый от взоров людей.
Эльфы не даром берегли свою землю от посторонних. Это был зеленый цветущий край, жители которого существовали с ним в гармонии - лакомый кусочек для многих народов, особенно для тех, что загубили собственный мир. Так, например, орки во время Третьей Орочьей Войны долго бились над открытием порталов в Аллин-Лирр в лесах Огарид-Гура и других планет, имеющих на поверхности густую растительность. Они рассчитывали устроить там склады припасов, разместить заводы и резервы армии, чтобы те не стали жертвой неожиданной атаки противника, способные совершать вылазки без полетов по чужому космическому пространству. Кроме этого, орки были неравнодушны к человекоподобным женщинам и эльфийские девы привлекали их животное естество не меньше, чем поля и леса стратегический интерес.
Аллин-Лирр был не только одной самых потаенных реальностей Мироздания, он не вписывался ни в какую из его частей. Каким-то загадочным образом вышло так, что он не принадлежал ни к Внутреннему, ни к Внешнему Мирам и даже к Междумирью, хотя оно являлось тем "эфиром", заполняющим зияющую трещину меж осколками Вселенной. Это был абсолютно независимый, самобытный мир, доставшийся эльфам не сразу. Его создала Лимаэль, богиня жизни и природы, и прародительница эльфийского народа - с ее подачи Всевышний породил этих существ, пытаясь соединить живую душу с сущностью растений. В результате смешения двух столь разных форм жизни получились существа, способные напрямую общаться с окружающим миром. Но и тут притаился подвох. Как только эльфы познали свою природу, они посчитали себя совершенными творениями и возгордились до того, что перестали считать рожденные на тот момент создания, включая перворожденные сферы, за обладателей разума и могли лишить кого-нибудь жизни, сославшись на это. Всевышний прогневился на такую наглость и хотел призвать Армагеддона, чтобы Разрушитель миров выжег себялюбивый народ, но Лимаэль спасла эльфов от кары. Она предложила создать для них отдельный мир и возложить важное дело на плечи "высокорожденных". Этим делом стало охранение великого Древа Жизни.
Древо Жизни - причина многих легенд, носитель большого символического значения почти у всех народов Мироздания, не сразу стало древом. Изначального его вида никто не знает, известно только, что это центр пересечения каналов космической энергии, за имя которой смертные приняли слово "магия", силы Всевышнего дарующей жизнь и могущей ее отобрать. Эта сила переходит к сферам через солнца, чем наградила эти огромные звезды божественным ореолом. Для охранения источника живительного "эликсира", он был превращен Всевышним в исполинское дерево, ветви и корни которого продолжают и по сей день связывать солнца с центром невидимыми каналами.
Так был рожден Аллин-Лирр, а эльфы отныне почти не покидали его пределов, став пожизненными защитниками Древа Жизни. Случаи их появления за пределами мира лесов отмечались чрезвычайно редко, да и то по большей части во Внутреннем Мире, в лесистых его местностях. Жители иных реальностей, можно сказать, не знали об их существовании, считая подобные россказни легендами.
Портал, которым предпочел воспользоваться Нигаэль, вывел его и его спутников к широкой дороге, ведущей в Эльтвиллан, столицу Аллин-Лирра. Переместиться ближе он не мог из-за мощного барьера, обволакивающего эту сферу, блуждающую по глубинам субпространства. Древо Жизни хорошо защищалось, и попасть в его обитель кроме как через специальные проходы, сокрытые как от смертных, так и от высших существ, было попросту невозможно даже наиболее могущественным богам или демонам. Каналы его напрямую связывались с одним лишь Всевышним, который, впрочем, объемлет собой все Мироздание.
Дорога полнилась повозками и пешеходами, колонной движущимися в столицу на торжество. Повозки, как приметил Ксандор, хоть и были управляемы лошадьми и волами, смотрелись весьма прогрессивно и даже напоминали автомобили, движимые паром. Судя по этому, можно было предположить, что эльфы умудрялись сочетать особенности обеих частей Мироздания, отдавая, тем не менее, явное предпочтение колдовству. Дальше, за дорогой растянулось широкое поле, зеленое, как изумруд, на горизонте виднелся лес. Над ним сгрудились тяжелые темно-серые грозовые тучи, но ни дождя, ни молний, ни грома не было. Свежий ветер колыхал верхушки деревьев и только. Чуть поодаль от бора небо просветлялось и голубело, в зените сияло солнце, это сочетание смотрелось странновато и необычно.
Идущие по дороге эльфы, несущие в руках или везущие в телегах подношения своей королеве и ее неожиданному избраннику, казалось, не заметили появления людей. Обычно люди не попадали в Аллин-Лирр, хотя бывало, что кто-нибудь забредал в лесные проходы, но сейчас было ясно, они пришли к Тетаэлю Триону, тем более что его сына уже успели узнать местные жители за счет рассказов самого Тетаэля и, увидев ангела, не стали удивляться.
- И куда теперь? - спросил у Избранного Ксандор, утолив интерес к миру эльфов кратким осмотром. - Мы с такими пробками долго идти будем, я полагаю, по газонам-то тут ходить запрещено.
- Мы не будем идти, - отрезал Нигаэль. Ксандор немного попривык к такое манере его изречений, однако некоторая неприязнь возникала и по сей момент. Слишком чужым стал Избранный для своих друзей. - Я не мог перемещаться только в Аллин-Лирр извне, а внутри это вполне реально. Переброшу нас к воротам - дальше попасть нельзя. Барьер вокруг Эльтвиллана не пропускает даже светлых, Лимаэль опасается изменников. Должно пройти проверку на воротах.