* * *
Антон зарядил в кофеварку порцию кофе и пошел в душ. Сдвоенная лекция в семь, потом еще одна в 10, а потом опять начнется работа, которая неизвестно когда кончится. Катя опять обидится, что ни с того ни с сего сорвался поход в аквапарк, и он даже не станет придумывать оправдания. Потому что голова занята совсем другим, и все ее мощности задействованы на сто процентов. И придется ли на этой неделе спать вообще, Бог весть. Когда у Лукьянова из Экопола пропал сын, Антон спал разве что на лекциях. Похищение - поганейший вид криминала. Менты только серийных убийц ненавидят сильнее, и террористов еще - потому что даже если похитители просят выкуп, никогда не знаешь, что там, на той стороне: хитрый расчетливый сукин сын или псих, который уже убил жертву, чтоб спокойней было.
А тут и выкупа не просят. Тут может быть что угодно - от нелегального потребления до маньяка. И время торопит - поэтому Антон полностью поддерживал Энея и считал, что Костя чрезмерно осторожничает.
Нина не увлекалась Сетью. Они рисовала. Трехмерная графика, клипы. Две постоянных конференции - мастер-класс для начинающих Д-графиков и девчачий чат о косметике и тряпках. Чат. Так… Где копии логов, снятые с их планшеток милицией?
Антон сунул руки в зажимы контактных перчаток. Сравнить. Есть. Трое постоянно посещали один чат, "Три поросенка". Так. Идем туда.
Обычно для регистрации в чате достаточно пары минут. У Антона это заняло минут пять - он не хотел оставлять следов. Список ников сводника Клавдия. Сейчас полночь, самое время.
Где-то Антон читал, что человек может работать в норме с числом объектов от пяти до девяти. Семь плюс-минус два. Сейчас над рабочей поверхностью лежало уже гораздо больше слоев. Подростковые чаты, эротические чаты, чаты знакомств, любителей сладенького, кисленького и остренького, голубые и розовые чаты, БДСМ… Он не читал строки дурацкой болтовни и не прослушивал аудиологи. Программа слежения сама выделит ключевые слова, пискнет и укажет. Режим поиска. Анализ. Процедуры опознания. Обратная связь.
Это называется - поток. Интерактивное взаимодействие с положительной обратной
связью. Сознание работает четко, ясно, теряется ощущение времени, существует только текущая по развернутым полупрозрачным слоям информация.
Анализ. Совпадения. Ключевые слова. Есть.
Нэко-нэко// Холодно, плохо.
Клаудия // некому согреть котеночка…
Нэко-нэко // обижают нас, котят.
На это ты ведешься, да. На подростков, которым плохо, скучно, одиноко. И это у тебя бот, это ты просто не даешь рыбке сорваться с крючка, а настоящий ты сидишь вот здесь, в чате "LisT", что расшифровывается как Love is Torment. Ну что ж, поиграем…
…Когда он оторвался от терминала, его уже трясло. Ощущение было мерзопакостное - как будто выкупался в выгребной яме. И еще предстоит поплавать в ней как минимум полчасика…
Он вызвал программу виртуального комма, набрал номер Энея. Бедный Эней. Как он смотрел на снимки этой Нины…
- Слушаю… - раздался знакомый голос.
- Я засек его, командор. Его или какого-то его коллегу. Он в клубе "Сатурн" на Обводном. Включите навигатор в машине, я сейчас дам прицел.
- Как мы его опознаем? - влез в разговор Цумэ.
- Я что-нибудь придумаю, пока вы доедете. Он торчит в чате со мной. Может быть, я уговорю его перейти в видеорежим и дать картинку. Но у него должна быть в привате моя иконка. Щенок в корзинке.
Антон перехватил и разговор с ботом в подростковом чате. Свою партию для этого чата он составил из реплик пропавших. Да, стратегия разговора была одна и та же. Жаловались на школу, проблемы с родителями, никто не любит… Грамматические ошибки, специфический жаргон чатов с сокращениями, без запятых и точек.
Только бы не написать фразу правильно. Это сбой. Никаких заглавных букв. Надо бы бота зарядить, чтобы сам выдавал реплики, но некогда. Ничего, справлюсь.
Состояние потока… "И балда с балдою говорит…"
Прошло сорок или сорок пять минут - он не засекал - и вдруг собеседник по LisTу умолк. "Балда" в подростковом чате продолжал трещать. Антон снова вызвал виртуальный комм.
- Ну что, кэп?
- Да, мы его взяли, - сказал Эней. - Отдыхай пока.
Пол-четвертого утра. Можно будет урвать два часа сна, - подумал Антон, отключая комм…
* * *
Эней опасался предстоящего разговора с мадам Локшиной. Хватать женщину ночью в ее доме, устраивать экстренный допрос человеку, который, может быть, невиновен - и бабка надвое гадала, поможет ли Локшина чем-то, если виновна… Это с одной стороны. А с другой - сумеет ли он совладать с искушением? Ведь дети же. Дети. Ну, как такое можно… Он приоткрыл бумажник и посмотрел на запаянную в прозрачный ламинат распечатку маленького снимка Аннемари Эллерт.
Помни о пекаре, сынок.
- Самое смешное, - сказал в ларингофоне Игорь, - это то, что на пожарной лестнице в девяти случаях из десяти даже паршивенькой решеточки, поганенького замочка не стоит. И то сказать - не попрется нормальный человек на восемнадцатый этаж пешком.
Эней кивнул. Ну что тут сделать, коли мы - ненормальные…
- Хотя, конечно, - продолжал Игорь - по законам жанра мне положено лезть по стене и появляться из раскрытого окна в трепетании занавески. Или нетопырем влетать - хотя это уже легенды вообще-то. Надеюсь, совесть ее не беспокоит и снотворного она не пьет. А то еще будить…
- Кончай трепаться, - вздохнул Эней. - Это ее окно?
- Да. Кухня.
- Откуда свет?
- Спальня. Читает на сон грядущий, наверное.
Эней кивнул и надвинул на лицо ветрозащитную маску. Игорь сделал то же самое со своей. Они остановились на восемнадцатом этаже, Цумэ ковырнул в замке отмычкой - и с пожарной лестницы они вошли в коридор.
- У лифтов - камера слежения, - предупредил Цумэ. - Но нам туда не надо. Вот ее квартира.
Замок открылся чисто и без звука. И дверь не скрипнула. Внутри было тихо, аквариумные рыбки варков и бывших варков тоже не любят, но вот тревогу им поднять нечем.
Эней остался в коридоре, прикрывать периметр. Цумэ аккуратно захлопнул дверь. Бесшумно проскользнул к спальне. Взял инъектор наизготовку.
Следующую дверь распахнул плавным рывком, одним прыжком очутился на кровати, приземлившись прямо на тело женщины. Воздух, который она уже набрала было, чтобы закричать, с легким "ха" выскочил от этого толчка. Цумэ припечатал ей ладонью рот.
- Тихо, - просто для порядка сказал он. - Тихо-тихо.
Хорошо, что вечер прохладный. Так, она, пожалуй, и заметила бы, что он теплый. 36 градусов, конечно, не нормальные человеческие 37, но и не варковские 25.
- Я вижу два варианта развития событий, - сказал он, показывая инъектор. - Первый: я колю вам это и разжимаю рот. Вы кричите. Я сворачиваю вам шею. Второй: я колю вам это и разжимаю рот. Вы не кричите. Я задаю несколько вопросов, вы отвечаете - и мы расходимся навсегда. Вам нравится первый вариант?
Женщина отчаянно замотала головой - насколько ей позволяла рука в перчатке.
- Второй?
Она кивнула. Игорь приставил к ее шее иньектор, нажал. Убрал руку.
Женщина сглотнула, открыла рот, он просто видел как в ее глазах проносится "Закричать?" Не закричала.
Игорь продолжал сидеть у нее на груди, прижимая ее руки к постели, отсчитывая секунды и вглядываясь в лицо. Укол в шею должен подействовать секунд через пятнадцать-двадцать, внешним признаком будет характерное расслабление мышц.
- Это… неопентотал? - прошептала женщина.
Игорь кивнул.
Ей было лет сорок-сорок пять на вид, пятьдесят два на самом деле. Не из тех, кто молодится, но, как говорится, "следит за собой". Встреться они в баре вечером накануне полнолуния - и Игорь мог бы оказаться в ее постели с совсем другими целями…
- Почему… вы сказали "сверну шею"…
- Потому что дела о нелегальном потреблении расследуют тщательнее. И в этом смысле вы меня вообще не интересуете, - это была чистая правда. Есть ее совершенно не хотелось, даже "этот" молчал.
- Тогда почему…?
Вот оно, есть. Разошлась складка между бровей, расплылись полуоткрытые губы.
Обыватели считают неопентотал чудо-препаратом, после которого человек только и делает, что болтает. На самом деле эффект - просто основательно получше, чем у хорошей дозы спиртного, и работает по тому же принципу: "что у трезвого на уме, то у пьяного на языке".
Но бывают и сдержанные пьяницы. Поэтому задача номер раз - огорошить вопросом. Представить дело так, будто ты уже все знаешь.
И страх, конечно помогает. Очень.
- Когда с вами обещали связаться?
- Кто? - похоже, она изумилась искренне.
- Клавдий.
- Н-не знаю. Клавдий мне сейчас не нужен.
- Вы связываетесь с ним?
- Он пишет мне. Мы встречаемся в "Омикроне" на Садовой…
- Когда следующий раз?
- Не знаю… Не скоро.
- Вы можете его вызвать?
- Я могу написать ему…
- Что вы обычно ему пишете?
- Что у меня появились кандидаты. Но сейчас нет - и слишком рано…
- Кого вы называете кандидатом?
- Агнца, дурак, - она не могла жестикулировать, и поэтому мотнула головой. - Ему нужны подростки-агнцы. Н-настоящие, которые не перегорят.
- Зачем?
- Я не знаю. Я не хочу знать.
Не знала. Не хотела. Не лгала. Не пыталась даже. И самое странное - почти не боялась. То есть боялась, но его, Игоря, физиологически. Она, кажется, вообще варков боится… И то сказать…
- Нина Александрова.
- Хорошая девочка… немного тревожная…
- Она ему подошла?
- Да…
- Где вы ее показали ему?