Всего за 149 руб. Купить полную версию
- У вас тяжелая и сложная форма прободной язвы; мы вас будет в течение ближайшие три недели лечить и вылечим. Может бить, сделаем операция; может бить, терапия будет достаточно. Это будет ясно завтра. Но вы обязан во всем следовать рекомендации лечащий врач. Никакого острого, никакого алкоголь, курить - нет. После обед вас навестит переводчик, вы ему сообщите сведения о своих прежние болезни. Так?
Одиссей в ответ молча кивнул.
- Jo! Mielobbi gyogyulast!1 - бросил желудочный Обер-профессор, пожал ему руку и быстро свинтил по коридору, сопровождаемый сворой здешних медиков. Ну что ж, будем надеяться, что выздоровление действительно наступит в ближайшее время…. Где ж Янош Фекете? Что он задумал?
***
Трое туристов из-за Буга, остановившиеся накануне в мотеле "Классик", что расположен в городке-спутнике Кракова Величке - своим поведением несколько озадачили персонал. Вместо того, чтобы, как все нормальные постояльцы, с утра пораньше впрыгнуть в маршрутку и убыть на осмотр достопримечательностей славного города Кракова (или, на худой конец, полезть в нутро самой известной соляной пещеры Восточной Европы, дабы насладится видами средневековых солеварен) - трое пышущих здоровьем молодых мужчин бесцельно просидели весь день в ресторане при мотеле, читая газеты, время от времени заказывая пиво, кофе или минеральную воду. Правда, необычные постояльцы заодно позавтракали, пообедали и поужинали - чем, в общем-то, еще более изумили местных должностных лиц - рецепторшу, барменшу и официантку; обычно в их ресторане постояльцы не обедали, предпочитая столоваться либо в заведениях Кракова, либо в цукерне, расположенной выше по улице - там и цены были гораздо демократичнее, и выбор богаче, и порции побольше. Впрочем, персонал был обучен на странности своих гостей внимания не обращать; платят - значит, имеют полное право делать всё, что им заблагорассудиться…
Туристы покинули ресторан лишь с закрытием, хозяйственно забрав с собой все три вдоль, поперёк и наперекрест уже прочитанные ими газеты - официантка, убиравшая их столик, лишь хмыкнула над таким удивительным жлобством небедных, судя по оставленным чаевым, русских туристов. Впрочем, наев и напив за день на триста злотых - туристы эти всё же могли рассчитывать на определенное уважение персонала. Посему официантка одному из них, обернувшемуся на её хмыканье - дружелюбно и в меру соблазнительно улыбнулась. Получив в ответ совершенно определенное подмигивание, Малгожата (как звали официантку) в очередной раз убедилась в своей женской неотразимости - и с чистой совестью продолжила уборку ресторана.
- Стало быть, не приехал… Что будем делать завтра, Алекс? - один из туристов вопросительно взглянул на плотного парня лет тридцати, одетого, несмотря на довольно прохладное начало мая, в шорты цвета хаки.
Тот пожал плечами.
- Ждать. А хули ещё? Сказано - подойдёт сам, когда увидит три газеты на русском языке - значит, наше дело телячье, будем ждать, пока пассажир объявится. Мороз велел его по пустякам не беспокоить, а как можно быстрее доставить на ту сторону; наше дело не вопросы задавать, а ждать человека, который нуждается в нашей помощи.
- А долго ждать-то? - его собеседник не унимался.
- Блин, Лёша, а я откуда знаю? Сколько надо - столько и будем ждать. Командировочные у меня на пять дней на всех отпущены….
Третий их спутник спросил вполголоса:
- Алекс, а он, этот человек, что мы ждём - вообще кто?
Старший группы пожал плечами.
- Хрен его знает. Володя Мороз попросил ему помочь домой вернуться, у него проблемы с документами… да и вообще с правоохранителями. Сюда его довезут добрые люди, а отсюда он полностью на нашей совести. Вот и всё, чё мне Володя разъяснил. Так что, пацаны, будем его ждать до упора - пока не объявиться!
У туриста, которого его товарищ назвал Лёшей, загорелись глаза.
- Так может, мы … того? Завтра по Кракову пробежимся? А ты будешь его здесь один сторожить?
Алекс флегматично пожал плечами.
- Пробежись. Но за свой счет - я тебя, ввиду отсутствия на рабочем месте, кормить не буду.
Лёша сразу потух.
- Ну ладно, чего уж, и спросить нельзя? - А затем, обернувшись и еще раз подмигнув официантке, спросил: - Алекс, а в твоей командировочной ведомости барышни предусмотрены?
Тот понимающе улыбнулся, деловито осмотрел дружелюбную официантку - и, одобрительно хмыкнув в её сторону, обернулся к своему собеседнику и едва заметно кивнул:
- Предусмотрены. Два раза за время командировки по сто злотых.
Лёша тут же протянул руку.
- Давай!
Алекс, не торопясь, достал пухлый бумажник и, мгновение поколебавшись, выдал потенциальному Дон Жуану бумажку с изображением Владислава Ягайло, а затем, чуток подумав - еще и портрет Казимира Великого.
- Возьми сто пятьдесят; стыдно будет, если у кавалера вдруг в самый нужный момент денег не окажется.
- Замётано! Короче, пацаны, вы меня особо не ждите, на крайняк - я завтра к утру явлюсь. - У Лёши заблестели глаза, и, быстро пожав руки компаньонам, он решительно направился в сторону официантки.
Уже выйдя из ресторана, Алекс обернулся ко второму своему товарищу и спросил:
- Ну чё, Слава, может, прошвырнемся тут по злачным местам? Вон, Лёха решил всерьез заняться укреплением польско-белорусской дружбы… Чем мы хуже?
Но товарищ его отрицательно помахал головой.
- Не-а, чё то не тянет. Да и какие, блин, в этой Величке злачные места? Где местная гопота пиво жрёт? Так я таких забегаловок с такими пассажирами и в Бресте видывал достаточно. Не, я спать.
Но Алекс, очевидно, всё же решил по-своему.
- Как хочешь. А я всё же пройдусь чуток, воздухом подышу. Может быть, на какое-нибудь романтическое приключение нарвусь…
- На свою задницу. Саня, нам завтра с десяти утра твоего клиента пасти. Ежели ты сейчас где-нибудь нарвёшься на приключения - то, очень может быть, проснешься в постерунке2. Оно тебе надо?
Но Алекс только махнул рукой на предостережения своего товарища.
- Да ладно, Слава, чё ты кипешишь? Тихий мирный городок, спокойный народ… Кто тут мне что сделает? Ладно, иди дрыхнуть, а я пробегусь по местным пияльням пива - в конце концов, я еще и половины польских сортов не перепробовал. Всё, адьёс!
В результате некоторого расхождения интересов вышеописанной троицы, рассвет следующего дня они встретили там, где каждый из них его встретить (может быть, на подсознательном уровне) и планировал: Лёха - в объятьях дружелюбной Малгожаты (которая, к её чести, денег с кавалера не взяла - просто таскала его до трех утра по разным увеселительным заведениям, пока окончательно не обескровила его бюджет - и лишь затем великодушно предложила разделить с собой постель), Слава - в своей кровати в номере своего мотеля, Алекс же - как и предполагал склонный к осторожности его коллега - в полицейском участке, вместе с двумя поляками; вся трое преступников были задержаны в момент хулиганских действий - то бишь, в процессе снятия польского государственного стяга со здания местной власти. Причем, зачем эта троица пытались надругаться над святым для каждого трезвого поляка символом Речи Посполитой - ни один из арестованных внятно объяснить не сумел. Правда, Алекс в последнем прояснении сознания всё же пытался что-то промычать о бесчестном и подлом вступлении Польши в НАТО и предательстве властями Варшавы общеславянских интересов - но сей его пассаж услышан не был. Посему политическую подоплёку в хулиганстве гостя из-за Буга и двоих местных аборигенов, оным гостем напоенных до бесчувствия - решено было не искать. Впрочем, хулиганство это и так было оценено властью в лице полицейского хорунжего более чем внушительно - в сто восемьдесят злотых. После же уплаты вышеуказанного штрафа злодей и его подельники были великодушно выпущены на волю с отеческим внушением о вреде алкоголя вообще и настоятельным увещеванием больше "жытнюю"3 с "живцем"4 ни в коем случае не мешать - в частности.
В десять утра все трое давешних туристов - правда, с разных направлений - вошли в ресторан.
Слава критически оглядел своих изрядно помятых друзей - и, покачав головой, изрёк:
- Всем сёстрам, блин, по серьгам. Кто что хотел - тот то и получил.
Невыспавшийся, но довольно улыбающийся Лёха тут же ему ответил:
- А зависть, Славун - очень плохое чувство!
- Чему ж тут завидовать? Ну ладно, ты еще время с толком провёл. А Санёк, похоже, всё же в ментовку попал, судя по запаху от его фрака…. Попал, признайся?
Алекс тяжело вздохнул и ответил хриплым, надорванным голосом:
- Не важно. Зато вечер прошёл - зашибись! Песни советские хором орали…. Ещё бы немного - и я бы тут устроил свержение правящей камарильи… жаль, инсургенты хлипковатые попались, на третьей бутылке сломались…
Они уселись за вчерашний столик, разложили газеты; тут же подлетевшей Малгожате Лёха, интимно улыбнувшись (и получив такую же улыбку в ответ) заказал завтрак - и, фамильярно хлопнув её по заднице, бросил товарищам:
- Теперь, пацаны, не дрейфьте - нас в этой забегаловке кормить будут, как хозяев заведения! Можно ждать нашего таинственного пассажира хоть до второго пришествия!
Слава скептически бросил:
- Ну, тебе, может быть, порцию и увеличат… а нам-то за что?