- Предлагаю чуть ошибиться и сбросить бомбу в районе цели, но в стороне, так чтобы не попасть. Могли же мы промазать? Даже если это как-то выйдет наружу, ну выкинут нас в отставку в крайнем случае - и что, такие бравые парни и опытные летуны не сможем найти работу хоть в "Пан Ам"? Я и с Эндрю говорил, ему это тоже всё не по нутру…
Ройс поморщился - вот уже и бортинженер вовлечён в заговор. Да-да, в заговор. Они ж не дети, надо называть вещи своими именами. С другой стороны, штурман был прав: начинать третью мировую войну ему не хотелось. И ходят упорные слухи, что Советы пригрозили ударить по прибрежным городам в Штатах - как в том нашумевшем фантастическом романе, изданном пять лет назад, о войне между "Континентальным Альянсом" и "Атлантической Лигой"; может, атомные суперторпеды в сто мегатонн и вымысел, но ведь на Шанхай с моря что-то прилетело! А у Ройса в Нью-Йорке семья - и страшно представить, атомный гриб над Большим Яблоком, и обуглившиеся трупики дочерей на лужайке перед домом! Макаки в Сиани, это другое - общеизвестно, что у черной и желтой рас более примитивная душевная организация и простое отношение к смерти. Потому, их гибель, это совсем не трагедия. Но смерть ста тысяч цивилизованных белых людей, это совсем другое!
- До цели пять минут, - сообщил штурман.
Ройс до боли в глазах всматривался в темноту, но впереди - там, где лежала база, не было ни проблеска света. Неужели Майк оказался прав? И это паскудное задание станет концом его карьеры?
- Сэр, нас облучают локатором, - встревоженно сообщил оператор РЛС.
- Может, это наши с базы? - для порядка спросил Ройс.
- Нет, сэр, наши радары используют другие частоты. Это определённо русский локатор!
Дьявол! Если есть локатор - значит, он дает целеуказание чему-то. Полбеды, если зенитки, даже тяжелые, попасть в одиночный бомбардировщик, летящий на десяти километрах, не так просто. А если истребители? Тем более, Ройс успел узнать, что над Синьчжуном уже пропал разведывательный RB-29?
- Диполи за борт! Огневые установки, в готовность!
И летят вниз пачки фольги, рассеиваясь облаками, от которых на экране локатора сигнал, как от настоящего самолета. Правда, быстро отстают и вниз опускаются, так что опытный оператор радара помеху различит. По громадному фюзеляжу бомбардировщика прошла короткая вибрация, когда дистанционно управляемые турели двадцатимиллиметровых пушек выдвигались из походного положения в боевое. Наводчики всматривались в визиры - но в ночи ничего нельзя было разглядеть. Хорошо - значит и нас не видят!
- И, я думаю, пора пришпорить нашу малышку.
С мягким свистом ожили до сих пор молчавшие J47. И словно могучая рука великана ухватила многотонную машину и повлекла её вперёд. Скорость увеличивалась, с крейсерских меньше четырехсот километров в час, до максимальных шестисот пятидесяти (прим - автору известно, что у американцев измеряют в милях. Но нам привычнее в км/ч). Что давало хороший шанс на неуязвимость - Ройс знал, что на учениях в Штатах даже новейшие Ф-84 не могли перехватить В-36Е, идущий на полном газу на большой высоте. Скоро уже можно бросать - и домой, доложить что задание выполнено. Ну а кто после предъявит претензию по точности бомбометания, тот пусть попробует бомбить ночью вслепую сам!
Двигатели выли и свистели, пищали сервомоторы, гудела вентиляция, даже несущие фермы фюзеляжа вибрировали и скрипели от нагрузки на максимальном режиме полета, как мост под тяжелым составом. Внезапно к шуму добавился отрывистый лай огневых точек. И крик оператора:
- Нас облучают! Это уже истребители!
Американские бомбардировщики заслуженно считались "летающими крепостями". Если В-17 в этом плане не отличался от других, выделяясь лишь числом стволов, то уже на В-29, затем на В-50 и В-36 сначала пулеметы кольт-браунинг, затем 20мм пушки М24А1 наводились по данным радара заднего обзора, с помощью весьма совершенной для своего времени системы управления огнем, причем каждый стрелок-оператор мог вести огонь из нескольких турелей. Но сейчас созданная еще в 1943 году автоматика прицелов, рассчитанная на поражение японских "Зеро", уже не соответствовала эпохе, реактивные истребители были гораздо быстрее, и потому большая часть снарядов уходила в ночную тьму. Зато дульные вспышки и трассеры обозначили цель для русских - В-36 сейчас сверкал в ночи, как рождественская елка, стреляя из всех стволов. Ройс включил СПУ.
- Майк, бросай бомбу.
- Но…
- Нас атакуют. Нужно уходить. Приказываю: изделие сбросить. Немедленно!
Медленно, с натугой, раскрываются бомболюки. Бледный, как смерть, штурман нажал кнопку сброса. Плевать, куда упадет бомба - главное, выжить! И тут русские истребители открыли огонь, их пушки были дальнобойнее и точнее, снаряды кромсали фюзеляж и правое крыло, два самых крайних двигателя выбросили снопы пламени. Ройс рефлекторно рванул штурвал в сторону. Тяжёлая, не израсходовавшая и половины топлива, машина реагировала неохотно. В-36 был прочным и живучим самолетом, и вполне мог лететь даже на половине моторов, если налегке, без груза в бомбоотсеке. По крайней мере, можно было дотянуть до побережья, где велик шанс найти американские комендатуры и войска.
- Радист - передать домой: атакованы истребителями!
Ройс успел заметить тень, скользнувшую мимо, правее и выше. Русский ночной истребитель, реактивный, и крылья стрелой, но не Миг, две мотогондолы как у британских "метеоров". Его не успели обстрелять, слишком велико было угловое перемещение, турели не могли разворачиваться так быстро, а прицелы отрабатывать данные стрельбы. Но русских истребителей было два, и второму повезло меньше. Сразу две турели бомбардировщика скрестили на нем трассы. Казалось, все будет хорошо - и даже карьера не загублена: атака ночных истребителей, это законный повод сбросить бомбу! А повреждения не смертельны - зато достаточное основание, чтобы на повторную миссию (если генерал не отступится) послали бы кого-то другого! Сейчас они скроются в ночи, уходя из зоны видимости русского локатора. А если внизу окажется китайская деревня - макакам точно не позавидуешь, но это их, макак, проблемы!
Это были последние мысли Джеффа Ройса, за мгновение до того, как ведомый Як-25 врезался в бомбардировщик. Был ли таран осознанным, или пилот уже подбитого истребителя просто не сумел разойтись с начавшей маневр целью, и не оценил ее размеры, этого никто не узнает. Но когда восьмитонный истребитель со скоростью 800 километров в час врезается в стотонный бомбардировщик, все еще идущий более чем на шестистах, это страшно!
Тел после так никогда и не нашли - десяти американцев и двух русских, капитана Александра Долинина и старшего лейтенанта Дмитрия Васютина. Успел ли кто-то выпрыгнуть с парашютом - не имело значения. Потому что бомба взорвалась прежде, чем кто-то из парашютистов мог бы приземлиться.
Ни штурман, ни Ройс с Чаком не знали, что уродская тыквообразная форма корпуса бомб типа Mk-3 и их стабилизатор, предназначенный не столько для стабилизации падения, сколько для его замедления, приводили к рысканью 'Толстяка' по курсу и тангажу аж до двадцати пяти градусов. Даже на полигоне эта бомба практически никогда не попадала в цель, отклоняясь иной раз на расстояние до полутора миль от точки прицеливания. И волею случая, взрыв на высоте триста пятьдесят метров был в трех километрах от периметра базы Синьчжун - почти точно над лагерем одной из "дивизий" генерала Мо, ведущих осаду.
Это же время, внизу.
Генерал Мо, полновластный правитель не самой маленькой из китайских провинций, был доволен. Как в притче Конфуция - умная обезьяна сумеет извлечь выгоду даже из смертельной драки двух тигров!
В двух атаках сдохло не меньше двадцати тысяч этих, ничтожных червей! И за каждого американцы обещали заплатить по пятьдесят долларов, и еще по полному солдатскому комплекту - винтовка, патроны, обмундирование, каска, сапоги, ранец, и паек на три дня. И русские тоже приняли эту игру, раз сами предложили забрать с дохлых все что на них было - так что даже не придется тратиться на снаряжение для тех, кого завтра наловят в деревнях! Ведь истинно, что низшие должны не жалеть своих никчемных жизней ради блага вышестоящих - почитание власти, начальства и родителей, это высшая добродетель, как учил Конфуций! Хотя и тут новые веяния - что ж, ничего не стоит перед убоем сказать эти овцам что-нибудь знаменательное, про освобождение Китая от иностранного ига! Ну а что все умерли, так военное счастье так переменчиво?
Тут фанза (лучший в деревне дом старосты, где расположился сам командующий) подпрыгнула, как при землетрясении. За окошком все залило ярким, почти дневным светом. А затем на голову Мо рухнули стены и потолок.
Генералу, однако, повезло, не только не быть раздавленным, но и обойтись без особенных увечий. Верные гвардейцы вытащили своего господина из-под обломков. На севере, где также стояла часть его армии, что-то сильно горело. А вокруг все бежали с криками - те, кто мог бежать, а не полз и стонал, или лежал недвижно.
- Русские сбросили на нас Бомбу, как на Шанхай! - доложил Чен, старший из офицеров охраны - надо скорее спасаться, мой господин!
Тут Мо ощутил, что живот готов его предать. Один из глупых, но могучих тигров обратил внимание на бедную обезьяну! Эти северные варвары, совсем не понимают тонкой игры - все у них грубо и просто: враг? Убить! А если сейчас упадет вторая бомба, и третья? Нет позора в бегстве от разъяренного тигра!
- Мой автомобиль, скорее!
- Не заводится, повелитель!