- Сам ты мухомор! - обиделся Слон. - Что ж я, по-твоему, мухомор от подосиновика отличить не могу?
- Ну, сегодня ты сражался, как истинный берсеркер. А они, да будет тебе известно, перед битвой для храбрости мухоморы употребляли, - заметил Андрей. - Так не завалялась ли у тебя в шкафу пара-тройка сушёных мухоморов?
- Да бросьте вы, пацаны… Не мешайте рассказывать!
- Ну, хорошо, хорошо…
- Так вот, режу я красноголовики, все такие чистенькие, крепенькие, ни одной дырочки. И тут слышу шаги над головой, по краю оврага. Я окликаю: "Папа? Мама?" В ответ - тишина. Ну, думаю, показалось. А тут снова - топ-топ, хруст-хруст. Что-то тёмное мелькнуло. И тут у меня прямо душа в пятки ушла: стоит наверху страхолюдная такая старуха, вся в чёрное одета. Нос крючком, зубы торчком, ну настоящая Баба-Яга. Стоит, смотрит на меня и молчит. "Чего тебе, бабка?" - спрашиваю. А она тихим таким скрипучим голосом и говорит: "Внучок, бойся Водяного!" Так и сказала, бойся, мол, Водяного. А какой тут, к чёрту, Водяной, когда лес кругом?! Тут Лешего бояться нужно! Однако жутко мне стало - я со страху даже нож в траву уронил. Пока нашёл - а старухи и след простыл!
- Ну, это вообще сказка какая-то, - усомнился Бульбаш.
- Погоди, Митька! - одёрнул его Андрей. - Когда, говоришь, это было?
- Да прошлой осенью, в сентябре!
Андрей на минуту задумался. Все недоумённо посмотрели на него.
- Ты чего, Толстяк? - дёрнул его за рукав Гришка.
- Да нет, ничего. Я вот думаю, нет ли здесь какой-нибудь связи с аварией на прудах. Может, бабка её предсказывала?
- Игорь, твои утопленники в противогазах случайно не были похожи на Водяных? - поинтересовался Юрка.
- Они были похожи на чёртову дюжину мертвецов! А-а-а, понимаю… Не были они случаем призраками тех самых погибших при перевозке солдат?
- А я о чём толкую! - согласился Андрей.
- Кончайте, ребята, чепуху молоть! - вмешался до мозга костей рациональный Юрка. - Что-то у вас кругом черти, Водяные, Бабки-Ёжки в ступах и без, мертвецы какие-то ходячие, призраки… Мистика какая-то, честное слово. Митька, рассказывай свою историю. Только, чур, без мистики! - Под напором сугубого Юркиного материализма туман таинственности окончательно развеялся, и ребята вернулись на грешную нашу землю.
- А мне страшно было, по-настоящему страшно, когда мы с Атанасом из музея шпаги свистнули, - признался Митька. Об этой истории ребята тоже были наслышаны. Митька со своим беспутным одноклассником действительно похитили из музея, расположенного в семи километрах от городка, на месте дислокации русской армии поле отхода из Москвы во время Отечественной войны 1812 года, две прекрасно сохранившиеся шпаги. Митька водил друзей в лес и показывал завёрнутые в брезент клинки, припрятанные среди корней вывороченной бурей сосны. - Точнее, когда легавый Иванов нас на допросы таскал. Мы, конечно, в отказ, мол, я не я и лошадь не моя… А ведь кто-то настучал, как вы думаете, ребята?
- Ты что же, Бульбаш, кого-нибудь из нас подозреваешь? - возмутился Юрка. - Ты бы меньше сам языком трепал, а здесь все люди проверенные. И Атанасу своему передай: стукачей среди нас не было и нет! А может быть, кто-то из вас самих раскололся? - сделал он в свою очередь обидное для Бульбаша предположение. - Тогда он за собой и второго потянет. И светит вам, ребята, детская колония на ближайшие пару лет.
- Вор должен сидеть в тюрьме! - повторил Витька крылатую фразу Глеба Жеглова из кинофильма "Место встречи изменить нельзя".
- Да вы что, ребята?! Совсем очумели? - Бульбаш попятился по галерее и случайно уткнулся локтем в угловое окно. Окно открылось: видимо, уборщица забыла запереть его изнутри.
- Ур-р-ра! Вперёд, чуваки! - обрадовался Витька. - Берём родную школу штурмом!
И друзья следом за ним забрались внутрь школы, где тёмные коридоры освещались только неверным светом фонарей с улицы. Походили-побродили по обоим этажам, проверили двери всех кабинетов - кабинеты оказались закрытыми, покурили в туалете, присев на корточки, чтобы с улицы не было заметно. Ничего не сломали, ничего не подожгли, хотя все испытывали свою долю ненависти к опостылевшей за годы обители знаний, и только Витька написал на двери кабинета начальной военной подготовки огрызком карандаша, который постоянно таскал с собой: "Пельмень - козёл! Засунь автомат себе в зад!" И в меру своих скромных художественных способностей изобразил самоэкзекуцию преподавателя НВП, офицера в отставке. На следующее утро, придя на работу, Пельмень весьма изумился появившемуся за ночь граффити, покраснел до уложенных изящной волной седых волос, воровато заозирался по сторонам, открыл кабинет, вернулся с мокрой тряпочкой и начал старательно оттирать с двери творение анонимного живописца. А наши друзья неслышно похихикивали за его спиной. Витька, изобразив на лице выражение крайней озабоченности, подошёл и спросил:
- Вам помочь, Анатолий Борисович?
Тот лишь злобно зыркнул на него глазами и досадливо отмахнулся.
16
Заканчивался учебный год. Андрей и Юрка развлекались с карманным зеркальцем на уроке литературы. Учебник изобиловал портретами известных писателей и критиков, оставивших заметный след в истории отечественной словесности. Нужно было приставить зеркальце к портрету под прямым углом и, перемещая его, получить наиболее забавное изображение. Ну, никакого пиетета перед великими! Юности присущи подобные цинизм и нигилизм, которые со временем, как правило, проходят. Но не всегда и не у всех.
- Посмотри, посмотри! - толкал Юрка локтем соседа по парте. - Каков экземпляр!
- А взгляни-ка на этого! - отзывался Андрей, экспериментируя с очередным изображением.
Едва сдерживаемый истерический смех иногда прорывался, привлекая внимание класса и вызывая негодование молоденькой учительницы. После очередного нарушения порядка она не выдержала и, покраснев от гнева, заорала пронзительным голосом:
- Борисов! Воронин! Выйдите вон из класса!
- Елена Владимировна, мы больше не будем, - промямлил Андрей.
- Никаких "не будем", здесь вам не детский сад! Я достаточно терпела ваши выходки. Дневники - ко мне на стол, я запишу вам замечание. После урока заберёте их.
Приятели, понурившись, уныло поплелись с вещами на выход. У двери Юрка, обернувшись, церемонно поклонился и произнёс:
- До свидания, Елена Владимировна!
- До свидания, до свидания! Свободны!
За дверью ребята вновь покатились со смеху и, весело подталкивая друг друга, направились к выходу из школы. Спустившись с крыльца, завернули за угол и закурили - до конца урока оставалось ещё минут двадцать, так что времени было навалом.
- Хорошо хоть родителей не вызвала и к директору не отправила, - задумчиво произнёс Андрей.
- Елена - она добрая, но… нервная, - заметил Юрка.
- И некоторые несознательные личности пользуются этой добротой, - откликнулся Андрей. - Я, конечно, не имею в виду присутствующих - это первый случай на водном транспорте. Помнишь, нам задали прочесть любимое стихотворение. Все читали Пушкина, Есенина, Лермонтова. Мы с тобой, не сговариваясь, - "Не позволяй душе лениться…" Заболоцкого (более известное друзьям по шлягеру группы "Круиз"). А Глебушка Верховцев, по обыкновению ёрничая, продекламировал детское стихотворение "Львёнок и Черепашка", подведя подо всё это, опять же по обыкновению, теоретическую основу о любви различных видов животных.
- Ага. Что будет, если скрестить ужа с ежом? Полтора метра колючей проволоки!
- Да, типа того. То-то Елена взбеленилась! И влепила Глебушке "пару".
- Я считаю, не вполне заслуженно. Ведь стихотворение хорошее, душевное такое…
Тут воспоминания приятелей прервал страшный взрыв, прозвучавший из-за угла, со стороны фасада, так что стёкла зазвенели, и последовавшая за ним белая ослепительная вспышка, словно в небесах кто-то щёлкнул фотоаппаратом. На мгновение мир стал чёрно-белым, и ото всех предметов, расположенных во дворе школы, - памятника Первому Космонавту, фонарей, кустов и скамеек, - потянулись чётко очерченные тени. Несколько секунд стояла мёртвая тишина, от которой звенело в ушах. А может быть, это были последствия взрыва. Потом тишина наполнилась гулом, гомоном, испуганными криками. На крыльцо высыпала разномастная толпа учеников и учителей. Все кричали, толкались, страшно шумели. Юрка с Андреем тоже поспешили к месту происшествия.
Возле памятника Гагарину стояла неясная фигура. Когда пыль рассеялась, все увидели, что это был солдат в защитном костюме и в противогазе.
- Инопланетя-а-ане! - пронеслось-прошелестело по рядам школьников.
Но пустое небо в легких перистых облаках хранило молчание, да и "летающих тарелок" и прочих неопознанных объектов поблизости не наблюдалось. А к Андрею с Юркой уже пробивался сквозь толпу, отчаянно работая локтями, встревоженный и запыхавшийся Метис.
- Это он! Я узнал его! - захлебываясь, говорил он друзьям. - Один из тех, кого я видел на прудах…
- Вот тебе, Юрка, и мистика, и чертовщина, - заметил Андрей. - А ты не верил, теперь можешь убедиться сам. Как говорится, иди и смотри.
- Ерунда! Обыкновенный солдат, ничего особенного. Может быть, у них учения проходят, - не сдавался Юрка.
- Тогда из-за чего произошел взрыв? И как он здесь появился? - возразил Андрей.
- А ты-то сам знаешь?
Андрею только оставалось развести руками.
- Смотрите, смотрите! - прервал их спор Игорь, указывая на зловещую и таинственную фигуру.
Навстречу непрошенному гостю вышел директор школы Гога и остановился от него шагах в пяти.
- Позвольте поинтересоваться целью вашего посещения, - любезно начал директор.