Элисон пожала руки обоим. Теперь все стало чуть формальнее, они стояли между такси, глядя друг на друга, словно чужие. Затем Саймон шагнул к ней и поцеловал в обе щеки. Она вдохнула незнакомый древесный аромат лосьона после бритья. Ханна последовала его примеру, чмокнув ее в щеку холодными губами.
- Ты взяла новое имя? - спросила Ханна.
Она отступила на шаг.
- Да.
Элисон фыркнула.
- Из всех имен на свете она выбрала имечко, которое уж точно привлечет внимание! И толку было сюда приезжать, толку прятаться!
- Это мой выбор, вы не можете мне помешать. - Она обернулась к приемным родителям. - Теперь вы должны называть меня Сулис.
Нельзя сказать, что они сильно удивились. Ханна нервно хихикнула, Саймон размышлял, склонив голову набок.
- Почему бы нет? Возможно, мы и сами взяли бы похожее имя для своего ребенка. Нестандартное. Клевое.
Кто бы сомневался, подумала Сулис. Обычное, скучное имя не для таких, как они.
- Чем меньше прячешься, тем труднее тебя найти, - сказала она.
- Ты уверена?
- Мне оно нравится. А вы можете называть меня просто Сью.
- Сулис так Сулис, - кивнул Саймон, словно принял решение. - Заглянете к нам, миссис Уэст?
- Боюсь, не успею. - Элисон напустила на себя разочарованный вид. - Скоро мой поезд. Где бы тут найти местечко поспокойнее?
- Моя машина за углом. - Саймон подхватил чемоданы и, не оглядываясь, зашагал вперед.
Они двинулись следом. К удивлению Сулис, Ханна обняла ее за плечи и прошептала:
- Не сомневайся, у нас все получится!
Сулис подавила улыбку. Не сосчитать, сколько раз она слышала эти слова.
Втиснувшись на заднее сиденье, Элисон принялась копаться в портфеле, откуда вскоре выудила большой конверт.
- Здесь все: паспорт и свидетельство о рождении на новое имя, страховки, медицинская карта.
- Фотографии? - спросил Саймон.
- Ваши изображения вставили в ее детские снимки, тут еще аттестат. Номера телефонов нашей службы, для экстренных случаев, а еще местного отделения и полиции. Они будут на связи.
- Ничего себе, новая жизнь, - хмыкнула Сулис. - Никакого проходу от социальных работников.
- Ты должна понять…
- Понимаю… - Она отвернулась к окну. В окне кафе через дорогу мужчина поднес ко рту белую чашку. Он смотрел прямо на нее, и Сулис поспешно опустила очки. - Для вас это обычное дело.
Элисон и Саймон обменялись огорченными взглядами.
- Когда тебе исполнится восемнадцать, М… Сулис, ты сможешь поступать по своему усмотрению. Осталось три месяца. До тех пор мы за тебя отвечаем.
- Ладно.
Интересно, они установят за ней специальный надзор? Возможно, незнакомец в кафе один из них? Но мужчина уже ушел, расплатившись у кассы.
Элисон соскользнула с нагретого сиденья.
- Прощай, дорогая, удачи. Не позволяй прошлому испортить тебе жизнь.
Они обнялись. Сулис прижалась к пышному бюсту, вдохнула аромат "Шанель" и удивленно подумала, что ей будет недоставать Элисон. Хотя ни с кем из дюжины социальных работников, с которыми ее сводила жизнь, Сулис так и не сумела подружиться.
Впрочем, когда Элисон выбралась из машины, одернула пиджак и помахала рукой, Сулис привычно подумала, что никогда больше ее не увидит. Давно пора привыкнуть. Незнакомые люди входили в ее жизнь и, не успев обжиться, снова уходили, но сейчас, махая рукой в ответ, Сулис ощущала внутри непривычную пустоту.
Когда Элисон ушла, в машине стало тихо. Затем Саймон наклонился и включил проигрыватель. Заиграла джазовая музыка. Он приглушил звук, обернулся - загорелый, как после отпуска, - и сказал:
- Ну что ж, поехали. Отныне ты наша дочка, ты вернулась из школы, теперь мы - одна дружная семья.
Сулис слабо улыбнулась.
- А люди не скажут…
- Мы переехали несколько месяцев назад, в этом городе мы чужие.
Сулис откинулась назад, мотор завелся. На миг ей захотелось, чтобы Саймон сказал что-нибудь ободряющее. Дал понять, что чувствует ее страх и тревогу. Но он уже отвернулся и показывал Ханне на дорожный конус, который ей следовало обогнуть.
Всю дорогу Ханна болтала. Сулис слушала вполуха, не отрываясь, разглядывала мелькавшие за окном величественные георгианские строения: стройные опрятные фасады, белые двери, ниши с цветочными горшками, забранные черными решетками.
Автомобиль тащился следом за двухэтажным туристическим автобусом. Сулис, прижимая рюкзак к груди, уговаривала себя не улыбаться слишком широко. Фотографии не передавали и сотой доли реальности. Солнце вышло из-за туч, озарив золотым сиянием мостовые. Чайки и скворцы гомонили в кронах деревьев. Они свернули налево, затем направо и выехали на просторную улицу. С обеих сторон, сияя громадными окнами, раскинулись старинные строения. Их строгая красота наводила на мысль о стабильности и нерушимом порядке. Сулис представила, что эти дома - придворные, которые выстроились вдоль холма для встречи. Машина завернула за угол - Сулис не удержалась и вскрикнула.
Ханна улыбнулась ей в зеркале заднего вида.
- Впечатляет, да? Сама никак не привыкну.
Они въехали в круг, образованный домами. Внутрь круга, словно три спицы колеса, вели три улицы. Автомобиль медленно обогнул площадь, и на Сулис снизошло странное успокоение. Эти великолепные фасады словно защищали ее, придавали уверенность. Трехэтажные дома с колоннами и высокими окнами образовывали единую террасу, а наверху, вдоль карнизов, через равные промежутки, стояли огромные каменные желуди. Широкая мостовая, черные сверкающие перила. В центре возвышались пять могучих деревьев, их макушки поднимались выше крыш.
- Добро пожаловать в Королевский круг! - сказал Саймон.
- Вы живете здесь?
Он кивнул.
- Не буду хвастать, что нам принадлежит весь дом, он стоит целое состояние, но у нас квартира с чудесным видом из окна на верхнем этаже.
Ханна припарковалась у бордюра.
- Приехали, Сулис.
Они вышли из машины, и Сулис поймала себя на непривычном ощущении: за долгое время ей впервые показалось, будто она вернулась домой. С семи лет она успела пожить в дюжинах домов и квартир - порой убогих, чаще обычных, однажды даже на ферме посреди йоркширских болот, - но никогда в месте, подобном этому. Белая дверь с блестящим молотком, просторный холл, вымощенный черно-белой плиткой, и широкий лестничный пролет поражали воображение. Сулис оставила Саймона разбираться с чемоданами и кинулась наверх вслед за Ханной.
- На цокольном этаже живет мистер Томас, бизнесмен, - объясняла Ханна, ведя маленькой ручкой по дереву перил. - Миссис Уилсон на первом, она здешний старожил. На втором - семейная пара из Лондона, приезжают на выходные. А вот и наша квартира.
Ханна вставила ключ в замок и открыла дверь.
- Твоя комната в мансарде. А я спущусь, помогу Саймону. У него проблемы со спиной, хоть он и не признается.
И Ханна зацокала каблучками по лестнице.
Сулис бросила рюкзак на кресло. Белоснежное пространство с высокими потолками, прозрачные занавески на огромных окнах. Кожаный диван, заваленный книгами, стол, телевизор, аудиосистема. Запах ароматических свечей. В конце прохода крохотная деревянная лестница. Сулис взбежала по ней - наверху обнаружилась ванная и узкий коридор, должно быть, его строили для слуг. Коридор вел к обшарпанной двери.
- Нашла? - донесся снизу голос Саймона.
- Да, - ответила она.
- Вот и славно. Чай или кофе?
- Чай, пожалуйста.
Сулис стояла на пороге. Длинная узкая комнатка с белыми стенами и полом. Ковер, стол, кресло, кровать. Широкий стеклянный прямоугольник окна. Она распахнула его и радостно вскрикнула - за каменной балюстрадой располагалась небольшая площадка. Чайки жалобно кричали и хлопали крыльями. Сулис пригнулась, вылезла наружу и крепко обхватила рукой подножие огромного желудя. Нагретый солнцем камень обжигал ладонь. Перед глазами во всем своем великолепии раскинулся Королевский круг, он словно наблюдал за ней - вежливый, молчаливый зритель.
Внизу, заставляя голову кружиться, двигались автомобили, женщина с коляской шла по тротуару, галки шумели в кронах деревьев.
Сулис парила в небе, удивляясь, отчего ей так тревожно, так не по себе? Словно радость может испугать. Как изменит ее эта новая жизнь?
Какой окажется неизвестная ей Сулис?
ЗАК
Рядом с грязной таверной двое местных зажигали фонари, а когда я спросил дорогу, уставились на меня, словно болваны. Болваны и есть.
- Никак с севера, господин?
- Не ваше дело.
Болваны ухмылялись. Вероятно, их смешил мой выговор.
- Тот новый дом на Джайлз-Элли, - сказал один.
- Спасибо.
Чувствуя затылком их взгляды, я крепче сжал рукоять шпаги, которую Форрест велел мне взять с собой. По вечерам в городе опасно, сказал он. Болваны хихикали. Наверняка до сих пор пялятся мне в спину.
- Смотрите в оба, сэр, - крикнул один, - в том доме водятся привидения.
Простонародье тут изъясняется на странном диалекте. Мне потребовалось немало времени, чтобы научиться понимать их мягкое бурчание.
Я шагнул в канаву, переступил через навозную кучу и свернул туда, где, по их словам, пролегала Джайлз-Элли.
Кругом стояла тьма кромешная. Дряхлые крыши клонились к земле, закрывая просвет. Какая-то тварь, вероятно крыса, прошмыгнула между ног. Я пнул ее носком сапога, промазал, и крыса юркнула в нору. Каблуки так и норовили угодить в какую-нибудь щель.