– Вам поисковые комплекты в каждое управление отгрузили! – тихо заметила она. – Где они?
– Я проверю! – клятвенно заверил Цайпань.
– Разворовал! – громко сообщила женщина.
– Совсем не работают в управлениях! Главный полицай… как его там? Главный полицай распустил команду!
– Дай лоботомнику по загривку и возвращайся к нам! – послышался ленивый совет главнокомандующего. – В полиции ничего не умеют делать! Я свою сильную разведку озадачу, пусть прогуляются! Дел-то: взять сигнал у сетевиков, локализовать да прогуляться по миру! А мои головорезы такие – они саму императорскую гвардию затоптали!
– Поисковыми комплектами обеспечим еще раз, – подумав, решила женщина. – Чтоб локализовали! И данные – чтоб военной разведке передал! К тебе придут, жди. Лоботомник.
Танцовщица развернулась, махнула рукой – и у Цайпаня словно взрыв-пакет в голове лопнул. Ух, как больно умеет бить женщина!
А у дворца возле колымажки Цайпаня поджидал новый главный полицай.
– Ну, как? – потребовал доклада он.
– Выделили поисковые комплекты-то! – радостно сообщил Цайпань. – Сразу выделили!
– Ну… стараешься, – снисходительно признал главный полицай. – Половину мне. Лоботомник.
– Дело-то у нас забирают! – решился сообщить Цайпань. – Сказали дочку локализовать и данные отдать!
Главный полицай подозрительно нахмурился.
– Сам распределяльщик всех средств континента сказал! – заторопился Цайпань. – Сказал, локализовать и военной разведке отдать! Самому распределяльщику как возразить?
Главный полицай округа плавней тяжело думал, сопел и хмуро царапал двойной подбородок. Цайпань хорошо представлял, о чем думает непосредственный начальник. У военных – очень сильная разведка! Могут и найти дочку распределяльщика всех средств континента! И убийц из ордена Насмешников могут найти! Данные локализации заберут, а с данными любой лоботомник найдет! Забросят в облако локализации энергостанцию, а за ней следом пару звеньев сильной разведки – и гоняй убийц как хочешь, жги и стреляй! А потом скажут: не умеет работать главный полицай округа плавней! И распределение средств отберут…
– Комплекты выделили? – наконец буркнул главный полицай округа. – Ну и пусть забирают дело. А ты работай. Локализацию по дочке распределяльщика чтоб сделал! И чтоб сам в штабе сидел- ждал! Придут военные, чтоб сам отдал!
– Так… мне дочку вечером из высокой школы забрать бы, – заикнулся Цайпань. – Дочка-то ждать будет…
– Дочка? Дяньчи-молния? – задумался главный полицай. – Ну… я заберу. Хорошая у тебя дочка-то. Да и соседи мы. А ты работай, Цайпань, и хорошо работай!
И главный полицай снисходительно треснул его по загривку.
Цайпань бежал к колымажке и счастливо улыбался. Снова в команде! Ай да дочка! Новому главному полицаю округа успела приглянуться! Умница!
Худышка Уй.
Она пришла в темноте. Сама пришла. Встала во входном проеме, независимо прислонилась к косяку. Полицай-дознаватель, смертельный враг ордена Насмешников. И единственная их соотечественница на тысячи жизней полета вокруг – а может, даже на миллионы?
Ее появление ничего не изменило. Собрались на ночное дежурство Здоровяк Мень и хувентус. Ики и бабушка Нико вернулись с водных процедур. Кошка Мэй и Робкая Весна продолжили тренировку в бурьянах за стройкой. Уродливый Чень при свете тусклого шара копался в местной электронике, притащенной со свалки, удовлетворял профессиональное любопытство. На грубо сколоченной едальной поверхности бормотало оживленное Ченем устройство, рядом сидел Ян Хэк и внимательно слушал, пытался выучить местный язык.
– По сравнению со вчерашним – ни одного знакомого слова! – наконец сделал вывод Ян Хэк и разочарованно отстранился.
– Маскулин сказал, у них разные языки, – тихо заметила от дверей Уй. – Может, в этом дело?
Наладчик удивленно подскочил.
– Маскулин – сказал? – восхитился он. – А ты – поняла? Ян Хэк, ты тупица!
– Я не тупица! – запротестовал бывший профессор философии. – Я тоже понял! Я понял, Уй нам что-то сказать хочет! Вот!
– Ян Хэк, я хочу с вами жить! – выпалила Уй и независимо вскинула голову.
– Ты идиотка? – возмутился Чень. – Кто тебя пустит? Ты нас в первую ночь перебьешь!
– Она идиотка! – подтвердила Робкая Весна, появляясь из темноты. – Я ее сама в первую ночь убью!
– С Яном Хэком хочешь жить? – переспросила Мэй, заходя в сарай и пристраивая в угол боевой шест. – Тогда ты…
– Идиотка! – радостно ляпнула нахальная Ики. – За Яна тебя Мэй сразу убьет, ночи дожидаться не станет!
– А ты точно стряпальщица из пробегаловки? – тяжело глянула Мэй. – А говоришь, как чиновник – неучтиво! Лезть во взрослые разговоры разрешения не было!
– Уй, а почему ты с нами хочешь жить? – серьезно спросил Ян Хэк, и установилась тишина.
– Я не могу! – отчаянно сказала она. – Он такой уродливый! Он не моется! У него в доме грязь! Он больной! И говорит непонятно! У меня от его языка голова болит! И он маскулин!
– И я маскулин, – смущенно напомнил из дверей Здоровяк Мень.
– Потому я спрашиваю разрешения не у тебя, а у Яна Хэка! – отрезала Уй.
Установилась неловкая тишина – они все в данное время были маскулинами. Частично – но были.
– Рассмотри ситуацию в другом ракурсе, – неожиданно рассудительно сказала Мэй. – Мы – в чуждом, незнакомом мире. У нас нет возможности отсюда выбраться – значит, надо как-то устраиваться здесь. Но мы враги и желаем жить по-разному. Что ж, появилась прекрасная возможность доказать, чья манера жить эффективней! Господарка Уй против ордена Насмешников, да-нет? Я не понимаю, чем ты возмущена, дознаватель Уй. У тебя, как и на родине – лучшие стартовые условия! В твоем распоряжении уже дом. А мы живем все в одном сарае. У тебя есть мужчина из местных, он сам тебя принял, значит, согласный учить тебя языку и готовый учиться сам. Если здесь хоть немного чтут законы Аркана – согласный весь. Через него ты сможешь войти в местное общество, тогда как мы – бездомные бродяги, прячемся на стройке. А еще у тебя образование, которое никуда не исчезло с переходом, верно? И которого были лишены мы. И, если Сунь не ошибся, учение мистиков-блудодеев не чужое тебе? Может, у тебя и организм изменен? Если да, то это – очень мощное оружие!
– У тебя тоже! – сказала Уй уверенно.
– Да, но местный впустил в свою жизнь тебя. А я – головная профсоюза, я боевик ордена Насмешников, мне сильночувственность преимуществ не дает.
Уй помолчала, недоверчиво поглядывая на Мэй и что-то прикидывая. Потом независимо улыбнулась и присела к едальной поверхности.
– Я могу рассказать вам про резонаторы! – с вызовом сказала она. – Про резонаторы и про себя. Это так интересно, и очень полезно, да-нет? В обмен вы заключите со мной перемирие.
Беглецы неуверенно переглянулись – и уставились на Яна Хэка. Мужчина покосился на недовольную Кошку Мэй, качнул равнодушно пальцами.
– Резонаторы, – согласился он. – И про себя. Говори, не тронем.
Тяжелый браслет со стуком лег на дерево. Уй уверенно взялась за настройки – и браслет слабо мигнул, подтверждая готовность к работе! Несколько стволов немедленно уставились на полицай-дознавателя.
– Я не воспользуюсь резонатором, – принужденно усмехнулась она. – И вам не советую. Хотя – да, браслеты в порядке, вы правильно догадались!
– Браслет – не главная часть прибора, – поддержал ее Чень. – Я как раскрутил, сразу догадался! Там всего три блока: красненький для питания, как и везде, еще синенький…
– Ты идиот, да, блоки ковыряешь?! – возмутился из темноты снаружи сарая хувентус. – А если б энергоблок замкнуло? От нас бы ничего не осталось!
– Я знаю, где ковырять, я наладчик!
– Оно видно, как знаешь! На лице написано! Вот так же ковырялся?
– Дети! – усмехнулась беззлобно Мэй. – А ты хочешь с нами жить. Рехнешься с непривычки. Так что с резонаторами?
Установилась сконфуженная тишина.
– Резонаторы, – вздохнула Уй. – С ними всё просто, но чтоб понять, как это просто, нужно немножко знать теорию…
Ики при слове "теория" уныло скривилась, но перехватила взгляд Мэй и благоразумно решила не лезть во взрослые разговоры.
– Я коротко, – еле заметно улыбнулась Уй. – Ну, вы хотя бы знаете принцип суперструнного строения Вселенной? Миры есть гармоники на суперструнах микромира. Значит, чтоб перейти в иной мир, надо всего лишь… зазвучать в резонанс с ним. Понятно, чтоб раскачать любой материальный объект, потребно чудовищное количество энергии. Но лет пятьдесят назад выяснилось, что раскачать достаточно… ну, всего одну частичку. А дальше идет цепная реакция.
– Реакция? – сипло спросил вдруг наладчик Чень. – Цепная? Внутри меня?! Ой, чень-блень…
Уй сочувственно глянула на наладчика. Урод должен был лучше прочих понимать, что такое цепная реакция – и чем она грозит живому.
– Жесткие излучения! – в панике бормотал Чень, стремительно ныряя под стол. – Тяжелые изотопы! Некроз тканей! О-о… где анализатор?!
– Чень, уймись! – рявкнула Мэй. – Мы живы! Значит, это другая цепная реакция! Или та же, но не очень цепная!
– Цепная реакция, – вздохнув, сказала Уй. – Вот синий блок в браслете и задает границы этой реакции, Он стандартный. Чень, наверно, встречал такие блоки в приборах для объемных измерений. А желтый блок – отсекатель. Если он не сработает – реакция распространится на весь мир…