Навстречу им вышла тучная женщина, показавшаяся Герсену не менее грозной, чем женщина при пивном кране, хотя и была на несколько лет моложе. Как и у женщины внизу, на ней было бесформенное черное платье, а волосы свисали единой слипшейся массой. Усы у нее, однако, были не столь пышными. Гневно сверкая глазами, она попеременно глядела то на одного из новоприбывших посетителей, то на другого.
- Как я понимаю, вам захотелось поесть?
- Да. Именно поэтому мы здесь, - ответил Герсен.
- Садитесь вон туда.
Женщина пересекла вместе с ними весь ресторанный зал и после того, как усадила их, с видом, не предвещавшим ничего хорошего, низко к ним наклонилась, упершись о стол ладонями.
- Ну и что вам больше всего по вкусу?
- Мы знакомы с дарсайской кухней только лишь понаслышке, - сказал Герсен. - Что бы вы нам могли порекомендовать из того, что вам больше всего самой нравится?
- Этого еще не хватало! Такую пищу мы готовим только для самих себя. Здесь же мы кормим "чичулой" - вот и извольте довольствоваться тем, что вам подадут. - Увидев недоуменные взгляды Герсена и Рэкроуза, женщина соблаговолила пояснить. - Это та баланда, которую мы скармливаем мужикам.
- А что же в таком случае можно сказать об "изысканных дарсайских блюдах", которые вы рекламируете? О четоуси, пурриане, ахагари?
- Гляньте вокруг. Видите - мужики лопают в свое удовольствие.
- Верно.
- Вот и вы должны есть то же самое.
- Принесите нам по небольшой порции каждого из этих блюд. Попробуем сами разобраться в тонкостях дарсайской кухни.
- Как пожелаете. - С этими словами женщина удалилась на кухню.
Глядя ей вслед, Рэкроуз погрузился в угрюмое молчанье. Герсен же с интересом стал наблюдать за посетителями ресторана.
- Интересующего нас лица нет среди присутствующих в этом помещении, - в конце концов заметил Герсен.
- Неужели вы всерьез рассчитываете найти его здесь?
- Особых надежд на это не питал, но мало ли какие совпадения могут произойти? Окажись он проездом в Форт-Эйлианне, где еще, как не здесь, можно надеяться на то, чтобы найти его?
Максел Рэкроуз бросил в сторону Герсена подозрительный взгляд.
- Вы говорите мне далеко не все из того, что известно вам.
- Это должно вас удивлять?
- Отнюдь нет. Просто хотелось бы услышать хоть намек на то, во что я влип, связавшись с вами.
- Сегодня вам нужно опасаться только четоуси и, не исключено, пурриана. А вот если наше расследование продолжится, тогда может возникнуть настоящая опасность. Ленс Ларк способен на что угодно.
Рэкроуз, явно нервничая, стал озираться по сторонам.
- Я предпочел бы не вызывать недовольства со стороны этого субъекта. Его мстительный нрав общеизвестен. Не забывайте о судьбе Эразмуса Хьюптера. Мне лично абсолютно все равно, что обозначает загадочное слово "панак".
Подошла женщина с подносом.
- Вот пиво, которым мужчины обычно запивают свою еду. Впервые наведывающимся в наше заведение настоятельно рекомендуется доставить чуточку развлечения старожилам. Автомат вон там. Не пожалейте монету, и перед вами выступит какая-нибудь труппа с захватывающим дух номером.
Герсен повернулся к Рэкроузу.
- Вы в таких делах дока - вот и выбирайте.
- С удовольствием, - без особого энтузиазма произнес Рэкроуз и направился к автоматическому проектору голографических изображений. Прочитав перечень предлагаемых номеров, он нажал на рычаг и бросил монету в щель монетоприемника. Тотчас же из громкоговорителей раздался пронзительный клич: "Перед вами Джевкл Наткин и Озорные Бродяги!" Под оглушительный грохот деревянных барабанов и медных тарелок в пространстве перед проектором сформировались голографические изображения исполнителей: высокого худого мужчины в трико из белых и черных ромбов с плетью в руке и группа из шести совсем еще маленьких мальчишек, на которых были только длинные красные чулки.
Наткин спел несколько нескладных куплетов, в которых горько сокрушался по поводу недостаточного мастерства своих подопечных, затем исполнил эксцентричную джигу, принимая вызывающие позы и делая озабоченное лицо и одновременно с этим так и этак щелкая плетью, а мальчишки в то же самое время бегали и прыгали вокруг него с совершенно невообразимыми проворством и ловкостью. Наткин, выражая недовольство невыразительностью их ужимок, едва заметными движениями руки стал посылать кончик плети точно в пухлые ягодицы мальчишек. Стимулируемые подобным образом, мальчики выполняли в воздухе головокружительные перевороты и сальто до тех пор, пока Наткин не оказался как бы в центре своеобразной карусели из кувыркающихся мальчишек, после чего он торжествующе вскинул вверх руки, и изображение исчезло. Клиенты, которые с ревностным вниманием наблюдали за представлением, какое-то время еще недовольно поворчали, обсуждая увиденное, и снова заработали челюстями, пережевывая любимую пищу.
Из кухни снова выплыла женщина в черном платье, неся поднос с огромными мисками и пузатыми чашами, и с грохотом выставила все это на стол перед едва не обалдевшими Герсеном и Рэкроузом.
- Вот заказанные вами блюда. Четоуси. Пурриан Ахагари. Ешьте, сколько хотите. Если же что и оставите не съеденным, оно все равно вернется в общий котел.
- Спасибо, - сказал Герсен. - Между прочим, а кто это - Тинтл?
Женщина иронически фыркнула.
- Имя "Тинтл" - это всего лишь вывеска. Всю работу делаем мы, женщины, мы же забираем себе выручку, Тинтл знает свое место и ни во что не вмешивается.
- Если можно, позвольте перекинуться парой слов с Тинтлом.
Женщина снова насмешливо фыркнула.
- Вы от Тинтла ничего не добьетесь - он совсем отупел. Маразматик да и только! Но если вам так уж сильно хочется на него взглянуть, то пройдите на задний двор. Он там только и занимается тем, что пересчитывает собственные пальцы и чешет скребком спину.
Женщина ушла. Герсен и Рэкроуз, преодолевая брезгливость, робко принялись за еду.
- Не пойму даже, что из всего этого самое мерзкое на вкус, - через некоторое время пожаловался Рэкроуз. - От четоуси несет тухлыми яйцами, но ахагари совершенно непереносимо. Пурриан просто дрянь. А пиво такое, как будто эта дама вымыла в нем своего пса... Что? Вы продолжаете есть эту пакость?
- Вы должны поступить точно так же. Нам нужен предлог для того, чтобы сюда наведываться. Вот, попробуйте добавить какую-нибудь из этих замечательных приправ.
Рэкроуз поднял руки.
- С меня довольно. По крайней мере, при сложившемся уровне оплаты моих услуг.
- Как вам угодно. - Герсен проглотил еще несколько ложек дарсайской пищи, затем отложил ложку в сторону. - Для первого вечера мы увидели вполне достаточно. - Подав знак женщине, он произнес:
- Мадам, наш счет, пожалуйста.
Женщина бросила взгляд на миски.
- У вас просто волчий аппетит. Придется взять с каждого из вас по два - нет, даже по три сева.
- Три сева за несколько ложек? - негодующе вскричал Рэкроуз. - Таких цен не бывает даже в "Кафедральной"!
- В "Кафедральной" подают безвкусную преснятину. Расплачивайтесь, как велено, все равно я вас не отпущу, не выпотрошив, как положено.
- Вот и потрошите, - предложил Герсен. - Хорошенький способ привлечения постоянной клиентуры. Я мог бы еще добавить, что мы надеемся встретиться с одним из членов клана Бугольда.
- Ха-ха! - ухмыльнулась женщина. - А я-то здесь причем? Один из отщепенцев бугольдовского клана ограбил склад компании "Котзиш", и именно поэтому мне теперь приходится жить здесь, на этой продуваемой сырыми ветрами планете, где все мои кости выворачивает ревматизм.
- Я слышал несколько иную историю, - всезнающим тоном довольно равнодушно произнес Герсен.
- То, что вы слышали - чушь собачья! Рейчпол-бугольдец и гнусный скорпион Пеншоу сговорились между собой. Это они должны были стать кончеными людьми, а не бедняга Тинтл. Ну-ка, платите теперь причитающиеся мне монеты и ступайте своей дорогой. Меня надолго расстраивают всякие сплетни, связанные со злополучной "Котзиш".
Герсен отрешенно отсчитал шесть севов. Подавальщица, бросив на Максела Рэкроуза злобно-торжествующий взгляд, мигом смахнула монеты в карман.
- Не помешали бы еще два сева в знак благодарности.
Герсен вручил мадам Тинтл две монетки, и она направилась в сторону кухни.
- Вы были с нею непомерно любезны, - неодобрительно поморщившись, процедил сквозь зубы Рэкроуз. - Жадность этой мегеры под стать только мерзости приготовленной ею пищи.
Женщина тут же бросила через плечо:
- Я нечаянно услышала ваше высказывание. Когда вы в следующий раз удостоите нас своим посещением, я выварю в вашем четоуси тряпки, которые подкладываю себе в промежность при месячных. - С этими словами она удалилась. Герсен и Рэкроуз тоже не стали задерживаться в зале ресторана.
Выйдя на улицу, они остановились на какое-то время на тротуаре. Над озером повис густой туман. Уличные фонари вдоль Пилкамп-Роуд просматривались как размытые бледно-голубые круглые пятна.
- Что теперь? - спросил Рэкроуз. - Визит к Тинтлу?
- Да, - ответил Герсен. - Он ведь где-то совсем рядом.
- Эта вульгарная особа упомянула задний двор, - проворчал Рэкроуз. - Туда можно пробраться, обогнув таверну, по переулку Нунана.
Они прошли за угол здания, в котором размещалась "Сень Тинтла" и стали подниматься по пологому склону холма вдоль боковой стены. Через несколько десятков метров показались ворота с металлическими прутьями, сквозь которые открывался вид на задний двор. Слева во тьме вырисовывался ряд полуразвалившихся сараев, из одного из которых пробивался свет.