- Но ведь это и в самом деле забавно. Разве не так? Руди - кукла, эрзац-творение картельной системы… А одновременно и самое высокопоставленное избираемое должностное лицо СШЕА. Люди голосовали за него и за прежних Дер Альте на протяжении целых пятидесяти лет… Извините, но это не может не смешить. К этому невозможно относиться иначе!
Она и в самом деле рассмеялась: сама мысль о том, что можно было много лет не знать этой Geheimnis, этой высшей государственной тайны, а потом вдруг узнать ее и не рассмеяться при этом, была выше ее разумения.
- Полагаю, я все же выберу решительные действия, - сказала она Гарту. - Да, именно так. Свяжитесь утром с "Карп Верке". Поговорите напрямую и с Антоном, и с Феликсом. Скажите им как бы между прочим, что мы их арестуем немедленно, едва они попытаются опорочить нас в глазах бефтов. Скажите им, что НП уже готова взять их.
- Хорошо, миссис Тибодо, - мрачно сказал Гарт.
- И не принимайте это слишком близко к сердцу, - продолжала Николь. - Если Карпы не угомонятся и все-таки раскроют Geheimnis, мы как-нибудь это переживем. Я считаю, тут вы не совсем правы. Это вовсе не приведет к нарушению статус-кво.
- Миссис Тибодо, - сказал Гарт. - Если Карпы обнародуют эту информацию, то независимо от того, как отреагируют бефты, впредь уже никогда не будет ни одного нового Дер Альте. А ваши властные полномочия юридически основаны только на том, что вы его жена. И это не совсем понятно, потому что… - Гарт замялся.
- Ну, говорите!
- Потому что каждому ясно, будь он гехт или бефт, что именно вы обладаете наивысшей властью. И чрезвычайно важно поддерживать миф о том, что так или иначе, пусть даже и косвенно, но эту власть вы получили из рук народа путем всеобщего голосования.
Наступило молчание. Наконец Пэмброук сказал:
- НП, пожалуй, стоило бы взять за бока этих Карпов прежде, чем они сумеют обнародовать свою "Белую книгу". Таким образом мы отрежем их от средств массовой информации.
- Даже и под арестом, - не согласилась Николь, - Карпам удастся получить доступ по меньшей мере к одному из СМИ. Нужно смотреть фактам в глаза.
- Но их репутация, если они окажутся под арестом…
- Единственно правильным решением, - сказала Николь задумчиво, словно советуясь сама с собой, - стало бы физическое уничтожение всех руководителей фирмы, участвовавших в совещании, на котором обсуждались вопросы политики. Другими словами, всех гехтов картеля, сколько бы их ни было. Даже если количество их будет исчисляться сотнями.
"Другими словами, - добавила она мысленно, - устроить самую настоящую чистку. Из тех, что бывают только во время революций".
Ее едва не перекорежило от этой мысли.
- Nacht und Nebel, - пробормотал Пэмброук.
- Что? - спросила Николь.
- Термин, которым нацисты обозначали агентов правительства, которые специализировались на политических убийствах. - Он спокойно выдержал взгляд Николь. - Ночь и туман. Они входили в состав эйнзацгрупп. Выродки. Конечно, у нашей национальной полиции… наша НП не имеет ничего подобного. Очень жаль, но вам придется действовать, опираясь на военных. Мы вам ничем не поможем.
- Я пошутила, - сказала Николь.
Теперь оба собеседника внимательно изучали ее лицо.
- Никаких чисток, - продолжала Николь. - Их не было со времен третьей мировой войны. Вам это известно. Мы слишком современны и слишком цивилизованны для резни.
- Миссис Тибодо, - сказал Пэмброук, нахмурившись. Губы его нервно подергивались. - Когда специалисты из института фон Лессингера переправят в нашу эпоху Геринга, вам, возможно, удастся организовать дело так, чтобы сюда была доставлена и эйнзацгруппа. Она может взять на себя ответственность за vis-á-vis Карпам, а затем вернуться в эру Варварства.
Николь уставилась на него, широко открыв рот.
- Я говорю серьезно, - сказал Пэмброук, чуть запнувшись. - Это было бы лучше - для нас, по крайней мере, - чем позволить Карпам обнародовать информацию, которой они обладают. Последнее - наихудшая альтернатива из всех.
- Я с вами полностью согласен, - сказал Гарт Макри.
- Это безумие, - сказала Николь.
- Разве? - Гарт Макри изобразил на своей физиономии удивление. - С помощью принципов фон Лессингера мы получили доступ к прекрасно подготовленным убийцам, а, как вы сами только что сказали, в нашу эпоху таких профессионалов попросту не существует. Кроме того, я сомневаюсь, что придется уничтожить сотни лиц. Как мне кажется, круг убитых может быть ограничен советом директоров и вице-президентами картеля. Не больше восьми человек.
- К тому же, - нетерпеливо добавил Пэмброук, - восьмерка высших администраторов Карпа являются преступниками де-факто: они преднамеренно встретились и организовали заговор против законного правительства. Их нужно рассматривать наравне с "Сыновьями Иова". С этим Бертольдом Гольцем. Несмотря на то, что они по вечерам надевают галстуки-бабочки и пьют прекрасные вина, а не маршируют по улицам и не копаются в помойках.
- Позвольте мне заметить, - сухо сказала Николь, - что де-факто и мы являемся преступниками. Потому что вся наша власть - как вы сами подчеркнули - основана на мошенничестве. И притом гигантского масштаба.
- Но наше правительство законно, - сказал Гарт. - Независимо от того, с помощью какого способа оно пришло к власти. Кроме того, так называемое "мошенничество" совершено в высших интересах народа. Мы решились на него совсем не для того, чтобы эксплуатировать людей - в отличие от картельной системы! Мы не живем за чужой счет!
"По крайней мере, - подумала Николь, - мы пытаемся убедить себя в этом".
- Поговорив с генеральным прокурором, - добавил уважительно Пэмброук, - я знаю теперь, какие чувства вызывает у него растущая власть картелей. Эпштейн чувствует, что нужно дать им по рукам. Это очень важно!
- А может, вы переоцениваете власть картелей, - сказала Николь. - Я к этому не склонна. Нам, думаю, следовало бы подождать пару дней, когда тут появится Герман Геринг, и мы сможем узнать его мнение по данному вопросу.
Теперь уже мужчины уставились на нее, разинув рты.
- Я пошутила, - снова сказала она.
Но было ли ее предложение шуткой, Николь и сама не знала.
- В конце концов, именно Геринг основал гестапо, - сказала она.
- Я никогда не мог одобрить это, - надменно изрек Пэмброук.
- Но не вы определяете политику нашего правительства, - сказала Николь. - Формально этим занимается Руди. То есть - я. Я могу заставить вас действовать от моего имени в этом вопросе. И вы будете действовать… если, конечно, не предпочтете присоединиться к "Сыновьям Иова" и не приметесь маршировать по улицам, швыряя камни и скандируя лозунги.
Лица Гарта Макри и Пэмброука сделались несчастными.
- Не пугайтесь прежде времени, - сказала Николь. - Вы знаете, что является истинной основой политической власти? Не оружие и не наличие войск, а способность заставить других делать то, что вы считаете нужным. Заставить любыми средствами. Я знаю, что могу заставить НП делать все, что мне хочется, - несмотря на чувства, которые вы лично при этом испытываете. Я и Германа Геринга могу заставить делать то, что мне захочется. И не Геринг будет принимать решения, а я.
- Надеюсь, - сказал Пэмброук, - что вы не ошибаетесь, рассчитывая справиться с Герингом. Признаюсь, я изрядно боюсь этого эксперимента с прошлым. Вы можете выпустить заразу из пробирки. Геринг - не клоун.
- Я прекрасно понимаю это, - сказала Николь. - Только не надо давать мне советы, мистер Пэмброук. У вас другие задачи.
Покраснев, Пэмброук некоторое время молчал, а затем произнес тихо:
- Извините меня!.. А теперь, если вы не против, миссис Тибодо, мне бы хотелось остановиться еще на одном вопросе.
Речь идет об этом психоаналитике, единственном на всей территории СШЕА, который еще практикует. О докторе Эгоне Сьюпебе. В объяснение причин, по которым НП разрешила…
- Я ничего не хочу об этом слышать, - перебила Николь. - Я хочу одного - чтобы вы занимались своим делом. Да будет вам известно, я никогда не одобряла акт Макферсона. И вряд ли стану возражать, если он не будет выполняться в полной мере.
- Пациент, о котором идет речь…
- Пожалуйста! - резко оборвала его Николь.
Пэмброук послушно пожал плечами, выражение его лица сделалось бесстрастным.
ГЛАВА 8
Едва они двинулись в зал собраний на первом этаже "Авраама Линкольна", Иан Дункан, следующий за Элом Миллером, заметил бредущее сзади марсианское существо. Папулу. Он тут же резко остановился.
- Это ты притащил ее сюда?
- Ты не понимаешь, - сказал Эл. - Мы же должны обязательно добиться успеха.
- Но не таким путем, - возразил Иан, немного поразмыслив.
Он все понял.
Папула обработает собравшихся в зале так же безотказно, как прохожих на распродаже. Она окажет экстрасенсорное воздействие, принуждая их к благоприятному решению. Что ж, это вполне соответствовало этике продавца драндулетов, понял Иан. Для Эла это было совершенно естественной нормой поведения. Если они не добьются успеха с помощью мастерства, то обеспечат благоприятный результат с помощью папулы.
- Ты что, сам себе враг? - прошептал Эл. - Мы просто используем маленькую хитрость, характерную для торговой рекламы. К таким штукам прибегают вот уже целое столетие - это древний, вполне уважаемый метод привлечения общественного мнения на свою сторону. Я что хочу сказать… Давай глянем правде в лицо, мы уже очень давно не играли на кувшинах.