- Прекрасные цветы вырастают из грязной земли, Ваше Превосходительство! Вы торгуете со всеми соседями, покупаете у них разные вещи и не спрашиваете при этом, как их изготовили - в древней машине, благословленной вашими предками, или на каком-нибудь проклятом небесами устройстве. А потом - я же не предлагаю вам прибор. Я предлагаю золото!
- Ваше Превосходительство! - не унимался Ферл. - Вы не можете отвечать за грехи чужестранца, который действует против вашей воли. Но… принять это греховное псевдозолото, порочным методом изготовленное из железа в вашем присутствии, на ваших глазах и с вашего согласия, - это оскорбление духов наших предков!
- Но… все-таки… золото есть золото, - колеблясь, проговорил Верховный Магистр. - Это выкуп за того, кто сидит в тюрьме. А вы, Ферл, чересчур придирчивы.
Он принял из рук Пониетса пряжки, протянул их Ферлу, но тот гордо отвернулся.
- Вы - сама Мудрость, Ваше Превосходительство, - смиренно произнес Пониетс. - Ведь помилование осужденного не оскорбит памяти ваших предков. Кроме того, полученное золото можно принести им в жертву. Если оно несет в себе зло, то распадется в прах, будучи приложенным к благословенному святилищу!
- Клянусь прахом моего дедушки! - изумленно воскликнул Верховный Магистр. - Ферл, что вы скажете об этом молодом человеке? По-моему, он дело говорит. Его слова благочестивы…
Ферл мрачно проговорил:
- Если только они не были продиктованы Злым Духом.
- Сделайте так, Ваше Превосходительство! - предложил ободренный Пониетс. - Возьмите золото в плен. Поместите его на алтари ваших предков как жертвоприношение, а меня задержите на тридцать дней. Если к. концу этого срока вы не заметите никаких признаков отторжения, то есть - если не произойдет никаких несчастий, это будет указанием, что жертва принята.
Верховный Магистр торжественно поднялся и оглядел присутствующих, ища одобрения на лицах сановников. Даже Ферл, пожевывая кончик рыжих усов, церемонно кивнул.
Пониетс улыбнулся и… возблагодарил небеса за пользу религиозного образования…
5
Минула еще неделя, и настал день, назначенный для встречи с Ферлом. Пониетсу все до чертиков надоело, но деваться было некуда, приходилось мириться с собственным бессилием.
Он покинул пределы города под конвоем. На загородной вилле Ферла его содержали под замком. Ничего не оставалось, как смириться и с этим.
Дома Ферл казался моложе и стройнее и вовсе не был похож на старейшину.
- Вы - интересный человек, - сказал он, твердо глядя на Пониетса близко посаженными глазами. - На прошедшей неделе вы бездельничали. А в последние два часа вы всеми возможными способами пытались выяснить, не нужно ли мне золото. Это глупо. Кому же оно не нужно? Предложили бы прямо.
- Но это не простое золото, - объяснил Пониетс. - Не только золото. Не просто монетка-другая. Скорее, это все, что скрывается за понятием "золото".
- А что скрывается за этим понятием? - буркнул Ферл, кривя губы. - Надеюсь, мы не станем тратить время на бесполезные споры и еще одну нелепую демонстрацию?
- Нелепую?
- Естественно.
Ферл оперся подбородком на сложенные руки.
- У меня нет к вам претензий. Я отлично понимаю, что буффонада входила в ваши планы. Надо предупреждать Его Превосходительство, хотя я сомневаюсь в ваших мотивах. Если быть искренним, на вашем месте я бы произвел золото на корабле и предложил уже готовое. Тогда можно было бы обойтись без спектакля и не вызывать неудовольствия.
- Конечно, - согласился Пониетс, - но поскольку на моем месте был я сам, то я предпочел возбудить недовольство, чтобы привлечь ваше внимание.
- Вот как? Неужели? Ферл был искренне удивлен.
- Следовательно, тридцатидневное очищение вы рассчитывали употребить на то, чтобы мое внимание переросло во что-то более существенное? А что если золото окажется нечистым?
Пониетс мрачно отшутился:
- Угу. В то время как заключение экспертизы зависит от тех, кто более других заинтересован, чтобы оно оказалось чистым?
Ферл, прищурившись, взглянул на торговца. Казалось, он был удивлен и рад одновременно.
- Попали в точку. Ну а теперь расскажите мне, почему вы так старались привлечь мое внимание?
- Это просто. За то короткое время, что я нахожусь здесь, я узнал многое из того, что оказалось исключительно полезным. Ну, например, - вы слишком молоды для члена Совета Старейшин, а кроме того, происходите из относительно молодого рода.
- Вы что-то имеете против моей семьи?
- Вовсе нет. Ваши предки велики и святы - это общепризнанно. Но кое-кто поговаривает, что вы не входите в число Пяти Племен.
Ферл откинулся в кресле.
- При всем своем уважении к ним, - проговорил он с плохо скрытым раздражением, - в Пяти Племенах - сплошное кровосмесительство и вырождение. Сейчас с трудом отыщется хотя бы пятьдесят истинных членов Племен.
- Но кто-то поговаривает, что не желает видеть всякого, кто не входит в число членов Пяти Племен, на посту Верховного Магистра. А у молодого новоявленного фаворита неизбежно должны быть могущественные враги из числа сильных мира сего. Это очевидно. Его Превосходительство стареет, и его протекции не станет вместе с ним.
Ферл сдвинул брови.
- Для чужеземца вы что-то слишком много успели разузнать. Вам следовало бы отрезать уши.
- Этот вопрос можно решить потом.
- Дайте-ка подумать.
Ферл заерзал в кресле.
- Вы предлагаете мне силу и власть, которые предоставляются за маленькие греховные устройства, которыми заполнен ваш корабль? Так?
- Допустим. Есть возражения? Что-нибудь из области понятий о добре и зле?
Ферл покачал головой:
- Нет. Послушайте, чужеземец. Вы с позиций языческого агностицизма вольны думать о нас что угодно. Но - что касается лично меня, то я хочу уверить вас в том, что я не ослеп от мифологии, хотя вам так и могло показаться. Я - образованный человек, сэр, и, не боюсь этого слова, - просвещенный. Наши религиозные обряды - скорее в ритуальном, чем в этническом плане - предназначены для толпы.
- В таком случае что вам мешает?
- Толпа. Лично я не прочь иметь с вами дело, но ваши приборчики должны приносить пользу! Разве ко мне поплывут несметные богатства, если я воспользуюсь вашим предложением - ну, не знаю, бритвы там всякие и ножи - втайне? Разве чисто выбритый подбородок сулит мне богатство? И как мне удастся избежать смерти в газовой камере и гнева толпы, если меня в один прекрасный день застанут за этим занятием?
Пониетс пожал плечами.
- Вы правы. По-моему, единственным выходом из ситуации было бы обучение вашего народа применению атомных приспособлений для их же удобства и для вашей личной немалой выгоды. Это гигантская работа, не отрицаю, но выигрыш стоит того. Но это вам решать, не мне. Поскольку я не предлагаю вам ни бритву, ни нож, ни механический мусоросборник.
- Что же вы предлагаете?
- Золото. Просто золото. Вы можете получить тот прибор, который я показывал на прошлой неделе.
Ферл напрягся.
- Трансмутатор?
- Именно. И золота в ваших руках окажется столько, сколько сейчас железа. Этого должно вам хватить на все про все. И для того, чтобы получить пост Верховного Магистра, несмотря на вашу молодость и многочисленных недругов. Кроме того, это абсолютно безопасно.
- В каком смысле?
- В таком, что принцип трансмутации секретен. Так же секретен, как бритье атомной бритвой втайне от любопытных глаз. Вы можете упрятать трансмутатор в глубокое подземелье в мощной крепости самого отдаленного поместья, и он станет источником вашего благосостояния. Вы приобретаете золото, а не прибор, а золото не пахнет - оно не несет следов производства, и его никак нельзя будет отличить от природного.
- А кто же будет работать с прибором?
- Да вы и будете работать. Пять минут обучения - и дело в шляпе.
- А… что вы хотите взамен?
- Ну… - Пониетс сразу стал серьезнее и осторожнее, - я честно назову вам цену. Прибор очень дорогой - эквивалент кубического фута золота в чугуне.
Ферл рассмеялся, а Пониетс покраснел.
- Я хотел бы отметить, сэр, что два часа принесут все, что вам нужно.
- Конечно! А через час вы спокойненько улетите, а прибор вдруг перестанет работать. Мне нужны гарантии.
- А мое честное слово?
- Восхитительно!
Ферл развеселился не на шутку. Вдруг он нахмурился и отчеканил:
- Меня больше устраивает ваше присутствие. Я, в свою очередь, даю честное слово заплатить после того, как прибор проработает неделю.
- Это невозможно.
- Невозможно? Да за одно предложение я могу вас казнить! Даю честное слово, что завтра с утра вы отправитесь в газовую камеру.
Лицо Пониетса оставалось непроницаемым. Но глаза сверкнули огнем.
- Круто… Вы не могли бы письменно зафиксировать свое обещание?
- И подписать собственный смертный приговор? Нет уж, увольте!
Ферл широко улыбнулся:
- Простите, дорогой! Но один из нас идиот!
Торговец обреченно проговорил:
- Договорились…