Наверное, подумал Дэв, доставка этих аксессуаров имперской культуры через 25 световых лет обошлась недешёво.
– Буду весьма признателен, лейтенант, – сказал Прем, когда его гость пригубил напиток, – если вы подробнее расскажете мне об «Операции Юнаги».
– Конечно, сэр.
Дэв принялся излагать детали плана, размышляя при этом, не сидит ли перед ним один из тех, кто, подобно адмиралу Мунимори, выступал против попыток установить контакт с ксенофобами. Среди членов Имперского Штаба мало кто отрицательно относился к идее применения так называемых глубинных ядерных зарядов там, где появлялась угроза вторжения ксенов. Геноцид, или точнее, ксеноцид. Легче убить противника, чем вступить с ним в переговоры.
– Самое трудное, – сказал в заключении Дэв, – это приблизиться к ним. На Генну Риш, т.е. Алия B-V, родине ДалРиссов, ксены уже перешли от восприимчивой стадии к созерцательной, образовав единый мировой разум. Буквально свалившись в пещеру, я смог прикоснуться к этому организму своим комелем. Пока мы просто-напросто не знаем, возможно ли такое с ксенами первой стадии. Они ведь не связаны друг с другом, как на второй, и не столь разумны. Но на поверхности координируют свои действия. Несколько раз случалось так, что небольшие подразделения приближались к ксенофобам довольно близко, не вызывая при этом враждебных действий с их стороны. План «Юнаги» и базируется на такой возможности.
– Мне это представляется весьма опасным, – покачал головой Прем. – И потом, надо сказать, есть некоторые осложнения. Дело в том, что комели с Земли ещё не доставлены.
Дэв удивленно посмотрел на губернатора.
– Но мне сказали…
Прем пожал плечами.
– Уверен, это лишь временная задержка. Я полагал, что их пришлют на «Хайаи».
– Похоже, – задумчиво промолвил Дэв, – что кто-то намерен помешать нам.
Да это же прямой саботаж. Неужели всё делается намеренно? Может быть, Мунимори? Или кто-то при дворе Императора из прояпонской фракции?
– Просветите меня насчет комеля, – попросил Прем. – Как я понимаю, он позволяет понять мысли ксенофобов. На чём основано его действие? Телепатия?
– С ксенофобами всё не так просто. Они и мыслят-то совершенно иначе. При контакте вы получаете… как бы сказать… впечатления. Воспоминания. Ощущения. Мысленные образы, хотя и ужасно искажённые.
Он описал создания ДалРиссов, ответил на несколько вопросов, признав, что на все ответить не в состоянии. Многое в отношении комелей – как они действуют, как программируются – всё еще оставалось тайной, хотя биологи на Земле уже стали понимать, как ДалРиссы копируют некоторые аспекты человеческой технологии.
Комель – это живое существо, созданное ДалРиссовскими биоинженерами, с помощью которого неким образом заполняется брешь, разделяющая взаимно чуждые нейросистемы, что позволяет осуществлять обмен сенсорными впечатлениями. Передаваемая таким путем информация обычно неаккуратна, неполна и искажена, но нужно помнить, что до встречи Дэва с ксенофобом второй стадии никто даже не был уверен, что те вообще что-то чувствуют.
– Понятно, – кивнул Прем, когда Камерон закончил рассказ о биотехнике ДалРиссов. – Насколько я представляю, ксенофобы образуют общий разум. Каждый поддерживает постоянную связь со всеми другими.
Дэв ответил не сразу.
– Видите ли, на Алия B-V, где мне удалось связаться с ними, все ксены, населяющие планету – а их триллионы! – контактируют друг с другом физически. Представьте триллион клеток вашего тела. Все они думают и действуют как единый организм.
– Но этого не происходит на… как это… восприимчивой стадии, о которой вы упомянули. Когда они опасны.