Этого она боялась больше всего. Иногда во время их ссор, особенно в доме в Цюрихе, когда никто не мог их слышать и вмешаться, он видел на ее лице этот страх. Возможность остаться одной пугала Хизер; он знал это, и она знала. Страх стал составной частью их совместной жизни. Но не для публики. Для нее все всегда было в порядке. Как и положено профессиональным артистам, они умели контролировать свои чувства. Как бы они друг на друга ни сердились, как бы ни уставали, в глазах своих бесчисленных почитателей, авторов писем, безумных фанатов они оставались нераздельной парой. И изменить это не в состоянии даже лютая ненависть.
Правда, ненависти между ними быть не могло. Слишком много у них общего. Слишком много они друг от друга получали. Даже простое соприкосновение в несущемся по небу «Роллс-Ройсе» наполняло их счастьем. По крайней мере на то время, пока оно продолжалось.
Порывшись во внутреннем кармане великолепно пошитого костюма из настоящего шелка таких костюмов во всем мире не набралось бы и десятка, Джейсон вытащил пачку правительственных ассигнаций. Некоторые купюры были изрядно помяты.
Не следует носить при себе столько наличных, заметила Хизер поучительным материнским тоном, который он терпеть не мог.
С помощью этого, Джейсон потряс пачкой денег, мы можем улететь куда угодно.
Если только какой-нибудь студент не сбежит из кампуса и не отрежет тебе руку вместе с деньгами. Ты же не можешь без показухи. Посмотри на свой галстук. Ты всегда был вульгарен. Вульгарен и хвастлив. Нет, ты посмотри на свой галстук! Теперь она почти кричала. Похоже, Хизер действительно разозлилась.
Жизнь коротка, заметил Джейсон. А период процветания еще короче. Тем не менее он засунул пачку в карман пальто и разгладил слегка помявшийся костюм. Между прочим, я тебе хотел кое-что купить. На самом деле он планировал распорядиться этой суммой несколько иначе поехать в Лас-Вегас и поиграть в блэк-джек. Способности шестого позволяли и он не упускал случая воспользоваться этой возможностью всегда выигрывать в блэк-джек. Он имел преимущество перед всеми, даже перед банкометом. Даже, промелькнула отчаянная мысль, перед владельцем казино.
Лжешь, отрезала Хизер. Ты никогда обо мне не думаешь. Ты эгоист, ты занят только собой. На эти неправедные деньги ты планировал купить очередную блондинку с пышной грудью и затащить ее в постель. Может быть, даже в нашем доме в Цюрихе, который я не видела уже четыре месяца. С тем же успехом я могла бы быть беременной.
Ему показались странными ее слова. С другой стороны, он многого не понимал в Хизер. С ним, как и со своими поклонниками, она никогда не откровенничала. Как бы то ни было, за все эти годы он хорошо ее узнал. Например, он знал, что в 1982 году она сделала аборт. Для всех остальных это оставалось секретом. Он знал, что какое-то время она состояла в незаконном браке с лидером студенческой коммуны, что целый год прожила в грязном крольчатнике колумбийского университета с вонючими бородатыми студентами, которых полиция и национальные гвардейцы загнали под землю. Если бы не полиция, они бы разбежались по всему обществу, как черные крысы с тонущего корабля.
Еще он знал, что год назад Хизер арестовали за хранение наркотиков. И если бы не богатые и влиятельные родственники, не помогли бы ни ее обаяние, ни искра божья. Да и денег бы у нее не хватило, чтобы откупиться.
Джейсон знал, что Хизер слегка ошарашена всем, что на нее свалилось. Но он знал также и то, что она уже пришла в себя. Как все шестые, она обладала невероятной способностью восстанавливаться. Это в них вложили с особой тщательностью. В каждого из них. И многое-многое другое. Даже он в свои сорок два года не знал всех своих преимуществ. Хотя ему всякое довелось повидать. В том числе и останки других артистов, через которых ему пришлось переступить на пути к вершинам своей карьеры.
Эти крикливые галстуки начал Джейсон, но тут зазвонил мобильный телефон. Может быть, Ал Блисс хочет сообщить рейтинг сегодняшнего шоу
Но это был не Блисс. Резкий женский голос зазвенел в ухо:
Джейсон?
Да? Прикрыв рукой трубку, он проворчал в сторону Хизер: Это Мэрлин Мэнсон. Какого черта ты дала ей номер моего воздушного автомобиля?
Какая Мэрлин Мэнсон? спросила Хизер.
Потом расскажу, проворчал он и, сняв ладонь с трубки, воскликнул:
Да, дорогая, это действительно Джейсон, самый настоящий, в собственной реинкарнированной плоти. Что с тобой? У тебя ужасный голос. Тебя опять выселяют? Он подмигнул Хизер и устало улыбнулся.
Отвяжись от нее, сказала Хизер.
Я и пытаюсь, разве ты не видишь? зашипел он, снова прикрывая трубку рукой. Хорошо, Мэрлин, продолжал он уже в трубку. Выкладывай, что там у тебя. Поделись наболевшим, я ведь для этого и существую.
В течение уже двух лет Мэрлин Мэнсон была его протеже. Она мечтала стать певицей, быть богатой, любимой и знаменитой как он. Однажды она забрела к нему в гримерную. Тогда он впервые обратил на нее внимание. Маленькое, напряженное, озабоченное лицо, короткие ноги, слишком короткая юбка все это он заметил с первого взгляда. А спустя неделю он устроил ей прослушивание с руководителем артистического и репертуарного отдела студии «Коламбия рекордз».