- Тут проезд запрещен, Пал Ваныч.
- Под мою ответственность.
- Надо бы глубину промерить.
- Дай мне руль.
Бобылев загнанно вздохнул и осторожно поехал.
- Газуй! - закричал Васин. - Ее с ходу надо брать! Я тебе, как бывший танкист говорю. Жми!
Бобылев послушался. Машина с разгону рухнула в скрытую под водой яму - и заглохла.
- Ну вот, - убито сказал Бобылев. - А я застраховаться не успел.
- Бери ручку, заводи, - велел Васин. - Хватит болтать.
- Нету ручки. Я ее в гараже забыл, Пал Ваныч.
- Эх, Бобылев, - сказал с презрением Васин. - Простого дела вам доверить нельзя. А ведь вы на смену нам идете. Вот вскрыть сейчас твой череп, что там обнаружим?
- Мозги, - сказал БОбылев.
- Маха, обнаженную, вот что! На шерсти твоего Джека.
В машину набегала вода.
- Хватит, Павел Иванович! - возмутился, наконец, Бобылев. - Я вам не лакей. Я инженер!
- Инженер? А на какие это инженерские деньги ты машину купил?
- Папа дал.
- А папа кто?
- Подполковник.
- Номер части?.. А впрочем, делайте, что хотите!
Васин вывалился из машины, вода хлынула в открытую дверь. васин побрел по колено в воде.
Он шел все быстрее, подгоняемый тревогой и нетерпением. Выбежал на сухое. Оглянулся. Окраина. Маленькие домики. Ни такси, ни автобусов. Он, набирая скорость и задыхаясь, побежал вперед.
Впереди увидел лошадь, запряженную в телегу, с надписью - "Перевозка мелких грузов". На телеге стояло пианино. Васин вскочил на телегу, подобрал вожжи и стеганул лошадь. Лошадь удивилась, но медленно пошла вперед. Васин стеганул ее снова. Лошадь перешла на рысь. Залаяла собака.
Серая пустыня.
В пустыне ученики Тролля начали приплясывать. Их музыка зазвучала громче.
Анютин переулок(одноэтажные домики с участками на высоком берегу реки)
Васин лихо мчался на телеге, сопровождаемый сворой собак. Собаки лаяли.
Возле дома, где бородатый мужик красил крышу, Васин затормозил. Спрыгнул с телеги, крикнул:
- Какой номер дома?
- Чего?
Лошадь развернулась и покатила телегу обратно.
Собаки остались, чтобы лаять.
- Я спрашиваю почему нет номерного знака на калитке?
- А на кой он мне? Кому надо - знает, где я живу. А тебя я вроде не знал.
- Полное равнодушие! Вот корень!
- Чего?
- Где дом номер восемь, я спрашиваю?
- Вон, рядом.
Васин и собаки торопливо пошли к следующему дому. Васин вошел во двор, закрыл за собой калитку.
Собаки остались за забором. Васин по ступенькам вбежал на крылечко дома, нажал на кнопку звонка. Подождал немного, забарабанил кулаками в дверь.
Дверь открыла хозяйка Саши.
- Успел? - задыхаясь, спросил Васин. - Повесился?
- Кто?
- Этот фанфарон!
- Вы… Вы товарищ Васин?
- Васин я, Васин! Да отвечайте вы на вопрос, черт вас подери! Он живой?
- Да, - шепотом сказала хозяйка. - Но он очень…
- Хорошо, - сказал Васин. Прошел в прихожую. - Где она?
- Не знаю…. После того, как Александр убежал, она тоже…
- Где веревка? Веревка, которую вы от него спрятали!
- А… Простите. Я так волнуюсь, что не сразу Вас поняла. В моей комнате. Под комодом.
Васин рванул одну из дверей.
- Нет. Это кухня, Павел Иванович. Сюда, пожалуйста… - вошли в комнату. - Вот, - хозяйка извлекла из-под комода веревку.
- Дайте, - Васин отобрал веревку. Начал делать петлю.
- Я вам очень благодарна, что вы лично приехали, Павел Иванович, вы мне так странно ответили, что я…
- Где он?
- Саша? Он у себя, Пал Иванович, я бы хотела предварительно вас проинформировать.
- Не надо.
Васин вошел в прихожую.
- Куда?
- Павел Иванович, Александр не очень хорошо о вас отзывается, но прошу - не обращайте внимания. Вообще-то, он очень деликатный юноша, но этот душевный срыв…
Васин рванул дверь.
Саша сидел на кровати, глядя в окно. Головы не повернул.
- Саша, - сказала хозяйка, - Павел Иванович сам лично приехал. Вот видишь, все и обошлось.
Васин посмотрел на потолок.
- Этот крюк? - спросил он. - Что висело?
- Люстра.
- Какого типа? - Васин стал двигать письменный стол под крюк.
- Хрустальная, с подвесками. Мы ее во время войны продали.
Васин сел к столу, вырвал лист из тетради, взял карандаш, стал писать.
- Александр, сейчас товарищ Васин напишет нам разрешение, - говорила тем временем хозяйка. - А я поеду и уговорю Настю. Привезу ее и вы помиритесь.
- Одного вы уже привезли. Хватит, - сказал Саша, глядя в окно.
- Александр, - сказала хозяйка с укором. - Вы должны понять ее состояние в тот момент. Как женщина я могу сказать - у нее было основание усомниться в вас.
Васин расписался, сложил лист, спрятал в нагрудный карман. Влез на стол, попытался дотянуться до крюка.
- Пал Иванович, вы куда? - удивилась хозяйка.
- Подайте мне табурет, - сказал Васин.
- Зачем?
- Надо.
Хозяйка подала Васину табуретку.
Васин поставил табуретку на стол, проверил прочно ли стоит. Влез. Привязал веревку к крюку.
Саша повернул голову, наблюдая за происходящим.
- Пал Иванович, - забеспокоилась хозяйка. - Что вы делаете?
- Вы можете помолчать? - строго осадил ее Васин. Продел голову в петлю, сказал: - За все со всеми мне не рассчитаться, но маленький должок я отдам.
- Пал Иванович, осторожнее! - ахнула хозяйка. - Табуретка шаткая, а у вас вес!
- Юноша, ты хотел уйти из жизни, чтобы обвинить в смерти своей бюрократа Васина, - обратился Васин к Саше. - Не выйдет! Теперь я останусь камнем на твоей совести, - похлопал себя по карману. - И в кончине моей прошу винить шантажиста Ермакова. Прощайте, сосуды гнева.
И он вышиб из-под ног табуретку. На какую-то долю секунды повис на веревке, но крюк выскочил и Васин рухнул на стол.
Старенький стол рассыпался и Васин оказался на полу. Сверху летела белая пыль.
Серая пустыня.
Ученики Тролля замерли. Песня оборвалась.
Комната Саши.
- Фокусник, - презрительно сказал Саша и снова отвернулся к окну.
- Товарищ Васин, вы меня простите, но это не метод убеждения! сказала хозяйка, обозревая разгром в комнате. - Это я говорю, как педагог. Не метод! Крюк-держатель под хрустальную люстру всегда рассчитан на триста килограмм вертикальной нагрузки. Не было у вас никакой люстры.
- Клянусь, была.
- Как ваша фамилия?
- Белозерская.
- Вы заплатите за свою ложь, уважаемая Белозерская. - Васин поднял с пола карандаш и вышел. Веревка осталась на шее, крюк волочился по полу.
Васин еще не покончил счеты с жизнью. На улице он вытащил из кармана записку. Приложил к забору. Стал виден текст:
"В моей смерти прошу винить Александра Ермакова. Васин П.И. "
Васин дописал: "И Белозерскую тоже". Внизу: "Исправленному верить", и подпись.
Держа в одной руке бумажку, другой поддерживая веревку, Васин озирался в поисках способа повеситься. Увидел большое дерево. Подошел к нему. Сук высоко. Не дотянуться. Васин положил листок на траву, чтобы забросить крюк. Ветер подхватил бумажку и понес ее. Васин бросился за бумажкой. Но ветер оказался шустрее - бумажка белой бабочкой полетела над крутым косогором, над домиками и садами окраины, к Волге.
Другой бумажки не было. Васин даже похлопал себя по карману…
Серая пустыня.
Тролли с нетерпением ждали, когда же он решится не следующий шаг.
Улица.
Наташа, которая шла домой, увидела сгорбленную фигуру сидящего на земле Васина.
- Пал Иваныч? - воскликнула она. - Это вы?
Забежала спереди, чтобы лучше увидеть.
- Разве можно на мокрой земле сидеть? Вы же простуженный.
- Человечество, - сказал тогда Васин, охваченный вселенской грустью, - промелькнет в бесконечности пространства и времени, как одно злое мгновение.
- Пойдемте к нам, погреетесь… Я здесь живу.
Васин не отреагировал.
- Ну, тогда, я вам плед принесу, хорошо?
И Наташа побежала к своему дому.
- Оно жалит себя, как скорпион, - сказал он вслед.
- Ладно! - крикнула Наташа на бегу.
Она не видела, как лицо Васина налилось кровью - он не привык и не умел плакать. И слеза скатилась по щеке. Васин сопел, плечи его затряслись. Стеклышко выкатилось на лацкан пиджака.
Серая пустыня.
Тролли переглянулись. Старый Тролль развел руками. Оборвали танец.
Улица.
Васин удивленно оглянулся. Ветер нес по земле листья. По реке пароходик тянул баржу. Жизнь продолжалась и непонятно было, что же все-таки произошло?
Васин поднялся, пошел по улице.
Увидел будку автомата.
Вошел, покопался в карманах, отыскал двушку. Протянул руку к диску, вставил с трудом толстый палец, повернул диск до половины и остановил. Вынул двушку. Потом положил снова, набрал другую цифру.
Загудел гудок вызова.
- Гера, - сказал Васин. - Это отец тебя беспокоит.
- Слушай, батя, - ответил сын. - Я бы тебе все простил. И квартиру, и Люсю. Но что ты с матерью сделал, я тебе никогда не прощу.
Короткие гудки.
Васин вышел из будки. Крюк на веревке зацепился за дверь. Васин освободил его, сообразил, что веревка чужая, пошел к дому Саши.
Постучал в дверь.
Хозяйка приоткрыла дверь - на цепочке.
- Простите, - сказал Васин. - Я хотел вернуть веревку.
- Уходите, уходите, - сказала хозяйка. - Ничего нам не надо.