- Плохи наши дела, Курт… - хмурым, невеселым, даже каким-то немножко испуганным голосом отозвался Дин, щипая темно-синей резиновой перчаткой угловатый кривой осколок подствольной гранаты, угодивший тому в фильтр, лишь чудом не вспоров живот. А когда наконец-таки уцепился, держась, как за головку клеща, - выдернуть не хватило сил: увяз слишком плотно, глубоко. Разозлившись на самого себя за неудачную попытку - по-детски капризно стукнул ногой по полу, притрушенному галькой, разгневанно затряс литым, словно кувалда, кулаком. Но быстро опомнился, заговорил, но уже как-то безутешно, апатично, как будто бы сделал в уме определенные выводы, примирился с чем-то грядущим, страшным: - Не выйти нам отсюда, друг… добегались мы с тобой… - вздохнул, провел по мне мертвенно-остекленевшими глазами, - сзади - смерть от бандитской пули ждет не дождется, впереди - кислота, не обойдешь ее никак… - опять вздохнул, поднял высоко голову, уткнулся затылком в издырявленную стену и, шевеля костлявым кадыком, продолжил, жуя каждое слово: - Фильтру край пришел, менять срочно надо, а то ноги скоро отброшу, да боюсь только, что не успею - воздуха не хватит, сорвусь, вздохну, и так ведь дышу еле-еле…
Дослушав причитания Дина, я оторвал дремотный взгляд от большого, в рыжевато-красных крапинах, окна, умывающегося снаружи сернистым курящимся дождем, повернулся к падшему духом напарнику, сидящему у облупленной батареи напротив, и пожурил с неубедительным укором, усилием:
- У тебя целое утро было, Дин. Почему не поменял?.. Чего ждал?.. - и, спрыгнув с подоконника, пьяно шатаясь, прибавил сипловатым тенором: - Вечно дотянешь все до последнего, а потом сам же страдаешь…
Вместо ответа тот почесал колкую, подобную кактусу, шею, покашлял, расправил под собой полы заляпанного плаща, предпочтя пока что притихнуть, - все-таки понимал свой просчет.
- Я же не знал, что ливень такой зарядит! - выдержав долгую паузу, принялся оправдываться Дин, зажмурил один глаз, точно поймал солнечный зайчик. Теперь говорил басовито, полусонно, с наигранной агрессией, хрипотцой - сказывалось отсутствие нормального сна, усталость. - Вроде просветы на небе были, солнце выглядывало. Сам думал: "Найдем сейчас какое-нибудь более-менее укромное местечко - сразу и поменяю, а заодно - подремлю", а вон как все получилось-то… - А потом так: - Еще, скотина, фильтр, как назло, долго привинчивается… Эх-х-х…
- Сколько уже раз предлагал тебе противогаз поменять, когда в Гриме были? А? Раз сто? Больше?.. А ты мне что говорил? "Да зачем мне?", "Да на кой черт…", "И этот нормальный еще!", - набросился я. - Взяли бы тебе давно нормальный какой-нибудь взамен этого старья - и все дела. Хоть о мучениях бы своих забыл, наконец…
Дин покивал, раздраженно махнул рукой:
- Баста, Курт, не шуми! Поменяю я. Обязательно поменяю, даю слово. Вот как в Гриме окажемся в следующий раз - так сразу! Ей-богу! - печально подышал узником, не отрывая головы от стены, отвернулся к окну, приумолк. За ним, как из ведра, бил ливень, зычно шипели на стекле кляксы нефритовых капель. Их брезгливо размазывал ветер, вытягивал в спиральные струйки. И, не смотря на меня, обрывисто вдыхая воздух, очищенный поврежденным фильтром, просипел: - С этим-то что делать? Он мне верой и правдой все-таки послужил…
Из коридора, сразу за правой стеной, прорезая негаснущий стоический гул разыгравшегося ненастья, долетел резкий, словно удар кнута, смачный хруст кирпича, отклик камней, отскочивших от чего-то твердого, - "Стальные Вараны" вновь вышли на нас, пронюхали, где примерно зализываем раны.
"Идут, скоты, за нами идут… - затрепыхалось в уме, - прижимают плотно, как тараканов каких-то… - Следом: - Куда же идти-то тогда?.. В землю, что ли, впитываться? Или в окно выпрыгивать?.. Только далеко мы так уйдем-то? До первого поворота, пока в спину автоматные очереди не поймаем?.. И потом - рюкзаки: пожжет ведь их к черту и - все. Ради чего, спрашивается, шли тогда? Не-е-т… Другие пути искать надо… Другие… Должны же они быть-то хоть где-нибудь…"
И - стрелой к напарнику. Подбежав, весь в ощущении, как сердце распаляется в груди от вновь нахлынувшего напряжения, фонтаном выталкивая кипучую кровь, я вытаращился на того сквозь сизую зыбь перед глазами:
- Где там твой фильтр запасной? Доставай скорее… - не дождавшись, когда Дин сунется в рюкзак, - опередил, без разрешения начал копаться. Найдя новенький темно-зеленый фильтр с еще сохранившейся заводской отметкой о стандарте качества, я сорвал контрольную бирку и попросил: - Воздуха набери полные легкие, понял? И не дыши! Постараюсь все быстро сделать…
Пока менял, краешком уха прислушивался: шорохи сделались различимее, слегка сместились левей, тоня во всеобщей какофонии, к ним присоединились стуки шагов, бряцанье оружия, почти неслышный людской гомон.
"Рядом уже, собаки… - определил я, - но дальше по коридору все равно не пройдут - побоятся: там кислота разлилась, дорогу наглухо перекрыла. Есть, правда, рядом дыра одна в стене, в обход к нам ведет… ее, конечно, сразу так не заметишь - неприметная слишком, потрудиться надо, поэтому минут так десять-пятнадцать у нас точно есть. Не упустить быть их только…"
Закончив - поставил у ног Дина пробитый фильтр, спросил шепотом:
- Ну как дышится? Порядок? Лучше?.. Только не спеши - дыши равномерно, не торопясь, как в хвойном лесу, - покосился на лежащее рядом ружье, кивнул, уперся горячими глазами в напарника, - как с боезапасом дела обстоят? Отбиться сможешь, если что?
Дин одно-два мгновения блаженно дышал с приложенной к груди ладонью, словно никак не мог оклематься после многочасового забега, закатывал от удовольствия влажные глаза, исписанные кровянистыми капиллярами, мурлыкал. Надышавшись - дал исчерпывающе-ясный ответ, ввергший меня в очень нехорошее смятение:
- Все, что в стволе, Курт: три кучных картечных - и все. Бой у них хороший, точный, опилки из головы выбивает на раз, - и с томным выдохом, глядя каменным взглядом: - В коробках точно ничего нет, но есть еще одна граната, что ты мне давал, и капроновая нитка - можно растяжку приготовить или же так… при отступлении кинуть.
Я нахмурился, замычал - теперешнее положение патовое. Даже если, упаси бог, завяжется открытая перестрелка, уцелеть в ней при самом смелом прогнозе астрономически мизерные шансы - один на тысячу, может и того меньше: отстреливаться ни мне, ни Дину толком нечем, а у "Варанов" еще не опустели подствольные гранатометы и наверняка припасен далеко не один магазин.
- И у меня котовьи слезы - всего пять патронов в магазине. - А после решительно заявил: - Вот что: гранату ты прибереги - пригодится, когда совсем беда будет, и достань-ка план - подумаем с тобой над путем отхода.
Дин одобрительно похмыкал, торопко занырнул в правый внутренний карман плаща. Вынув образцово сложенный чертеж фабрики - скрупулезно расправил, разгладил, подвел к мерклому оконному свету.
- Гм-гм-гм… - вдумываясь, отгудел я, наспех пробежался по помеченным пронумерованным схемам. Отталкиваясь от них, закрепились мы в "Блоке № 39", что граничит с "Залом совещаний", а сразу после него - лестница, ведущая на первый этаж, прямо к "Тепловому узлу", где, опять же принимая к сведению примечания плана, должен находиться вход в канализационные коллекторы - наш, пожалуй, единственный билет на свободу. Обдумав невольно сложившийся в голове набросок нашего побега - озвучил напарнику, вынашивающему в себе какие-то свои нелегкие думы: - Для нас с тобой самый оптимальный вариант сейчас - уходить через канализацию… - визуально нарисовал тому набросок замысла, учитывая особенности нашего местоположения, - почему так, Дин: первое - относительная близость и доступность, второе - даст нам возможность сбросить с себя противников, третье - позволит покинуть территорию фабрики под землей, не выходя на улицу. Ну, сам понимаешь… три плюса - слабый аргумент по сравнению с как минимум десятком минусов… - опустил на того холодный взгляд - Дин почесывал шею, цыкал, щурился, - самая задница, если канализация затопленной окажется… Вот тогда это будет ярый облом…
- Да и я бы тут другой альтернативы не предложил… - рассудительно высказался тот, как-то виновато пожал плечами, а потом царапнул посеревшими глазами, точно извиняясь, и закончил так: - По-другому, дружище, у нас не получается ни так ни этак - назад не вернешься, а то, что в самом конце творится, сам видел: сплошной потоп и задымление. Мы там даже при всем желании нигде не пролезем - ногу негде поставить, сверху кислота плещет. Так что давай все же твоей версии придерживаться. Только как нам в коридор-то пролезть незаметно?..
За стеной уже слышалась суета, отрывки оживленных переговоров, постоянные шаги…
Послушав их секунду, я твердо решил:
- Пойдем через тот цех, - и, указав на разломанный дверной проем в крайнем углу левой стены, поблескивающий зеленым цветом, прибавил:
- Придется все равно рискнуть, изрядно поднатужиться… - Помолчал, навострил уши. - …И пострелять.
Так и решили действовать. Собравшись, по-тихому выдвинулись.
У входа Дин вдруг приостановил и, шустро заглянув в цех, неуверенно поинтересовался:
- Точно осилим, Курт? Там же повсюду эта зараза разлита… - взглянул на меня. В омертвевших глазах удалось прочесть нескрываемую робость, опасение, даже ужас - так обычно смотрит животное на непонятные, незнакомые ему вещи. - Кроме как по камням - никак не пролезть же…
- Осилим-осилим, - и утешил: - Не тушуйся, все будет хорошо! Верь мне.
Не знаю, успокоили эти слова или нет, но взгляд напарника зажегся, потеплел, обрел прежний блеск, будто отрезвел.
- Ну, раз так… пошли! Я тогда за тобой, идет?
- Договорились.