Его предложение было принято с энтузиазмом. Даже Агрис всем своим видом давал понять, что место хорошее. К тому же идти дальше не было никакого желания - дневной переход выдался утомительный, нужно было отдохнуть.
Кулинарные эксперименты продолжились. На этот раз решили отварить "курятину" из "воробьев" с картошкой и рисом. Предполагалось сделать барский ужин с почти настоящим супом на первое и испеченными в углях улитками на второе. На третье решено было устроить небольшой эксперимент. Недалеко от стоянки Макс заметил куст с ягодами, отдаленно напоминающими черную смородину. Сами ягоды никто попробовать не отважился, а вот листья решили заварить вместе с традиционным зеленым чаем. То, что эта мелкая, в пупырышках, черная ягода не слишком на смородину похожа, никого не смущало, ведь надо же когда-то начинать пользоваться местными плодами! Чай очень быстро заканчивался, к большому сожалению, и надо было искать ему замену. Вот и подумали, что щепоткой листьев сильно не отравишься. К тому же, если кто не знает, почти все яды растительного происхождения при кипячении утрачивают свою ядовитость.
"Суп" получился вполне съедобным, особенно по сравнению с дневной трапезой. А улитки снова подкачали. Скукожившись в своих раковинах, они стали будто резиновые. Да и запах от них был еще тот…
- Ветал, эта твоя идея с улитками все больше и больше разочаровывает меня. Есть их, конечно, можно. Это правда. Но я бы лучше баланду тюремную ел, чем это кулинарное издевательство.
- Баланда - это очень хорошо. Мало, невкусно, зато регулярно! Вот только я не вижу добрых надзирателей, что спешат принести нам этот продукт. Может, у тебя зрение лучше?
- Добрых надзирателей не вижу. Зато вижу скрюченные изделия химической промышленности, по недоразумению названные едой.
- Завтра попробуем в листьях потушить - авось лучше получится.
- Ну-ну…
- Ты лучше на Агриса посмотри - вот пример презрения вкусовых ощущений ради того, чтобы желудок набить получше!
Агрис на происходящее имел свое особое мнение. На улиток он смотрел, как маленький ребенок на пенку от молока. Неприятно, но есть надо.
- Спиртику? - учтиво предложил Ветал.
- А как же!
Ветал рукой кандидата в мастера спорта или, по крайней мере, спортсмена-разрядника по литрболу разбавил спирт водой в единственной кружке, соблюдая все меры предосторожности.
- Макс, а ты заметил, что спирт не сильно пьется?
- Это точно! Я был уверен, что он уже закончится, и будет у нас лишняя тара под воду. Ан нет же - плещется в бутылке!
- Это, брат, особенности человеческого организма. Когда целый день напрягаешься, тело отдыха требует и восстановления. Крепкий алкоголь в виде спирта тело отдыхом не считает и много выпить не дает. Яд ведь! В обычной жизни организм его терпит (а куда ему деваться, бедняге?), но в ситуации экстремальных нагрузок и стресса - не дает травить себя. Отторгает. Короче, от пития - одна видимость и эстетика. Разлили, чуть выпили, успокоились, и все. Очень хорошо это.
Макс отправился в ближайшие кусты, а Виталик остался сидеть у костра наедине с Агрисом. Как же он изменился! С самого начала их знакомства он был как самый настоящий бомж-растеряха, непонятно за какие провинности угодивший в отделение полиции. Потерянный, отрешенный взгляд, какие-то неловкие движения, словно его сейчас начнут больно бить резиновой дубинкой по животу и почкам. Теперь же сидит обычный, вменяемый человек. Что с того, что его одежда разорвалась и превратилась в лохмотья? Листики, колючки, палочки не прошли мимо тонкой и изящной ткани его "рясы".
"Ночь, огонь, звезды. Красота! Даже в самом хреновом положении есть свои положительные стороны. Главное - разглядеть их", - подумал Виталик, незаметно проваливаясь в сон.
К тому времени ночь окончательно вступила в свои права, и пространство в нескольких метрах от костра начало казаться сплошным черным покрывалом. В смысле - не видно ни черта, если постоянно на костер смотреть, а потом отводить взгляд в сторону. Конечно, можно было включить фонарик и как следует осмотреться. Но зачем? Батарейки - единственные, запасных нет, а магазинов вокруг не наблюдается. Хорошо хоть новые.
- Макс, ты что там, взаправду пиво нашел?
- Да, блин, здесь всякой дряни накидано… посвети сюда.
Ветал направил на него луч фонарика, и к костру вышел порядком обозленный Макс.
- Чтобы я больше такие прогулки себе устраивал? Да не в жизнь. Сейчас шел, наступил в какую-то гадость. Думал, говно. Оказалось просто грязной лужей.
- Не переживай, думай о хорошем. Ведь мог и в настоящее дерьмо наступить. Кустики хорошие, располагаются недалеко - очень популярны. Пользуются большим вниманием у преданных поклонников.
- Э-э-э… а раньше сказать не вариант было?
- Макс, уходишь от костра - бери с собой фонарик, мало ли что там находится. Я тебе уже говорил об этом.
- Ну говорил… так тут пройти всего ничего!
- Правильно, что с того, что споткнешься о корягу, упадешь и ногу сломаешь - зато совсем недалеко от лагеря!
- Спасибо, утешил.
Макс уселся на пенку рядом с Виталиком и за компанию с ним уставился в костер. Мыслей, достойных обнародования, не было. Хотелось просто отдохнуть. Тихонько потрескивали дрова, кружка снова пошла по кругу, и глаза начали сами собой закрываться.
- Ты Агрису кровать сделал?
- Да нет. Он сам топорик взял и нарубал себе веток каких-то. Вроде как ругался при этом.
- Ну и хрен с ним, пусть ругается.
Повисла очередная пауза. Но просто сидеть и смотреть на костер уже порядком надоело.
- Макс, ты знаешь про прикол третьего дня?
- В каком смысле?
- Так проходит привыкание к природе. К настоящей природе. В первый день путешествия или отдыха человек еще не отошел от цивилизации, у него с непривычки устают ноги, шея, плечи. Он еще не привык, да и мобильник время от времени беспокоит - куда от него денешься? Впечатлений слишком много, чтобы нормально осмыслить происходящее вокруг. На второй день мобильник отключается, или его отключают. Ноги, шея, плечи начинают болеть уже сильнее, почти нестерпимо. Еда оказывается невыносимо однообразной, ветки колючими, подъемы крутыми, а компания дурацкой. Хочется или сидеть на месте, или ехать домой.
- Еще бы! Магазина с холодным пивом нет, мороженым никто из-за кустов не торгует. Я еще много чего могу добавить к этому! - Макс в полной мере понимал, о чем говорит Виталик, и не упускал случая добавить комментарий.
- Вот-вот. А на третий день, при условии, что ты не на базе отдыха сидишь в компании алкоголиков, а реально идешь по лесу, в глуши, с тобой начинают происходить забавные вещи. Ты словно сливаешься с лесом, начинаешь воспринимать его так, как в обычной жизни троллейбус воспринимаешь - очень просто. Лес есть. Он вокруг. Везде. Ты тоже есть - шагаешь по лесу. Это замечательное, непередаваемое ощущение. Ни на какой базе отдыха ты никогда не ощутишь подобного. В большой компании, кстати, тоже. Это очень спокойное и личное ощущение.
- И чем это грозит?
- Не понял.
- Ну гномиков в лесу начинаешь замечать, улиток вкусно готовить?
- Дурак ты. Уйду от тебя.
- Ага, в лес уйдешь. Гы-гы-гы.
- Очень смешно.
- Гы-гы-гы.
Разговоры постепенно смолкли. Агрис привычно положил в костер несколько больших бревен, удостоверился, что они вправду будут гореть долго, и устроился рядом, на предварительно уложенных ветках вперемежку с сухой травой. Макс кутался в покрывало на широком каремате, а Ветал прикрыл себя сверху несколькими ветками какого то пушистого растения в надежде, что это хоть немного поможет от утренней росы.
Новый день принес не только чувство голода, но и чувство холода. Попивая горячий чаек с добавкой из отлично зарекомендовавших себя листиков местной "смородины", троица с интересом разглядывала огромную каменную глыбу, неведомо как очутившуюся посреди лесной поляны. То, что вчера в вечерних сумерках было почти неразличимо, сейчас, в свете разгорающегося утреннего солнышка, было прекрасно видно и офигительно странно. Камень был расписан огромными, примерно с метр, знаками. Или иероглифами. Как хочешь, так и называй, все равно читать по-местному земляне не умели и интересовались в основном технологией нанесения знаков на скалу.
- Какие здоровые! - Макса местное творчество почему-то особенно восхищало.
- Чтобы такое выдолбить, не лестницы, а строительные леса ставить нужно. Только вот на хрена? Чтобы медведи боялись? А никаких руин, остатков древних городов или ушедших в небытие цивилизаций вокруг не видно.
- А может, здесь проходил караванный путь, по которому верблюды несли на своих натруженных горбах пряности, шелк и очаровательных невольниц? А этот камень - указательный знак: туда пойдешь - волки верблюдов слопают, сюда пойдешь - у невольниц очаровательных силиконовые груди полопаются.
- Какой такой путь? Макс, мы по этой местности сейчас идем, как можно по этим горам более-менее приличную тропу проложить? Сплошь одни обрывы и ущелья. Здесь, чтобы хоть как-то перемещаться и груз перевозить, тоннели нужно долбить сквозь горы и мосты строить. Не верю я в путь караванный.
- Может, это столб пограничный?
- Такой здоровенный?
- Чтоб сильней боялись. И кустики удобные рядом - нужду справить можно от избытка впечатлений.
- Прямо по Фрейду получается. Армия из трех с половиной пьяных гопников состоит, зато камень пограничный - просто офигительной высоты и толщины. Компенсирует!