Всего за 69.9 руб. Купить полную версию
- Кысенька, это ты! - врач прижал дымчатого кота к груди. - Мой маленький! - стал поглаживать, кот замурлыкал. - Взгляд упал на кучу соломы и тряпок в углу. - Ты здесь живёшь? Ах ты, бедный! Пойдём домой.
Бутербродов распахнул внутреннюю дверь, включил свет в кухне и гостиной. Присел на диван, лаская кота.
- Будем спать, Кыся? Сегодня у Андрея Васильевича был сумасшедший день. Ты уж извини, но поесть у меня ничего нету. Потерпишь до завтра? Хорошо?
* * *
Гинеколог проснулся от телефонного звонка рано утром. Он оторвался от подушки, помотал спросонья головой, откинул одеяло. Под ним, свернувшись клубком, спал Кыся. Телефон разрывался.
- Тебя не отключили? - пробормотал врач. - И кто платит за услуги?
- Аллё!.. Я. Что!?
- У меня здесь Лида, - говорил Халюкин. Он уже находился на рабочем месте, напротив сидела Артёмовская жена. - Барин пропал. Утром она проснулась, а Артём исчез.
- Ну, может, он куда-нибудь ушёл, мало ли что? - возразил Бутербродов. - По нашим делам, например. Возможно, выискал что-то в Интернете.
- Его вещи, обувь, телефон, деньги остались дома. Не ушёл же он раздетый и разутый.
- Ты считаешь, это связано?.. - начал гинеколог.
- Всё может быть! - перебил Антон, покосившись на Лиду, которая промокала платочком глаза. - Ты занимайся своими делами, я сейчас смотаюсь к Барину домой. Вечером встретимся "У Татарина". Удачи и будь осторожнее.
Халюкин положил трубку. Андрей сделал то же самое.
- Похоже, мы затеяли опасную игру. Неужели?.. - он не договорил, взял штаны с кресла, стал натягивать.
37. Исторический экскурс в историю книги
Майор Халюкин в штатском сидел за столиком "У Татарина". Перед ним покоился небольшой графинчик и тарелка с салатом. Он выдохнул, влил в себя рюмку, вытащил из пачки сигарету, прикурил.
Пластиковая дверь ресторана мягко чмокнула, вошёл Бутербродов, разыскал глазами друга, уселся напротив.
- Привет, Антоха. Давно ждёшь?
- Только рюмку успел замахнуть. Ты выпьешь?
- Нет, сейчас надо иметь ясные мозги.
- Ну, а я ещё замахну. Мне алкоголь, наоборот, помогает сконцентрироваться. - Антон наполнил рюмку, опрокинул, подцепил вилкой салат, сунул в рот.
Андрей закурил. Подошла официантка:
- Что будете заказывать?
- Двойной эспрессо без сахара.
Официантка кивнула и отошла выполнять скромный заказ.
- Значит так, - сказал врач. - Я сегодня целый день копался в музейном архиве. Нашёл любопытные сведения. - Он достал блокнот из кармана синей ветровки. - Во второй половине восемнадцатого века деревней, которая стояла на месте нашего города, владел прапрапрапрапрапрадед Артюхи, Барин Василий Иванович, дворянин. Я просмотрел его хозяйственные бумаги, судя по ним, этот Василий Иванович еле сводил концы с концами. Но за десять лет до смерти, а именно в 1770 году, положение резко изменилось. Дворянин неожиданно разбогател, построил усадьбу, прикупил несколько соседних деревень. Я спёр его реестр расходов за один год. - Врач вытянул из-за пазухи пожелтевшую от времени бумагу, развернул, подал Антону.
Официантка поставила перед гинекологом чашку.
- Спасибо, - поблагодарил доктор, сделал несколько маленьких глотков.
Халюкин пробежал список глазами.
- Представь, за один год предок Артюхи потратил миллион! - комментировал Бутербродов. - Даже распутная императрица, думаю, столько не расходовала. Притом, что цены были совершенно другие.
- Да, - откликнулся майор, - за стадо из пятидесяти коров он выложил всего двести рублей. Картины, драгоценности, мрамор… пожертвовал триста тысяч на Академию Наук… а вот ещё пожертвование…
- Это ещё не всё, - продолжал Андрей, опять заглядывая в блокнот. - В 1780-м году дворянин умирает. Вот выдержка из питерской газеты, я переписал: "…Полицейский врач, прибывший в усадьбу из столицы, не обнаружил на трупе никаких видимых повреждений. Среди населения Санкт-Петербурга ходят упорные слухи, что в смерти дворянина виноват дьявол. Гости, бывавшие у него в доме, часто замечали резкий запах серы. Следствие по делу ведёт опытный прокурор Хомяков…". - Бутербродов поднял глаза на собеседника. - Запах серы - визитная карточка старого хрыча. Я встречался с ним два раза, и всегда от него несло серой.
- Ну?
- Нарыл я кое-что и о родном дедушке Барина. Кой-какие его личные бумаги нашлись. - Бутербродов припал к кофейной чашке.
- Рассказывай, - Халюкин в третий раз наполнил рюмку.
- Он, оказывается, подавал заявление с просьбой выехать за границу. В советское время, сам знаешь, с этим было строго, требовалось разрешение КГБ. Я прочёл отказ, адресованный ему с Московской Лубянки.
- Ну и что? - Антон выпил. - Многие тогда пытались вырваться из Союза на загнивающий Запад. Дед Артёма ненавидел коммунизм.
- Верно. Только другие не предлагали взятку в размере полумиллиона тех рублей. На эти деньги можно было купить полста "Волг" - самой крутой тачки эпохи социализма. На деда завели уголовное дело, но никаких денег не нашли и сочли его невменяемым. Помурыжили немного и отпустили. Я прочитал об этом в письме, написанном отцом нашего Артёма своей сестре. Видимо, старик письмо перехватил, так оно и попало в архив нашего города.
- Слушай, Бу, если он действительно общался с книгой, то мог очень просто попасть куда надо, минуя и КГБ, и таможню. Вроде, как ты из Африки.
- Конечно, мог, - согласился Андрей. - Но, видно, не хотел. А, может, не сообразил. Кто знает, что творилось у него в голове? - Врач затушил окурок. - Ну, а у тебя что?
- Был у Барина в усадьбе. Он, правда, бесследно испарился. Ничего и никого.
- Книгу не видел?
- Нет. В камине, где мы её сожгли, полно золы.
- Что-нибудь по тётке Агафье?..
- Я её разыскал! - гордо вымолвил Антон.
- Правда!? - вскричал Андрей. - Молодец, очкарик!
- Погоди радоваться, - остудил его пыл майор.
- А что такое? - встревожился гинеколог. - Надеюсь, она не умерла?
- Не умерла, - подтвердил милицейский. - Она в дурдоме.
Андрей огладил подбородок, уставился на друга растерянным взглядом:
- Но почему!?
- Хороший вопрос, - очкарик снова плеснул себе водки. - Завтра навестим и узнаем.
38. Труп - иногда грустно
По телевизору показывали культовый фильм "Театр Мистера Фэйса". Андрей в трико, майке и тапочках сидел в кресле и лениво следил за развитием сюжета. Мистер Фэйс на экране развернулся к Бутербродову лицом, и врач увидел под капюшоном плаща знакомые зелёные огоньки.
- Андрюха! - мелкие зубы без губ раздвинулись. - Не смей делать ей больно! - Демон поднял руку и бросил книгу.
Она перелетела сквозь экран и упала на колени врачу.
- Не советую со мной воевать! - продолжил Демон.
Он вытянул прямо под нос гинекологу ладонь, на которой лежали два глаза. Пальцы сжались в кулак, раздался хруст плоти, на пол излились кроваво-белые ошмётки.
- Книга выбрала тебя, пользуйся её силой!
Бутербродов вжался в кресло, не в силах оторвать взор от экрана. Лицо отражало растерянность и страх.
- Знай, я всегда побеждаю! - Демон исчез. По экрану пошла белая рябь, прозвучал небольшой взрыв, кинескоп треснул, из него повалил дым.
Книга, переливаясь разноцветными полосами, лежала у врача на коленях.
Зазвонил телефон, врач подпрыгнул в кресле. Телефон не умолкал. Доктор встал. Книга мягко шлёпнулась на пол. Не отрывая взгляда от аппарата, Андрей медленно подошёл, резко снял трубку, молча приставил к уху.
- Что!?.. Хорошо, жду.
Бутербродов отёр лоб, посмотрел на книгу. В глазах появился нежный блеск, черты лица смягчились, он наклонился к книге, протянул руку. Но вдруг замер, увидев остатки глаз. Скривился, протянутая рука задрожала, врач покраснел от напряжения и… отдёрнул руку. Не отрывая от книги взгляда, схватил с дивана свои брюки и с перекошенным лицом сначала попятился, а потом бросился вон из комнаты.
Уже на веранде он натянул штаны, застегнул ремень. Вдел руки в рукава куртки. Распахнул дверь. Закурил.
К коттеджу подъехал милицейский УАЗ, посигналил.
Бутербродов двинулся к машине.