Всего за 59.9 руб. Купить полную версию
Он вызвал учёных, флотоводцев, лётчиков, космонавтов и просто очевидцев. С каждым беседовал ЛИЧНО, с глазу на глаз. Тему он знал почти досконально. Ряд мер было принято. Нет, это были не противоракеты от НЛО, такой и речи не было. Андропов понимал, что ЧЕЛОВЕЧЕСТВО может отдать себя на заклание просто по недомыслию. Здесь же лежало множество проектов по КОНТАКТУ с внеземным разумом.
Но уже через год после назначения Председателем КГБ СССР человека-загадку Юрия Андропова на его стол доставили результативные и заключительные материалы по затребованным им тематикам. Это были доклады, дайджесты, рефераты по будущим спец-НИИ. Хотя тут же были его распоряжения по диссидентам, внешней политике и ГРУ. Отдельной папкой фиолетового цвета лежали отсистематизированные новейшие мировые факты по НЛО и внеземным контактам. Всё указанное имело грифы "Совершенно секретно. Государственной важности"
Юрий Владимирович, как никто из правительственных бонз осознавал важность ситуации землян. Безусловно, он читал сам внимательно письмо – "Послание КОН (космический отряд наблюдателей) от 1929 года. Вызывал аналитиков, экспертов и чуть ли не экстрасенсов. Заключение было единым: подлинник! Кстати, все данные по Селене и, уж будьте уверены – все записи той самой "чёрной" стойки Андропов прочёл ЛИЧНО. ЦУП, ГУКОС дали свои чисто специфические комментарии. Они не радовали.
Надо было срочно реанимировать научные работы в глухой сибирской тайге. Там создавался аналог гуманоидной формы жизни на базе кремнийорганической. Здесь могла быть достигнута разумная фаза существования не только сапиенс с примитивным обменом веществ, где водород восстанавливался фтором. Но сама-то структура не белковая, а силикоидная!
Учёные понимали, что автономно от Мирового разума они не смогут "поладить" с пришельцами от КОН (Космический отряд наблюдателей). Да и пришельцы ли они по отношению к землянам! Это мы, скорее всего – инкубаторские и отселекционированные индивиды.
В таёжной глуши
Москва – Красноярскому УКГБ. Совершенно секретно, УКГБ СССР, 1981 год: "Немедленно приступайте к активизации объекта 009 в квадрате СХ по ранее согласованному плану 1945 года. Руководители нового научного проекта и спецгруппа с план– заданием направлены в Красноярск. Старые наработки НИИ сохранить. Работу экспериментального селикогелиевого завода расширить. Срочно изыскать 2–3 месторождения кварцевого песка и хрустальных пород. По ходу исполнения докладывать через каждый квартал. Смонтировать ЭВМ по всем линиям производства и ГЭВМ(главенствующую ЭВМ) для координации всего производства. Установить станцию СЕВ (система единого времени) по аналогу ГУКОСА (главное управление космонавтики) и сориентировать по глобальному времени, о чём доложить в ЦУП. Возможные осложнения устранять вплоть до применения моих личных полномочий" Ю.Андропов.
По сравнению с исключительно бурным началом, весь постандроповский период дела НИИ п/я 009 шли с натяжкой, хотя по разработанному плану. Но не более. В столицу отсылались утешительные реляции. С ответными командировками в глухую тайгу охотников ехать явно недоставало. А в белокаменной были более обеспокоены овладением браздами правления. Ко всему гонка вооружения перекрывала все мыслимые информационные потоки.
В Красноярске депешу получили. Но, честно говоря не много нашлось сотрудников, хотя бы понимающих: о чём печётся Москва? Хотя всеведущий кадровик и финансист доложили, что в штате "конторы" КГБ есть три сотрудника. В пору начала командирования лишь один из них был старший лейтенант. Два других-свежеиспечённые выпускники "дзержинки). Следуя дисциплинарным канонам "конторы" офицеры исправно получали жалование и… звания. Из этих же соображений и имеющихся инструкций образца 1980 года, они регулярно слали в Центр отчёты. Центром для них был Красноярск. После 1985 года депеши шли полуминорного содержания, как, собственно и сами работы: ни шатко, ни валко. Наряду с руководством после 1997 года документы визировали полковник ФСБ Туралиев С. И.и подполковники ФСБ Колесников Ю. М. и Шпак Н. П.
По документам у кадровика значилось, что они ТРИЖДЫ были в спецотпусках санатория КГБ, здесь же, в Красноярском крае. А С.Туралиев и Н.Шпак заочно закончили Академию и защитили диссертации КТН. Дело в том, что чуть ли не со дня основания НИИ п\я 009 ЛЮБОЙ контакт его сотрудников с внешним миром исключался. И любое обучение, образование давалось с трудом. Поначалу народ роптал, но позже им создали надлежащие условия для безбедной и относительно цивильной жизни. А к 80-ым годам городок разросся до 20 тысяч жителей до половины из них прибыли с "материка" по спецнабору, где заранее были предупреждены о режимности предприятия. Особенно это касалось научного персонала. Позже при НИИ образовался свой Учёный совет и Госуниверситет новых полимерных материалов.
Само осуществление НИИ п\я 9 обязано космическим разработкам. Таковые потянули за собой прежде всего проблему подготовки целой плеяды исполняющих спецов. А вспомогательными кадрами по замыслу и должны были стать некие искусственно созданные в условиях нашей планеты индивиды. Селекционировать кого– либо из мириады теплокровных не имело смысла. Слишком уязвимы для работы в космосе. Энерго и пищепотребление, плюс агрессивность расы. Так что учёные остановились на силикоидах. Аморфны, маловозбудимы, принимают почти любые, удобные для работы формы. Ко всему энергопотребление не затратное: от Солнца и Космоса. По температурам жизнедеятельности они не шли ни в какое сравнение с нашей расой. Ко всему не имеют позвоночника, то есть почти неуязвимые.
Задача учёных была прежде всего создать силиконовую форму околоразумной жизни. Вплоть до "думающих" экскаваторов. Форма жизни расы силикоидов основывалась на восстановлении водорода, а их максимальный своеобразный изначальный жизненный ком достигал 200 кг.
Далее всё зависело от качества песка-структурообразователя и чистого кварца-хрусталя. Последний и составлял мыслительный орган силикоида.
Но учёные должны были разработать своеобразную полезную для человека искусственную фауну. Именно она целенаправлялась для всей вспомогательной работы в космосе. Своеобразной гарантией самовоспроизводства и преобладания в умственном развитии были кристаллы. Они были хранителями, КЛАДЕЗЬЮ РАЗУМА. И вершителями процессов на уровне ВЛОЖЕННОГО в них квазисознания.
Программа исследований и программа захвата
Программа исследований (ПИ) предусматривала ЧЕТЫРЕ подраздела.
Первый, начальный и самый масштабный исследовал качественные стороны силициума вообще, кварца и хрусталя. Далее в этом же подразделении видоизменяли и разнообразили формы существования для их "оживления".
Второй этап предусматривал придание аморфным "заготовкам" двигательных функций элементарного порядка. Тут же делался отбор наиболее способных образцов. Их передавали далее.
На третьем этапе на своеобразном тренажёре отрабатывали функции будущих организмов. А предстояло им стать теми, какую "душу" и мозги в них внедрят. Именно этим и занимался Четвёртый отдел.
Но из года в год программы совершенствовались на всех этапах. И не мудрено: задачи в космосе с каждым днём усложнялись.
Требовались не только грунторазработчики и монтажники, но и лаборанты, слесаря-ремонтники. На жизнеопасные участки требовались инженеры узких специализаций. А продукция п/я 009 была едва не на голову выше всяких биороботов. Так что и относиться к "продукции" следовало соответственно. Вплоть до индивидуальных особенностей и имён. Последнее было обязательным к человекоподобным силикоидам. Хотя индивиды на кремниевой основе были на редкость прямодушными и податливыми в общении. Корректировка их поведения велась от кварцевого мозга-координатора. Синхронность и безопасность обеспечивалась гомо-сапиенс. Им же разрешались нештатные ситуации. Так замышляли ещё в далёкие 60-е годы советские учёные. Но при любой режимности мероприятия иностранные разведки непременно оседлают тайну. Тем более, что речь шла об освоении и завоевании космоса. В последних разработках НИИ достигнуты практически аналогичные результаты по восстановлению исконно силикоидной расы. Даже в методике общения с помощью гравитационного поля. Общению не было преград и скорость передачи информации равнялась световой. В определённых ситуациях гравитаций скорость многократно превосходила величину С. При наличии материала силикоиды могли создавать гравилёты. Но все эти качества нуждались в тщательном изучении.
Дела, активизированные Ю. Андроповым, почти полностью были свёрнуты при Михаиле Горбачёве. Лишь благодаря отдалённости НИИ и истинному патриотизму работников и особистов, документация и продукция предприятия остались в целости. Но устно и частично документально информация перекочевала за рубеж. И многие разведки мира посчитали бы за великую удачу овладение головной документацией и образцами готовой продукции НИИ. Ко всему СССР постиг развал. Все устои рушились повсеместно. Всё катилось под откос: промышленность, вооружение, наука. Разведки НАТО активизировались вплоть до полной легализации.
Под видом высокой Правительственной Комиссии (!!!) в Красноярск направилась комплексная разведывательно-диверсионная группа. Здесь были банальные диверсанты-подрывники совместно с высококвалифицированными инженерами и учёными стран НАТО. Не без греха: были среди "Комиссии" и бывшие сотрудники НИИ № 9. Возглавляли когорту самые настоящие (по документам) генералы CA РФ. Акт "проверки" был тщательно и глубоко подготовлен. На его осуществление Запад не пожалел десятки миллиардов валюты. Дело стоило того: борьба за космос только разгоралась.