Всего за 199.99 руб. Купить полную версию
* * *
Даша стала успешно поучать маму. Свидетельство тому такой, например, диалог:
– Мама, дай мне, пожалуйста, попить.
– А вот стоит чашка с водой.
– Я не хочу такую. Хочу чашечку с полосками.
– А я хочу звезду с неба!
– Не надо хотеть звезду с неба. Надо хотеть чашку или тарелку!
Что на это скажешь… Пожалуй, и ничего пока. Получается, приземлила маму со знанием дела.
Примыкает к пересказанному и следующий, очень короткий диалог:
– Даша, раздевайся! Я жду тебя! Ещё раз говорю!
– Последний?
Всё подмечает доченька, ничего не пропускает. Настойчиво воспитывает в нас родителей.
* * *
Ужинаем. Мама побежала к телефону. Даша тут же предложила:
– Папа, пересядь поближе ко мне, на мамин стульчик.
– Нет.
– Почему?
– Потому что каждый должен сидеть на своём стуле.
– Но иногда же…
– Да, иногда можно…
– А сейчас и есть иногда!
Так я попался, доверчивый, в дочкину ловушку.
* * *
Суббота. Обедаем. Звонит телефон. К трубке подбежала Женя.
В это время выглянуло яркое солнце. Причём впервые за день. И Даша отреагировала на него так:
– Мама, у нас солнце! Прямо в борщ!..
* * *
Дочка пообедала быстро. Когда у меня дошла очередь до котлет, она подбежала к столу:
– А что это у тебя в тарелке? – и тут же одобрила: – Какой же ты умный, Коля!
Так Даша начала применять в быту слоган последней телевизионной рекламы, который, судя по всему, ей понравился. Догадываюсь почему.
* * *
Перед сном поём песенку:
Я пеку, пеку, пеку
Деткам всем по пирожку.
А для милой мамочки
Испеку два пряничка.
На этот раз Даша инструктирует так:
– В ладошки можно не хлопать, а ручками можно воображать.
Всё, о чём пели, мы и вообразили.
* * *
Играем с Дашей в лото – специальное, детское, развивающее. В нём вместо бочонков картинки с буквами и цифрами. У нас с дочкой – по одной карте вместо трёх. Вероятно, чтобы быстрее выявить победителя. Это Даша сама корректирует правила игры.
Картинки – в непрозрачном целлофановом пакете. Из него их вытаскивает опять же Даша.
Сначала она лидирует, но потом ситуация постепенно меняется.
Тогда Даша начинает заглядывать в пакет и вытягивать нужные ей картинки. Только никак не удаётся обнаружить последнюю из них.
Но и здесь быстро находится выход – дочка отдаёт мне пакет и говорит:
– Найди арбуз, с буквой "А".
Нахожу. Даша заполняет ею последнюю свободную клетку и радуется победе.
Теперь я знаю, что у девочек, оказывается, своя технология победных игр.
* * *
Начался период дочкиной ревности папы к маме. Присутствуют и весьма корректные приёмы с Дашиной стороны, когда надо отвлечь меня от общения с Женей.
Сегодня, например, когда она играла в спальне, а мы разговаривали в другой комнате, вдруг слышу:
– Папа, лучше иди ко мне. Здесь веселей, грустить не будешь!
Конечно, пошёл туда, где грустить не будешь.
* * *
Совсем недавно услышал от дочки:
– Пойдём со мной, чемпион!
Откуда в её лексиконе появилось такое обращение, ума не приложу. В нашей семье оно не употреблялось никогда, да и среди знакомых тоже. А тут ещё и нотки снисходительности услышались мне… Но потом подумал и решил, что это от моей мнительности.
* * *
Даше завтра три года девять месяцев. Возраст, конечно, уже чувствуется. Вот только что состоялся у нас следующий разговор:
– Даша, почему в спальне такой бардак – все карандаши и блокноты на полу? Ногу некуда поставить!
– Потому что это моя комната. Здесь я что хочу, то и делаю. А у тебя есть кабинет и балкон!
Хотя спальня пока и общая, но первый раздел недвижимости дочка уже произвела. Хочется думать, что он так и останется "игрушечным", а потом – забудется.
Кстати, беспокойство моё уменьшилось уже на следующий день – Даша продемонстрировала гибкость мышления: по тому же поводу её позиция изменилась вплоть до противоположной.
Обидевшись на что-то, пошла и улеглась на диванчик в кабинете. Тогда я и вернулся ко вчерашнему разговору:
– А почему ты здесь лежишь? Это же мой кабинет!
Ответ был незамедлительным:
– Знаешь, папа, когда люди живут вместе, то у них всё общее: и комнаты, и вещи. Только игрушки мои, потому что ты уже взрослый.
Вот так: другие обстоятельства – и дочкины взгляды на собственность стали другими. А единоличным хозяином кабинета и балкона побыл я недолго, меньше суток.
* * *
Даша работает на опережение – это довольно успешный тактический приём.
Мама только что отругала её за непослушание и, успокоившись немного, ведёт разъяснительную беседу:
– Дети должны слушаться родителей, потому что…
– …потому что только папа и мама знают, как правильно поступать детям, а дети не всегда знают, как им правильно поступать!
На этом разъяснительная беседа и закончилась. В Дашину пользу.
* * *
Со мной она действует проще:
– Даша, иди раздевайся.
– А ты пойдёшь со мной?
– Зачем?
– Посидишь рядом.
– Почему мне надо сидеть с тобой рядом?
– Потому что я люблю тебя.
Конечно, я пошёл и посидел. А кто бы не пошёл?
* * *
– Папа, когда я вырасту, я тоже пойду на работу, как ты? Мамы же могут ходить на работу, так ведь тоже бывает.
Таково пока Дашино знание жизни по означенному вопросу. Кто знает, как оно потом изменится…
* * *
Задал Даше неудобный для неё вопрос, а в ответ услышал уверенное:
– Знаешь что: я думаю, а ты – сиди!
Неожиданность услышанного сделала своё дело – дочке не пришлось признавать то, что она не хотела.
* * *
Ждём появления в этом году Дашиной сестрички. Или братика. Даша тоже принимает трепетное участие в этом ожидании, делится своей радостью с теми, кто бывает в нашем доме. Сегодня это её старший двоюродный брат Серёжа, который приехал в Москву на конференцию молодых учёных. Вдруг прервав игру с ним, она сообщила серьёзным голосом:
– У мамы в животе маленький ребёночек бережётся.
Мне оставалось только позавидовать точности выражения. И порадоваться за Дашу.
* * *
Опять – о детской способности быстро перестраиваться…
Днём у Даши с мамой случилась довольно серьёзная ссора. И осадочек от неё у участниц, видимо, остался надолго, по нашим меркам. Потому что вечером я услышал такой разговор, начатый дочкой:
– Больше всего я жду Серёжу, потом Иру, потом Лену.
– А маму?
– Да, и маму, конечно.
– Но почему я опять на последнем месте?
– А я сейчас поменяю!
Легко, быстро, без затей вышла из положения. Мне понравилось. Даже за беспринципность упрекать любимицу не захотелось.
* * *
После той же дневной ссоры мама в сердцах сказала Даше, что уже позвонила мне и попросила купить хороший ремень.
Как только вечером вошёл в квартиру, увидел вопросительные дочкины глаза, не понимая, что это означает.
– Ты принёс?
– Что?
– Ремень!
Догадаться, в чём дело, теперь не составляло труда:
– Принёс.
– И где же он?
– В портфеле.
Пауза. И вопрос:
– Но мы же его не сразу будем пробовать?!
И на этот раз пришлось отдать должное тому, что дочка нашла правильное решение – может быть, единственное с учётом всех обстоятельств. Я опять был полностью обезоружен, пусть и в разыгрываемой мной сценке.
* * *
Пока я ходил в магазин, Даша была на удивление примерной девочкой: и все игрушки убрала, и быстро оделась, чтобы сразу после моего возвращения пойти гулять.
Ей и самой это так понравилось, что она предложила маме:
– Давай купим такой телевизор, чтобы папа, когда вернётся, всё увидел.
Дельное предложение, особенно для воспитательных целей. Но где взять такой телевизор?
* * *
Умеет Даша с достоинством оправдать свои неудачи.
Не получается у неё пока сладить с новой игрушкой. Но не беда. Объяснение нашлось сразу:
– Это всё она: чуть что да чуть что!
Конкретно, исчерпывающе, убедительно.
* * *
Оказывается, Даша уже озабочена некоторыми вопросами своего будущего. Один из них обозначился сегодня.
Мама полвечера просит её убрать игрушки, а в ответ слышит разговоры на пространные темы. Например:
– Даша, говоришь ты много, а дел делаешь мало!
– Да, мамочка… А вот интересно: когда вырасту, изменюсь я или нет?
Мы уж не стали объяснять дочке, что нам, её родителям, это узнать не менее интересно. Но тему она озвучила первая.
* * *
Перед сном, уже в кроватке, глажу Даше ручки. Ей нравится:
– Ой, папа, мне же приятно! Получается так тоночко!
По всей вероятности, дочка уже чувствует, что нежно это и есть тонко. А тут – даже "тоночко". Молодец. А заодно и мне высокий комплимент сделала.