Всего за 89.9 руб. Купить полную версию
Гелиния потупилась, Рус непонятно хмыкнул. К рассказу приступил Андрей, по ходу которого не удержался и ступил на актерскую стезю. К нему присоединилась Грация. Рус, сидя, вставлял пояснения. Выходило, как "голос из-за кулис". Мистерия, в которую пришлось включить не только попытку ограбления, но и предысторию - истинные причины "бунта" Джабула, постепенно захватила всех. Андрей здорово выкрутился: вместо откровенного признания о возможности общения во "внутренней вселенной Руса", объяснил свои знания вполне в духе настоящей мистерии - волей Геи, явившейся ему во сне. Даже объяснение придумал, мол, богиня забеспокоилась о своей посвященной, которой благоволила.
- Сынок, одевай доспех! - горячо выкрикнул Пиренгул, во время сцены "засады под лестницей". Отиг посмотрел на сюзерена снисходительно: "Какая простота нравов у кочевников, даже самых просвещенных! Не баловали их представлениями…", - но и он сопереживал героям и искренне порадовался за "счастливый конец", совсем не соответствующий "трагедии", которой по сути являлась эта история.
"Нет, - определил опытный Отиг, - это скорее вольное смешение жанров… балаган. Давненько я не посещал хороших мистерий…".
- Да, Чик, верно ты подсказывал одеть Золотой доспех! - подосадовал Андрей после завершения стихийного "концерта", - я бы того Хранящего! Эх! Неудобно всё, не приноровился, - передразнить сам себя. Сплюнул и взмолился, - О, Великий! Когда ты дашь мне ума!
- Никогда, - отчеканил Рус, - с ним надо родиться…
- Золотой доспех?! - чуть ли не хором воскликнули Отиг с Пиренгулом, - это не… преувеличение? - добавил князь.
- Боле того, дорогой тесть, я думаю… Андрей, ты не одолжишь его князю? На время конечно! Здесь не от кого обороняться…
- Я в ту ночь так же думал… - заволновался в общем-то не жадный Текущий. Но таких трофеев у него просто не было никогда! И вряд ли будут.
- Да ладно тебе, не скупись. Ему с представителями чванливых царств в нем встретиться - совсем другой разговор пойдет! Представляешь, как они рты разинут?
Пиренгул впервые попал в ситуацию, когда о нем говорили в третьем лице, словно игнорируя. Это его бесило, но в то же время и восхищало: "Ай да зятек! Хитер этруск… я бы ни за что не стал просить, а идея великолепная. Сразу поймут, что доспех из пятна и поторопятся "пока всё не растащили". Да что угодно подпишут!..".
- Князь, - Андрей обратился к нему, скрепя сердце. Решающую роль сыграла фраза "рты разинут". Своим богатым воображением воочию представил, - не желаешь облачиться в полный Золотой доспех? Уступлю на время.
- Хм, - многозначительно хмыкнул тирский самодержец, - надо подумать… а что, неплохо выйдет. Только в дар это я от тебя не приму, а исключительно перед сановниками "центральных" земель покрасоваться, - словно это же самое и не предлагал Текущий! Зато вроде как сам решил: великодушно отказался от подарка, но согласился взять на время, - в основном Главные архонты и наследники прибыли - почти первые лица.
Гелиния поддержала идею:
- Да, отец, сам в навоз не упадешь перед этими… - не придумала обидное, но приличное слово, - а наоборот - их всех туда мордами ткнешь!
- Дочь, - поучительно обратился к ней Пиренгул, - они уже в дерьме сидят после моих побед. Но еще один пинок по их самолюбию - не помешает…
При осмотре дворца, Гелиния наотрез отказалась заходить в Тронный зал, хотя старое "вместилище" уничтожили. Что, кстати, делать было совсем необязательно: Рус не обнаружил в ней "остатков демонской сущности", которую непременно разглядел бы своим "зрением", различающим Слова и их части, кои по большому счету и есть сами божественные или около божественные создания. Не увидел и "призывающих", "подчиняющих"… да вовсе никаких узоров в ней не заметил. Только лишь для успокоения жены он разбил статую и сплавил её в шар, который "закинул" в глубокое озеро милях в пятидесяти от Кальвариона, где уже развеивались прахи заговорщиков и пепел от "ожерелья власти". Гелиния полностью успокоилась, но зал так ни разу и не посетила.
Отиг долго изучал роспись Тронного зала и под конец молвил:
- Вот они какими были гноллы и троллы. Других рас я не узнал. А Золотые драконы были их главными врагами, везде они попираются. Странно. По изображениям - точно такие же, какие встречаются в этом пятне, а написаны как могущественные создания, достойные противники… Сейчас не умнее своих же мелких сородичей - Дракончиков.
- Не скажи, Отиг, - не согласился с ним Рус, - они не подлетают к людям. Убить удавалось только, видимо, старых… раз полезли к границе пятна. Или их изгоев каких-нибудь, сумасшедших. - Он еще умолчал о явном несоответствии их полета законам аэродинамики и об отрывочных сведениях, добытых им в случайных "эльфийских сновидениях".
- Да, да, - съязвил магистр, - еще "досумрачные" народные предания описывали нам их мудрость. Детские сказки! Они разбились о "послесумрачную" реальность. Драконы оказались просто большими летающими ящерицами… пока не доказано обратного.
- А каганские рисунки! - возмутилась Грация. Сказания о драконах и героях в свое время она слушала взахлеб.
- А что о них сказал твой Эледриас?
- Да ничего он не говорил! И он не мой, а наш! Мы все здесь находимся под его Силой!.. - на том спор о драконах увял.
Еще магистр долго изучал "купель", позвав Андрея. Обсуждали устройство.
Пиренгул не стал их дожидаться и поехал инспектировать город. Высокое лицо сопровождали: Гелиния - дочь и местная правительница, Рус - её муж и многое другое и Грация - Верховная и единственная жрица Эледриаса. Замыкали сиятельный выезд два воина-мага и два стражника, в кои-то веки напяливших латы: панцирь, наплечники, наручи, поножи и шлем.
Князь остался недоволен. Нет, город его, разумеется, поразил, но дочерино правление…
Стояли короткие южные сумерки, когда они вернулись во дворец. Отец отозвал Гелингин в отдельную комнату и приступил к разносу:
- …окунулась ты, доченька, в навоз по самые уши, - этими словами он закончил описание всеобщего мародерства, разгильдяйства и расхлябанности, - теперь тебе предстоит сделать из него кизяк. Разложить, тщательно высушить и сложить куда нужно. Не красней! Я и с себя вины не снимаю. Джабул - моя ошибка, пусть его дарки жарят вечно! Теперь всё, берись за дело. Править - это тяжелый труд и ты в этом скоро убедишься. Горе тому народу, чей правитель считает иначе. Да и сам он недолго усидит у власти, если относится к ней, как к забаве…
- Уже убедилась, отец, - кусая от стыда губы, ответила дочь, - как Рус пришел, так я взялась за управление… по ночам выла. Старалась его не разбудить. Он, знаешь, мечется в кошмарах и проснуться не может. Раньше хоть вставал и записывал, а теперь - не помнит.
- Дочь. Мне подробности твоих постельных отношений с мужем знать без надобности. Кошмары или нет, но узоры он знает так, будто сам их создавал, нечего на это плакаться. Помолчи! - повысил голос на попытку возражения, - мужа, конечно, слушай, он дурного не посоветует, но и всецело на него не рассчитывай. Забыла, кто он? На нем еще Кушинар и целая Этрусия. Что бы он ни говорил, как бы ни прятался за мнимое отречение, но он их никогда не бросит - он ответственный. И не вздумай его ревновать за это! Пасынок Бога по-другому не может.
- Я и не ревную, - вставила-таки дочь.
- Вот и правильно. Но вернемся к Кальвариону. Какая у тебя основная проблема? - и стал ждать ответа.
Гелиния думала недолго:
- Дисциплины нет, меня не уважают.
- Не права ты. Уважают тебя и любят. Как они бросились тебя спасать? А как вылетели из дома, едва ты ножкой топнула? Не в этом проблема. Главная опасность в продовольствии. Не удивляйся. Порушился весь уклад жизни. Деньги - обесценились, еды - навалом, богатства - вдоволь… да что говорить, если последний неумеха-воин, а таких здесь нет - специально отбирал… - досадно поморщившись, с сожалением покачал головой. Мол, во что они превратились!
- Последний бедняк ходит в одеждах, которой цены нет! А какие украшения носит? О чем у него забота? Где бы хапнуть еще. О хлебе, о кормлении семьи, а я отправлял десять жен с детьми, у него и мыслей нет! О жаловании тебе хоть раз намекали? Я же более полугода ни медяка им не платил. Даже об этом забыли!
- А что делать, отец! - Гелиния в волнении вскочила, - отбирать у всех?! Не отдадут. Взбунтуются еще…
- Разумеется! Тебя не тронут - клятва не позволит, но бардак усилится. Такой балаган даже Андрею не приснится, - позволил себе усмехнуться, вспомнив "представление", - значит так. Первое - объявляешь весь город со всеми зданиями и башнями собственностью княжества Кальварион с тобою… подожди. Сначала венчайся на княжество. Да не вздрагивай, по-настоящему. Грация тебя венчает. После - объявляй. Те дома, где уже живут люди, даришь им. А сколько всего домов?
- Двадцать шесть тысяч, - сглотнув от странного волнения, ответила Гелиния. - Это Русу приснилось… - пояснила наличие относительно точных данных.
- Пятьсот занято, не беда. Во всех у них есть склады с продовольствием?
- Жить занимали только такие. А так не во всех, заранее не угадаешь.