Всего за 89.9 руб. Купить полную версию
Смигул поспешно вскочил, мысленно обругал себя за мимолетную слабость, и приступил к четкому обстоятельному докладу, отвечая на наводящие вопросы. По мере выслушивания рассказа воина, Рус потерял всю игривость и с трудом "держал лицо", не показывая крайнее расстройство. Дело не в том, что события в Кальварионе развивались хуже некуда, дело было как раз в противоположном: ему все сильнее и сильнее хотелось туда, в это удивительное и такое удобное для жизни место! Потери составили всего пять человек: "Дураки не послушали твои советы и вляпались в каганские ловушки. Больше в башни не лезут. Да там и без них есть где развернуться!". Обе горные заставы заняли гарнизоны, с устройством открытия-закрытия массивных каменных створок разобрались, "благодаря твоим объяснениям, господин Рус!". Много всего рассказал о чудном городе, о великолепной долине и о другом…
Мини-бог собственной вселенной вдруг почувствовал сильное сердцебиение, выступила испарина. Он и не заметил, как пролетело около двух дневных четвертей (а Смигул не обратил внимания, что солнце так и застыло в одной точке).
"Сила кончается, чувствую… что-то быстро, с Геей общался гораздо дольше. После разберусь, пора закругляться…".
- Все, воин, достаточно. Надеюсь, ты понял, что Джабулу - ни слова?! Это проверка.
- Понял, господин маг! - Смигул вновь вытянулся по стойке смирно, а в глазах зажглись нетерпеливые огоньки.
- Свободен и до встречи! - с этими словами, не давая тиренцу спросить: "Когда?", создал под ним видимость "зыбучей ямы", куда он и провалился.
- Все, - тяжело дыша, произнес он вслух, - и мне пора.
Позабылась первоначальная мысль "выйти отсюда через дверь - красиво получится…", Рус просто пожелал-подумал Слово, на которое еле-еле хватило Силы.
Гоштовый сад мгновенно превратился в его кабинет и самонадеянный землянин почувствовал себя в удобном плетеном кресле, которое сейчас казалось крайне неудобным, давящим со всех сторон. Рус буквально сполз на пол, кулем завалившись на мягкий ковер. Убрать из-под себя руки и вытянуть ноги элементарно не хватило сил.
"Друзья" - Духи ринулись в него чуть ли не с воем. Все - щедро дарили Силу, а Дух Жизни наполнял ей совсем спавшиеся каналы, потоки, линии, медианы и другие одному ему известные составляющие энергетики организма.
А Рус в это время страстно желал, чтобы скорее у Силы пятен появился свой Бог. С ним он, безусловно, договорится и тогда… Кальварион - чудесно-загадочный город первых каганов (когда они только-только отделились от эльфов, тем самым собственно и превратившись в каганов, а те - в альганов) станет ему доступным…
Рус проснулся от стука в дверь:
- Русчик! Ты в порядке?! - услышал тревожный голос Гелинии.
- В полном, Солнышко! - ответил, как можно более бодрым голосом, - уснул вот, сам не заметил. Уже выхожу, - с этими словами поднялся и не удержался от стона - руки-ноги страшно затекли и при "освобождении" - хлестанули болью. Впрочем, Дух Жизни быстро восстановил кровоток.
- Эй! Ты чего?! - заволновалась жена. Рус промолчал, он уже распахивал дверь, стараясь не показывать страшную слабость. Не вышло. - Ты почему такой бледный, Рус?
- Заработался, дорогая, ужасно устал…
- А я давно тебе говорила, не бережешь ты себя, - Гелиния заботливо подставила Русу плечо, - все, дорогой, спать и только спать! И никаких "ям" чтобы я больше не видела! Координаты кабинета раздобыл где-то и рад-радешенек! Хватит! Декаду отдыхаешь, самое малое…
Муж согласно кивал и шел в спальню, беззастенчиво опираясь на сильное плечо супруги. Не раздеваясь, упал на кровать. Уснул, не успев коснуться подушки.
Проснулся в прекрасном настроении.
"Ну-с, "друзья", что это было?", - первым делом спросил у Духов.
Ответил, как ни странно, Дух Слияния со Смертью. Он вообще заговорил впервые и голос у него оказался банальным - "загробным".
"Ты провалился в свою Душу. Это уже было. Тогда твое сознание разогналось по кругу, и мы поспешили на помощь. Второй раз мы не наблюдали - мы были изгнаны глубоко в расслоение. Вчера это случилось в третий раз. Сначала все шло хорошо. Но после того, когда к тебе пришло отражение чужой Души…
"Стой, стой! С чего ты взял, что это было отражение и вообще, почему все это объясняешь мне ты - Дух Смерти? Мне как-то не по себе, - Рус спросил вроде как шуткой, но с изрядной долей правды. Неприятно у себя в голове слышать "загробный", неизвестно откуда исходящий голос.
"Потому, Большой друг, что я "отпустил" немало человеческих Душ, как и Душ других Разумных…." - и замолчал, ожидая непонятно какого ответа или вопроса.
"Э-э-э… спасибо, "друг", я понял. Просвети в остальном".
"Мы были изгнаны этим отражением и только я успел заметить, что от него тянулась "нить" - стремление сбежать от тебя. Твоя Воля, Большой друг, занялась подавлением чужой Воли, а без подпитки Сил, на одних слабых телесных возможностях надолго тебя не хватило…"
"Так, - удивился Рус и подколол "друзей", - вы сами говорили, что моя Воля, типа, воистину божественная…".
"Но телесные силы обычные, человеческие. Тебя держит человеческое тело, - "замогильный" голос произнес это совершенно бесстрастно, без намеков, - и на нашу помощь в таком состоянии, когда ты проваливаешься в свою Душу, не рассчитывай, Большой друг, ибо любая иная Воля другого Разумного легко нас изгоняет. Вспомни, сколько раз это делали шаманы? А тогда ты находился в полном сознании… мы неустойчивы в этом мире, - снова бесстрастно, без капли сожаления, - поэтому и стремимся в тела, они хоть как-то помогают…"
"Я слышал от вас и другую версию, - Рус насмешливо перебил своего Духа Смерти, - Не так-то легко вас загнать в расслоение!".
Ответа не последовало. Да он и не рассчитывал. Духи имели свою, нечеловеческую логику. Подождал еще примерно статер и понял: его бестелесные "компаньоны" решили, что высказались достаточно.
- Спасибо, "друзья", за своевременную помощь, искренне благодарю!", - на том и закончил разговор. Ответа на благодарность, как обычно, не услышал, но прекрасно почувствовал их… можно сказать "довольство".
"Да! - Рус вспомнил один важный момент, - Друг ты мой смертоносный, ты не подскажешь, тот человек будет помнить мою с ним беседу?".
"Должен… - в "замогильном" голосе послышалась неуверенность, - когда отражение сольется с душой - должен помнить, - это уже более уверенно. - А в течении вашей встречи - не знаю".
"Спасибо, "друг"!", - не забыл поблагодарить Рус, теперь уже точно закончив беседу.
"Черт! - мысленно возопил он, едва глянув в окно. Солнце поднялось в конец четвертой утренней четверти, - Гелька не разбудила! Дала отдохнуть, чтоб её, а у меня дел… воз и маленькая тележка! Мама моя дорогая…", - с этими мыслями быстро оделся, забежал в столовую, на ходу кидая в рот сам не понимая что и, не слушая ворчание Асмальгин, вскочил на Воронка. Домоправительница в сердцах сплюнула.
Каганский город с долиной являлся собственностью Гелинии и отец лишь помогал дочери освоить Кальварион. С дальним прицелом, конечно. Это зять в свое время предложил тестю сделать такой подарок на свадьбу. Князь с легким сердцем состряпал документы и освятил их в храме Пирения. Формальность - полнейшая! Любой законный властитель мог распоряжаться любой ничейной землей как ему заблагорассудится. Другое дело, что то же самое мог проделать и другой владетель. Спор решался силой оружия. Победитель де-факто становился хозяином территории, а уж если у него имелся и документ на землю, заверенный по всем правилам в храме общепризнанного Бога, то тогда данная территория признавалась за новым хозяином всеми "просвещенными" странами.
На свадьбе Гелинии Пиренгул еще не до конца верил словам Руса и легко сделал младшенькой такой подарок, казалось, безделицу. Зато сейчас и радовался за дочь, и кусал себе локти. Такую землю упустил! На крайний случай что ж, он согласен пожить на милости любящей Гелингин и зятя, но эта возможная позорная участь придала ему дополнительный стимул держаться за Тир до конца. За собственное княжество, за свою безраздельную власть вцепился, как степной волк в матёрого быка - до последнего издыхания. "Земли Предков", "Могилы Предков" - для кочевников значили многое, но далеко не все. Они всегда свободно ходили по степи, не особо переживая о тех "Могилах". А теперь, с открытием пятна вообще и Кальвариона в частности, тем более готовы сорваться с оскудевших пастбищ. Именно поэтому заброски в каганскую столицу держались в глубокой тайне, а в городах и особенно в стойбищах распускались слухи о тяжелой войне в пятне, которую ведут там эндогорцы. У народа не должно оставаться выбора, кроме как защищать Родину… а заодно и власть Пиренгула. Эта же задача стала первоочередной и для Руса.
Он собрался воевать за родину жены на полном серьезе. Она, её отчизна, сконцентрировалась для него в "Закатном ветерке", который он никак не желал терять. И дело не во временной, как он надеялся, недоступности Кальвариона лично для него. В конце концов он мог уйти в полюбившийся Кушинар. Дело в… сам четко не понимал в чем. Наверное, в элементарной совести. Тир принял его и его друзей, здесь он нашел любовь. Неужели можно закрыть глаза и отдать его на растерзанье разжиревшим центральным странам? Несправедливо это.
- Пиренгул, ты знаешь, что через три дня из Ольвии выступает объединенное войско? - первым делом спросил Рус у князя, как только его проводили в покои "малого приема".
- Я ждал тебя во вторую утреннюю четверть, - укорил его тесть вместо ответа.
- Ты не поверишь - проспал, - честно признался зять, - так знаешь?
- Ты всегда был таким обязательным, - проворчал Пиренгул, - ты же Хранящий. Что-то случилось?