Дариш спокойно оценил расстояние. У него восстановилась вся психосоматическая координация его расы, натренированная за миллионы лет, но в этом теле, видимо, не хватало субклеточных элементов. Тем не менее… нужно избегать риска.
Он бросился на дженера, стоявшего рядом. Одной рукой он рубанул его по горлу, другой схватил за тунику и бросил на соседа. Перепрыгнув через лежащие тела, Дариш схватил чье-то атомное ружье и ударом длинного ствола включил магнитный генератор.
В полутьме засверкали выстрелы. Пули, входя в магнитное поле, взрывались. Дариш прыгнул к двери и бросился в туннель.
Через несколько секунд они кинулись за ним, но это тело было мощным, с длинными ногами, а Дариш уже начал чувствовать его реакции. Он бежал легко, дышал ровно и берег силы. Он еще не вполне мог управлять всеми функциями, нервная система была слишком непривычной, но в таком темпе он мог бежать достаточно долго.
Он протиснулся в боковой проход, о котором вспомнил. Позади щелкнуло ружье, выплюнув дождь пуль, некоторые из них попали в магнитное поле. Дженеры должны проверить каждый виток лабиринта, каждый изгиб туннеля или иметь детектор жизненной энергии, иначе им никогда не найти его. Он затеряется и будет блуждать до тех пор, пока не умрет от истощения.
Однако эта женщина умна. Она угадает, что он направится к поверхности и к их кораблям. Это его немного пугало. Он побежал дальше.
Эти замороженные веками темные и пустые коридоры. Воздух сухой и пыльный. Наверное, и на Ввирдде осталось мало влаги.
Сколько времени прошло? Сколько времени?
Джон Лэрд медленно приходил в себя. Его нейронные связи нашли знакомые пути через синапсы, комплекс, составляющий его личность, старался исправиться. Дариш вздрогнул, когда мозг стал ощупью, наугад давать приказы мускулам, выругался и пожелал, чтобы его второе "я" вернулось в небытие. Держись, Дариш, держись, еще несколько минут…
Он прыгнул через маленькое боковое отверстие и оказался в развалинах, в долине. Свежий, сухой воздух раздражал легкие, он жадно смотрел вокруг на песок, на камни, на звезды. Новые сочетания… Боже, значит, прошло очень много времени! Луна стала больше, чем он ее помнил, и заливала мертвый пейзаж серебристым светом. Видимо, она приблизилась к планете за эти неисчислимые века.
Корабль! Черт побери, где он?
Он увидел недалеко корабль дженеров, длинную торпеду, стоящую в дюнах. Его, конечно, охраняют, так что нечего и думать о захвате. Но где же корабль его второго "я"?
Ощупью пробираясь в воспоминаниях незнакомца, Дариш узнал, что захоронил корабль к востоку… Нет, это сделал не он, а Лэрд. Проклятие, надо работать быстрее. Он искал вокруг чудовищной формы пирамиды, источенной эрозией, нашел холмик и на отраженному свету луны там, где ветер смел песок, обнаружил металл. Какой непроходимый дурак этот Лэрд!
Удалив песок с пневматического шлюза, он глубоко вздохнул. Воздух раздирал ему горло и легкие. Еще секунда-другая - и враги нападут на него, а теперь, когда они уже уверены, что он знает машины…
Дверь шлюза блеснула, он почувствовал ее холод под руками и повернул внешнюю ручку, сыпя страшными проклятиями, незнакомыми старой Ввирдде, но, видимо, привычными для хозяина тела, существа без психосоматической тренировки, не эволюционирующего… Они идут!
Подняв захваченное ружье, он выпустил грохочущий разряд в группу, огибавшую пирамиду. Они спотыкались, как куклы, и вопили под смертельной белизной лунного света. Пули свистели вокруг и падали рикошетом на гребень судна.
Он открыл люк, пока дженеры отступили для новой атаки. На секунду зубы Лэрда блеснули в ледяной улыбке Дариша, воина, который правил тысячей солнц и командовал флотом Ввирдды.
- Прощайте, мои милые, - пробормотал он, и древний язык был сладок его губам.
Захлопнув дверь люка, он вбежал в рубку управления, предоставляя возможность вести себя почти бессознательным привычкам Джона Лэрда. Корабль тяжело взлетел, а набрав высоту стал быстро удаляться.
Он получил сильный удар в спину и подскочил в кресле пилота. Послышался звук разрываемого металла. Боже! Дженеры выстрелили из тяжелого орудия с борта своего судна. Они задели его космолет, и он со свистом несся обратно к планете.
Дариш прикинул, что с такой траекторией он упадет в холмы, приблизительно в ста пятидесяти километрах от долины. Но ему придется бежать, его будут преследовать, как дикого зверя, что ж, Джон Лэрд получит по заслугам. Мускулы сокращались, сухожилия напряглись, глотка изрыгала проклятия, в то время как личность Лэрда снова яростно старалась найти себя. Это сражение должно скоро закончиться!
Ну что ж… Дариш мысленно пожал плечами. В худшем случае он может сдаться дженерам, стать заодно с ними. Какая разница, кто выиграет эту маленькую идиотскую войну? У него есть другие дела.
Кошмар. Джон Лэрд скорчился в пещере, созданной ветром, и смотрел на освещенные холодным лунным светом холмы. Он видел корабль дженеров, и отблески холодного света на обломках собственного космолета, и людей, которые охотились за ним.
Но был ли он самим собой, не был ли пленником в собственном черепе? К нему приходили чужие воспоминания, а его собственные окрашивались чужими мыслями. Он убегал от врагов, но в то же время он, Лэрд, крутился в темных безднах полуосознанного безумия. Он вспоминал свою жизнь, но помнил и другую, длившуюся миллион лет. Он смотрел на эти дикие скалы, на песок, на пыль, разносимую ветром, и видел эти места такими, какими они были раньше… зелеными и прекрасными. Он вспомнил, что был Даришем из Толлога, что правил целыми планетными системами в империи Ввирдды. В то же самое время он был Джоном Лзрдом с Земли. Два потока мыслей пересекались в его мозгу, вытекали один из другого, обменивались криками в темноте его черепа…
Миллион лет!
- Кто вы? - кричал Лэрд. - Что вы со мной сделали? - И пока он задавал эти вопросы, поднимались его собственные воспоминания и отвечали ему.
Произошло восстание эроев, отцы которых приехали на Ввирдду хорошими, но с веками испортились. Они восстали против незыблемого правления бессмертных. За один век войны они объединили половину империи и ее населения. И бессмертные применили против них самое мощное, самое первоклассное оружие, способное уничтожить звезды, оружие запрещенное, миллионы лет остававшееся захороненным в самых глубоких подземельях Ввирдды, Но… эрой знали о нем. И у них тоже было такое оружие.
В конце концов Ввирдда пала, ее флот был уничтожен, армия разбежалась по десяти тысячам опустошенных планет. Торжествующие эрой бросились добивать мир, в котором родились, а в мощных имперских арсеналах не было больше ничего, что могло бы остановить их.
Их культура была нестабильна и не могла удержаться так долго, как культура Ввирдды. Через каких-нибудь десять тысяч лет эрой исчезли, и в галактике даже не сохранилось воспоминания о них. Это мало что даст нам, с горечью сказал себе Лэрд и с леденящим ужасом понял, что это была мысль Дариша.
Тон внутреннего монолога ввирдданца внезапно стал почти разговорным, и Лэрд понял, какое огромное усилие потребовалось, чтобы преодолеть одиночество, длившееся миллионы лет.
"Послушай, Лэрд, мы, видимо, обречены занимать одно и тоже тело, и ни один из нас не может избавиться от другого. К тому же, кажется, дженеры мечтают захватить это тело. Чем больше мы будем сражаться друг с другом, тем беззащитнее станет оно. Нам лучше объединиться".
"Но… Боже мой, дружище, за кого ты меня принимаешь? Неужели ты думаешь, что я горю желанием иметь в своем мозгу такого вампира?"
Ответ был ледяной и яростный:
"А я, Лэрд? Я, который был Даришем из Толлога, господином тысячи солнц и любовником прекрасной Илорны, наместником бессмертной, самой крупной империи, какую когда-нибудь знала Вселенная… А теперь я, как в ловушке, в теле недоразвитого существа с другой планеты, существа, появившегося через миллионы лет после смерти всего, что имело цену. Ты должен был присоединиться ко мне, когда оказался здесь, Лэрд. Я управлял этим оружием. Я!"
Глаза оглядели голый пейзаж, наметенные ветром холмы, и двойной разум заметил крошечные силуэты, карабкавшиеся по скалам в поисках следа.
"Что нам это теперь даст? - сказал Лэрд. - Кроме того, я могу слушать твои мысли и копаться в воспоминаниях. Солнце или Дженея - для тебя одно и то же. А если ты играешь со мной?"
Ответ был мгновенный и сопровождался неприятным смехом:
"Ну… читай в моем мозгу, Лэрд! Это ведь и твой мозг, не правда ли? По-видимому, - добавил он более спокойно, история повторяется. Восстание варваров против планеты-матери, но на более низкой ступени развития. Я не ожидаю удачных результатов для цивилизации. Но, может быть, я приму в этом более активное участие, чем тогда".
Было что-то нереальное в том, что он лежал в развалинах древнего мира, следил за движением преследователей и думал не своими мыслями. Лэрд даже сжал кулаки, борясь за равновесие.
"Так-то лучше, - сказал сардонически разум Дариша, - Но не напрягайся. Дыши медленно и глубоко, хотя бы на минуту сосредоточься только на дыхании, а затем обшарь мой мозг, который также и твой".
"Замолчи! Заткнись!"
"Боюсь, это невозможно. Мы в одном и том же мозгу, ты же знаешь, и каждый из нас должен привыкнуть к потоку сознания другого. Расслабься, дружище, успокойся. Вспомни, что с тобой произошло, и согласись, что тебе еще повезло".
Говорят, человек - это животное, порабощающее время. Но только могучая воля и горячие стремления Ввирдды могли как-то преодолеть барьеры самой смерти и ждать миллион лет, чтобы умирающий мир не исчез полностью.