Всего за 99 руб. Купить полную версию
- Не знаю, - ответил я. - Выясним. Придумаем. Разве тебе не интересно?
Солодовников недоумевающе пожал плечами.
- Олег, - я наклонился к нему ближе, - мы же решили начинать свой бизнес, только если подтвердится моё необычайное везение. Так вот, если это на самом деле так, то у меня всё получится, даже если я буду продавать снег. Давай в самом деле попробуем, а?
Я люблю фаст-фуд. Знаю, многие презрительно морщат носики при упоминании заведений быстрого питания, но я - люблю. Мне нравится чётко знать, из чего состоит то, что я ем. Мне нравится, что всегда можно прикинуть, какие порции нужно взять, чтобы наесться. Нравится, что не нужно мучительно ждать, урча голодным желудком, когда же тебе принесут еду. А ещё, видимо, нравится, что в таких заведениях - открытых, демократичных, без утомляющего пафоса - чувствуешь себя моложе.
Солодовников, впрочем, моей любви не разделял. Двери "Макдональдса" на Петроградской, в котором мы договорились встретиться, он открыл с какой-то осторожной брезгливостью. Увернулся от стайки подростков, отшатнулся от девочки-уборщицы, протиравшей стёкла, и встал столбом посреди зала, высматривая меня.
Я помахал рукой, и Олег с видимым облегчением направился к моему столику. Плюхнулся на небольшой диванчик, поставил рядом сумку с ноутбуком.
- Чего-нибудь хочешь поесть? - Я кивнул на плакат с изображениями блюд. - Здесь неплохие завтраки готовят.
Олег неодобрительно глянул на стойку, за которой юные работники соревновались друг с другом в том, кто громче выкрикнет фразу: "Свободная касса!"
- Ты знаешь, как-то я не любитель еды в подобных заведениях. Да и позавтракал дома перед выездом.
- Ну хорошо, - другого ответа я и не ожидал. - Тогда давай посмотрим, что ты накопал.
Он заметно оживился, потёр руки, показывая, что накопал немало, вытащил ноутбук и расположил его на столике.
- Если кратко, - Олег посмотрел на меня с прищуром, - то бизнес есть. Как бы это странно ни звучало, продажа снега может приносить доход. И неплохой.
Он вывел на экран таблички с описаниями.
- Вот, смотри. Это оборудование для производства снега - снегогенераторы, снежные пушки и снежные ружья. Производительность - от трёх до девяноста кубометров снега в час. Область применения, как оказалось, широчайшая. В первую очередь, конечно, это оснежение склонов на горнолыжных курортах. Ну, ты в курсе - погода у нас нынче неустойчивая, а кататься люди хотят с октября по апрель. А владельцы баз, естественно, не дураки терять клиентов, вот и приобретают эти штуковины.
Я внимательно слушал Олега, а сам в душе улыбался. Мне всегда нравилась эта его черта - способность увлекаться новым делом. Иногда он напоминал мне охотничью собаку, которой показываешь дичь - и она азартно ввязывается в игру с преследованием.
- Ты меня слушаешь? - Олег прервался было, но я сделал соответствующую мину, мол, конечно, слушаю. - Так вот, помимо горнолыжных баз, искусственный снег применяют и в строительстве для охлаждения бетона, и в медицине, и на химических заводах, и в фармацевтике, и в пищёвке - короче, спрос на наш с тобой снег даже в России весьма приличный.
- Где оборудование будем брать? Поставщиков нашёл?
- Спрашиваешь! - Солодовников изобразил оскорблённую добродетель и открыл файл с табличкой. - Вот список. Я детально их пока не прорабатывал, но разберёмся. У некоторых есть представительства в России, но они-то нам как раз интересны менее всего.
Я удовлетворённо кивнул.
- Теперь самое главное, - Олег вывел на экран новый файл. - Я сделал первые прикидки по бизнес-плану, первоначальные затраты, период окупаемости, возврат на инвестиции. Вот эта цифра, - он ткнул мышкой в одну из ячеек таблицы, - это то, сколько нам надо вложить денег.
Я присвистнул. Сумма была внушительная. Если я не возьму джекпот в лотерее, то нам её никак не потянуть.
Солодовников словно бы прочёл мои мысли:
- Ну как, Платон, какие у тебя ощущения? Сможешь?
Я пожал плечами:
- Завтра всё увидим. Во сколько там трансляция розыгрыша?
- В девять утра, - Олег улыбнулся. - Я ещё сделаю из тебя "жаворонка".
Я шутливо воскликнул:
- В выходные дни, в священные, можно сказать, дни ты не даёшь мне поспать хотя бы до десяти!
- Ничего, вояка, привыкай. Собственный бизнес - дело такое, спать некогда.
Трель мобильного телефона, который по совместительству служил будильником, подняла меня без пяти девять. Я несколько раз душераздирающе зевнул, подумал о том, что умываться и бриться мне лень, и, не вставая с кровати, потянулся к пульту телевизора.
На нужном канале уже показывали заставку лотереи, билет которой хранился у меня в бумажнике. На экране появился вёрткий немолодой мужчина с длинными усами, неприятно похожий на таракана. Он носился по сверкающей огнями студии и что-то беспрерывно тараторил в микрофон, сначала объясняя правила игры, а потом представляя зевающих украдкой людей, составляющих тиражную комиссию. Я от души посочувствовал этим беднягам, которым пришлось спозаранку тащиться на телевидение для того, чтобы несколько минут посидеть перед камерами бессловесными истуканами.
Ведущий рассказал несвежий анекдот и сам начал громко над ним смеяться. Несмотря на его ужимки и попытки сделать из происходящего в студии шоу, зрелище нагоняло на меня тоску и сочувствие явно невысокому рейтингу передачи. Наконец, ведущий перешёл к основной части программы и принялся вытаскивать из большого блестящего барабана шары с числами.
Первый шар, который очутился у него в руках, был помечен большой цифрой "5", похожей по начертанию на пятёрку на советской пятикопеечной монете. Я удовлетворённо кивнул - цифра входила в мой ряд от одного до шести, отмеченный в лотерейном билете.
Мужичок-таракан, улыбаясь, полез за вторым шаром и, к моему удивлению, достал номер "37". Я обескураженно смотрел на экран и пытался вспомнить, какой выигрыш полагается за пять правильно угаданных номеров из шести. Однако через минуту я отбросил эти бесплодные попытки, так как на экране появился шар с числом "19", и начал выстраиваться ряд выигрышных номеров, никак не совпадающий с загаданным мною.
Пронзительно заверещал телефон. Я вздрогнул и поднял трубку.
- Платон, - голос Олега звучал гулко и испуганно, - Платон, неужели везение закончилось?
На экране усатый ведущий, натужно улыбаясь, раскланивался с тиражной комиссией и что-то вещал зрителям.
- Мы же с тобой уже заявления написали на увольнение, - Олег ронял мне в ухо слова, как плохо закрученный кран в ванной роняет капли. - Я, как идиот, роюсь в этом снежном оборудовании… Сегодня полночи просидел, доделывая финансовый план…
Я, не отрываясь, смотрел в телевизор. Завертелась заставка передачи. Вновь появился ведущий.
- Вы смотрели повтор предыдущего, двадцать седьмого тиража нашей лотереи, который состоялся в прошлое воскресенье, - задорно сообщил он, шевеля усами. - А сейчас в прямом эфире состоится двадцать восьмой…
- Стоп! - закричал я в трубку, прерывая глухие причитания Солодовникова. - Ты ещё не выключил телевизор? Смотри!
Вновь утомительное представление комиссии, перемежаемое пресными шутками, раскрутка барабана.
- Цифра пять! - сообщил ведущий, улыбаясь во весь рот. - Как вы помните, именно с этой цифры начинался и прошлый наш тираж. Для кого же на этот раз пятёрка станет счастливой? Мы узнаем об этом после рекламы!
Я запустил в телевизор подушкой. Она упала на середину комнаты, не долетев до экрана, на котором идиллические малыши, одинаково улыбаясь, мочились в подгузники, а накрашенные домохозяйки кидали во все блюда бульонные кубики.
Наконец усатый господин вновь расцвёл в эфире. Вторым номером он вытащил "3", за ней последовали "6", "1" и "2". Перед последним шаром ведущий долго представлял спонсора передачи, но я уже был уверен в победе.
Появление на экране цифры "4" совпало с очередным звонком Солодовникова.
- Платон! - кричал он мне в трубку. - Платон! Ты это сделал! Платон! Ты уникум! Ты гений! Теперь у нас всё получится! Теперь-то мы развернёмся!
Я стоял, полуголый, посреди комнаты, сжимая в одной руке поднятую с пола подушку, а в другой телефонную трубку. И улыбался.