- Нет, - Коля поглядел на Андрюшу снизу вверх, - для тебя это не достижение. В тебе живого росту, наверное, метр восемьдесят.
- Метр семьдесят шесть, - сказал Андрюша.
- Свой рост надо брать без усилий. Это твой предел?
Мальчишки смотрели на Колю с уважением, верили каждому слову.
- Не знаю, - сказал Андрюша. - У меня другие цели в жизни.
- Цели прыжкам не помеха. - Коля говорил поучающим голосом. Андрюшу это разозлило.
- А ты свой рост можешь взять?
- Не проблема, - сказал Коля и, не снимая сумки и не раздеваясь, даже без разбега присел, оттолкнулся и перемахнул через веревку. Потом обернулся к Андрюше. - Ты на меня не обижайся. Я к зиме буду два метра брать. Такая у меня цель. Ну ладно, вы тут отдыхайте, а у меня дела.
Коля пошел через дорогу к дому, а Сеня сказал вслед:
- Редкого упорства он у нас.
- Энциклопедию читает, - вздохнул Семен. - Уже третий том.
Из калитки вышел пес, поглядел по сторонам, затрусил к околице. Вид у пса был деловой, задумчивый.
- За коровой пошел, - сказал Сеня.
По улице не спеша шли Элла Степановна и Эдик. У калитки они остановились. До молодых людей донесся вопрос Эдуарда:
- Вы удовлетворены встречей?
- Спасибо, Эдик, - сказала Элла Степановна. - Ваша помощь совершенно неоценима.
- Ну что ж, и нам надо идти, - сказал Андрюша, подождав, пока Эдуард откланяется.
11
Глафира задержалась в правлении, вела телефонные переговоры с районом. Ангелина осталась на ферме, там заболел теленок. Обед готовила Элла, а Коля истопил баню, и экспедиция как следует вымылась. Баня оказалась настолько эффективной, что лицо Вениамина приобрело естественный бело-голубой цвет. Правда, он сам этого не заметил, так как его неожиданная влюбленность в портрет воздвигла между ним и действительностью стену. Элла Степановна, узнав о происшедшем, искренне расстроилась.
- Придется мне сходить и поглядеть, что там за портрет, - решила она.
Коля убрал со стола посуду и достал с полки четвертый том энциклопедии Брокгауза и Ефрона.
- Почитаю немного, - сказал он. - До вечерней тренировки время есть.
- Андрюша, - спросила Элла, - у тебя магнитофон в порядке? С завтрашнего дня начинаем запись.
- Техника у меня готова… - ответил Андрюша. - Только я завтра утром на мельницу сходить хотел.
- На какую мельницу? - возмутилась Элла. - Мы приехали…
- Знаю, за песнями, - согласился Андрюша. - Но наш долг не проходить равнодушно мимо исчезающих памятников старины. К тому же она какая-то странная.
- Ничего странного, - заметил Коля, отрываясь от энциклопедии.
- На колесах? - спросил Андрюша.
- Нет. Просто бродячая. В прошлом году на холме стояла, за рекой. Потом пропала. Говорят, в Волчьем логу объявилась.
- И ты в это веришь! - воскликнула Элла. - Ты же пионер!
- А чего же не верить?
- И как ты это объясняешь? - спросил Андрюша.
- А чего объяснять? Это все проделки секунд-майора, - сказал Коля. - Он на мельнице ходит и шалит. Все знают.
- Ну, это никуда не годится! - сказала Элла. - Я с твоей бабушкой поговорю.
- Поговорите, - сказал Коля и продолжал чтение энциклопедии.
- Местный фольклор, - сказал Вениамин. - Обычный местный фольклор. Рождается на глазах. Мельницы, может, и нет… Вот пройдет несколько месяцев, и будут обо мне рассказывать, как я влюбился в портрет, а он ожил и стал человеком. У Гоголя…
- В тебе живет Пигмалион, - сказал Андрюша.
- Но портреты не оживают, Вень, - сказала Элла. - Выкинь это из головы.
- Я пойду, - сказал тогда Вениамин, - в артель. Погляжу на портрет.
Коля вздохнул и снова отложил энциклопедию. - Ну дети, прямо дети, сказал он. - Что, у вас фольклористы все такие психованные?
- Меня это смущает, - серьезно ответила Элла. - Хотя и твой, Коля, рассказ о мельнице меня не утешил.
- Я все-таки пойду, - сказал Вениамин. - У меня предчувствие…
Он направился к двери, но в этот момент дверь открылась и вошла Ангелина.
- Вы уже пообедали? - спросила она с порога. - А я спешила…
Тут раздался глухой стук.
Вениамин со всего размаха грохнулся на пол.
Он лишился чувств.
12
- Эх, - сказал Коля, окончательно закрывая энциклопедию.
- Я что-нибудь не то сказала? - испугалась Ангелина.
- Он переутомился… Андрюша, воды, - сказала Элла, наклоняясь над Веней.
- История загадочная, - сказал Андрюша. - Вы знакомы?
Ангелина отрицательно покачала головой, зачерпнула из ведра кружку воды, дала Элле. Элла поднесла к губам Вениамина, но тот не прореагировал на это. Элла вцепилась аспиранту в пульс, а Андрюша перехватил кружку и вылил ее на голову своему коллеге.
Вениамин захлебнулся, чихнул, закашлялся, вскочил, увидел Ангелину и попытался тут же снова грохнуться в обморок, но этого не допустил Андрюша:
- Стой! Сначала объяснись!
- Это она… - промолвил Вениамин. - Я так и знал.
- Кто она?
- Портрет, - сказал Веня. - Я не зря надеялся.
После этого падать в обморок было уже не нужно, да и неудобно. Веня смертельно смутился, оттолкнул заботливые руки Эллы, резко поднялся и, пошатываясь, отошел к окну.
- Все ясно, - сказал Андрюша смущенной Ангелине. - Наш ученый сегодня побывал у ваших кружевниц и увидел там женский портрет. Он влюбился в него с первого взгляда. И тут ты входишь…
- Это ваш портрет, - сказал Вениамин, не оборачиваясь. - Это вы.
- А если это был портрет императрицы Елизаветы Петровны? - спросил Андрюша. - Понимаешь, с кем ты теперь имеешь дело?
- Мне все равно, - глухо сказал Вениамин, глядя в окно. - Я потрясен. Я не знаю, что мне теперь делать.
- Сходить к колодцу, - сказал Андрюша. - Чай будем пить.
- Не надо, - сказал голос от двери. - Чай погодит.
В дверях стоял вошедший незамеченным шофер Василий, который держал в кулаке два билета в кино.
- Добрый вечер, - сказала Элла Степановна. - Как приятно, что вы нас навестили.
Василий даже не взглянул на нее.
- Ты в кино идешь или не идешь? - спросил он сурово Ангелину. И сам ответил: - Не идешь.
- Если ты ревнуешь, - сказал Коля, - то зря. Веня в портрет влюбился.
- Камуфляж, - сказал Василий. - Ты мне мозги не пудри.
- Клянусь вам! - резко обернулся от окна Вениамин. - Клянусь, что я не видел Ангелину раньше. И мое отношение к ней вторично!
- Почему вторично? - удивилась Ангелина.
- А вы садитесь, посидите с нами, - сказала Элла. - Хотите, кто-нибудь из нас в кино с вами пойдет?
- Чего? - Василий только сейчас вспомнил про билеты. Он разжал кулак. Билеты закружились и упали на пол, а Василий подошел к Вениамину и сказал с угрозой: - Иди к своему портрету, понял? На Ангелину ни взгляда, ни вздоха, понял?
- Я не могу дать вам такого обещания, - сказал Вениамин. - Простите меня, пожалуйста. Это выше меня.
- Мое дело предупредить, - сказал Василий. Он смотрел на аспиранта с презрением и не уходил, не сказав последнего слова, но тут за окном мелькнула черная тень и раздался крик:
- Меакульпа!
Лицо Василия исказилось.
- Проклятие! - закричал он страшным голосом и выбежал из дома. Взревел за окном грузовик.
- Кто же это? - спросила Элла.
- Я думаю, что птица, - сказал Андрюша. - Та самая, да?
- Гришка, - сказала Ангелина. - Это Гришка. Вася за ним вторую неделю гоняется.
- Не догонит, - сказал Коля. - Хочешь, посмотрим?
Андрюша вслед за Колей выбежал на улицу.
Солнце клонилось к закату. Тени от домов и деревьев стали длинными и лиловыми, и трава казалась еще светлее и зеленее.
Далеко над улицей медленно летела громадная черная птица, за нею гнался грузовик.
- Не догонит, - повторил Коля, - ты не беспокойся.
Андрюша хотел сказать, что и не беспокоится, но сзади раздался голос Эдуарда Олеговича:
- Удивительно! Взрослый человек, а такая страсть!
- Страсть? - удивился Андрюша. - К Ангелине?
- О нет! К таксидермии.
- Не понял, - сказал Андрюша. Он не знал такого слова.
- Вася мечтает сделать чучело из этого редкого экземпляра и послать в Академию наук.
- Это не чучело! - возмутился Коля. - Гришка триста лет жил и еще проживет.
Неподалеку возникли Сеня с Семеном.
- Я пошел, - сказал Эдуард Олегович. - В клубе дела. Если захочешь, Андрюша, приходи. Гитару бери, послушаем.
- Спасибо, - сказал Андрюша. - Я вот о мельнице думаю.
- О мельнице? - улыбнулся Эдуард Олегович. - Старухи уверяют, что там вроде бы привидение проживает.
- Живет, - подтвердил Сеня. - Все знают, что живет.
- А кто-нибудь видел? - спросил Андрюша.
- Пойдешь, сам увидишь, - сказал Коля.
- Пойдем, - сказал Андрюша.
- Сейчас? - Коля посмотрел на небо. - Стемнеет скоро.
От реки донесся натужный вой двигателя. Все оглянулись туда.
В облаке пыли появился грузовик. Набирая скорость, он промчался по улице. Мелькнуло лицо Василия, пригнувшегося к рулю.
Грузовик выскочил на дорогу, пронесся по аллее берез, свернул за холм и исчез.
- Нет, - сказал Эдуард Олегович. - Пойду на репетицию. Совершенно недопустимо ездить по улицам с такой скоростью. А вам… - он печально поглядел на Андрюшу, - идти на мельницу не рекомендую. Вечером в лесу опасно, мало ли что почудится. К тому же мельницы, по моим сведениям, давно уже не существует…
- Не существует? - сказал Сеня обиженно. - А я что, слепой, что ли? Что я, школу-интернат в Волчьем логу видал?