- И под конец своего царствования занемогла она от дурости и невероятного обжорства. И каким-то неясным пока для нас путем узнала, что есть на Урале целебный источник. Полагаю, слух шел от промышленников, что за мягкой рухлядью сюда ходили. Ведь цари - они как обыкновенные люди: заболеют, всему готовы поверить. Царица велела обязательно этот источник найти и сделать здесь курорт для своего величества. - Дед достал большой ветхий лист, свернутый в трубку, развернул. - "Мы, Божьей милостью, Анна Иоанновна", - прочел он. - Без лупы не поймешь, а я два месяца сидел, пока понял… "Посылаем нашего войска секунд-майора Ивана Полуехтова…" А дальше уж совсем ничего не разобрать. И знаете, где я эту бумагу нашел?
Дед сделал паузу, подождал, пока все откачают отрицательно головами, сказал тихо и торжественно:
- В сундуке моей бабушки. Ясно? Это оригинал. Может, где в архивах и есть копия, но это оригинал. И из него ясно, что царица послала в наши края одного секунд-майора. Тут уже сказка не сказка, ничего не поделаешь.
А вот, гляди, я из журнала "Русский архив" переписал. "Ia одной забытой экспедиции XVIII века". Пишет некто Федоров-Гаврилов. Цель, сообщает он, экспедиции, которая в большой тайне была направлена из Петербурга на восток в декабре 1738 года, так и осталась невыясненной. Известно, что во главе стоял секунд-майор Полуехтов, отличившийся в Крымском походе с фельдмаршалом Минихом, - здесь все прописано, как и что. И полагал Федоров-Гаврилов, что экспедиция была направлена для достижения берега Ледовитого океана или за золотом, и рассуждает на эту тему, и говорит, что экспедиция так и не вернулась.
- Вот это здорово! - не удержался Андрюша. - А они, значит, сюда добрались?
- Больше того, без дорог, по тропе они и пушку сюда дотащили на одной армейской дисциплине. Дом построили, пушку поставили…
- Значит, они нашли источник? - спросила Элла.
- Полагаю, нашли наш ручей, - сказал дед. - Вода в нем хорошая.
- Хорошая, - сказала Глафира, - но обыкновенная.
- А царице все хуже, - продолжал дед. - И спрашивает она своих биронов и остерманов: как там дела с моим срочным исцелением? А они отвечают: не имеем сведений, кроме как знаем, что добрался Полуехтов и дорогу кладет. А вода какая? - спрашивает царица. А про воду не могем знать, отвечают бироны. А ну-ка срочно узнать! - велит царица. Самого-то главного не выяснили! Засуетились здесь бироны и послали срочно лейб-медика Блюменквиста, чтобы проверил марциальные воды. И приехал сюда лейб-медик Блюменквист, который уж давно лечил царицу, да безуспешно. Я нашел его отчет о том, как он воду пробовал. Отчет по-немецки, но мне его добрые люди в Ленинграде перевели. Там заодно я и стереосистему купил для прослушивания джаза… Так этот лейб-медик вот что сообщил: "По прибытии на место я обнаружил, что климат здесь дождлив и негоден для дыхания высоких персон, а вода, кроме чистоты, иных достоинств не имеет".
- Что же он так категорически? - спросила Элла.
- Интриги, - ответил дед. - Зачитываю отрывок из личного дневника канцлера Остермана: "Помимо прочего отъезд императрицы из Санкт-Петербурга крайне нежелателен, ибо может привести к возмущению гвардии, особливо ежели императрица скончается или сугубо занеможет в трудном пути. Имел беседу с прибывшим с Урала лейб-медиком Блюменквистом, доклад которого о посещении марциальных вод должен быть благоприятен для наших планов и судеб России". Ясно?
- Ясно, - сказал Андрюша. - А дальше что было?
- Здесь и начинается самое интересное. Майору велели строительство курорта пресечь и вернуться домой. А секунд-майор не отозвался. Слушайте, как сказка кончается. И говорит тут Иван-дурак: хоть казни меня, царь, хоть милуй, только обратно в стольный город мне пути нету. Будем мы с царевной здесь проживать и детей наживать. Избушку срубим, огород разобьем. Пошумел царь, позлился, да что делать - слово держать надо. Отдал он царевну Ивану. И остались они в лесу, избушку построили, детей народили, так наша деревня и на свет появилась. И до сих пор они живут, куда им помирать, живая вода рядом, хоть ведром черпай.
- То есть он остался здесь жить? - спросила Элла.
- Дорогая начальница, - сказал Андрюша, - ясное дело, секунд-майор живет здесь до сих пор, только на одной воде не растолстеешь, вот и превратился он в привидение.
- А в самом деле? - спросила Элла, проникшись доверием к детективному таланту старика.
- Точ-на! - Старик торжествовал. - Имеем в деле документ номер девяносто три, датированный восьмым сентября от рождества Христова лета тысяча семьсот сорок второго! - Он потряс в воздухе исписанным листом. - Это последний штрих в моем научном поиске! Донесение сибирского губернатора о розыске пропавшего без вести секунд-майора Полуехтова с командой. Точ-на!
- Не томи гостей, - сказала Глафира. - Мы все знаем, что поговорить ты мастер.
- Все путем, - сказал дед, - подготовка нужна. Оказывается, велели губернатору отыскать Полуехтова и вернуть в столицу. Да еще вернуть с кассой. Почему так произошло? А вы на дату поглядите. Прошло-то два года, пока спохватились. Представьте себе - Анна померла, Остерман из фаворы выпал, пришла к власти молодая царица Елизавета, которую собственное здоровье пока не беспокоило. И забыли в суматохе о нашем секунд-майоре. А он живет. Инструкций не имеет, ждет. И не знает, что живая вода объявлена обыкновенной.
- Моя бабушка, - вмешалась Глафира, - полагала, что приказ возвращаться был, только Иван его разорвал.
- Заваруха была, понимаешь, заваруха! - сказал дед. - Может, никому и дела не было до Полуехтова? А сам он на Елене женился.
- На ком? - спросила Элла Степановна.
- А вы в кружевную артель загляните, там два портрета висят. Один портрет - секунд-майора, а второй - Елены, ясно?
- Так она же возлюбленная Вени! - догадался Андрюша. - Точная копия Ангелины!
- Ничего удивительного, - сказал дед. - От ихней любви каждый второй в нашей деревне произошел.
- Кто она была? - спросила Элла.
- Местная, полагаю, - сказал дед. - И в заимке люди жили, а из Сотьвинска мужики приехали, дорогу строили, дом царицы. Я так полагаю, что и некоторые солдаты семьями обзавелись.
- Они очень друг друга любили, - сказала Глафира. - Про это у нас в деревне даже песни поют. И детей у них трое родилось: Петя, Константин и Елизавета.
- Но! - Дед сделал паузу. - Такой союз неизбежно должен был обернуться трагедией. Это точ-на! Почему? Из-за зверских социальных условий, которые царили в те времена. Кем был секунд-майор? Он был дворянин. А Елена? Крестьянская дочь, низшее сословие. Нельзя было им обвенчаться. И предполагаю я, что жили они здесь в счастье, но в тревоге, что это счастье кончится.
- Чего предполагать, все знают, - сказала Глафира. - Про это песни сложены. И дети их были незаконными, и разлука их ждала…
- Неминуемая, - подхватил дед. - Не исключено, что у секунд-майора и другая семья была… Так вот, из отчета губернатора следует, что он получил в сорок втором году предписание отыскать секунд-майора с командой, вернуть его, а если он, случаем, преставился…
- То есть помер… - пояснил Коля.
- Тогда… Коля, не перебивай, уши оторву… Тогда доставить в Петербург кассу, тринадцать тысяч рублей золотом и серебром, выделенные секунд-майору на приготовление к царицыному приезду.
- Так много? - удивилась Элла.
- Еще бы. Дорогу построить, дом, удобства… Ладно, что губернатор делает? Как и все губернаторы - отдает приказания. Шлет запрос из Тобольска в Екатеринбург, откуда едет человек в Нижнесотьвинск. Что за майор у вас, что за касса? Почему ничего не знаю? Губернатор-то новый был, а Ручьи от Тобольска ой как далеко! Из Нижнесотьвинска ему сообщают - есть такой секунд-майор, живет с крестьянской девкой в деревне, детей прижил, хулиган с точки зрения дворянской морали, а деньги, наверное, все растратил.
- А он не растратил, - сказал Коля, - он их в пещере спрятал.
- Что за чепуха! - возмутился дед. - Секунд-майор на них дом построил, дорогу проложил, четыре года солдат содержал - откуда деньгам быть? Не смей клеветать на своего предка!
- Он их спрятал, это все знают, только найти нельзя. Их привидение охраняет.
- Мне тоже говорили, - сказала Глафира.
- Глафира, окстись! - Дед кипел негодованием. - Не уподобляйся корыстному и наивному Василию!
- А ваша теория? - спросила Элла.
- Не теория, а уверенность. Эти деньги в Нижнесотьвинске подрядчики растащили. Майор-то человек военный, прямой, в тонкостях финансовых совершенно не разбирается. Но кто ему поверит, если даже вы, можно сказать, родные люди, не доверяете!
- Дальше, дальше! - воскликнула Элла.
- Все по порядку. Шлет тогда губернатор майору приказ прибыть немедля для отчета с кассой и солдатами. А майор не отвечает. Тогда губернатор направляет в Ручьи военную команду с поручиком во главе. Как узнал секунд-майор о приближении команды…
- Ia этом песни сложены, - сообщила Глафира и вдруг запела со слезой, с чувством:
И собирается ясный сокол во лесную чащу, И молвит ясный сокол молодой жене…
- Да не плачь, молодая жена, да не лей понапрасну слез! - подхватил дед. И тут же оборвал себя, заговорил строго, деловито, прозой: - Воинская команда секунд-майора в деревне не застала. Ушел он в лес и не вернулся. Сгинул.
- Может, убежал? - предположил Андрюша.
- Нет, погиб он, это точ-на. Ворон Гришка прилетел, у Елены дома жил. Ворона этого он птенцом подобрал, выходил, всему научил, ну словно собака Гришка у него был. Никогда с ним не расставался… Солдат повязали, в колодки забивали, деньги искали, всю землю перерыли. Губернатор отчет послал в Петербург - нет майора, нет кассы.