Сточерз и Скроч, стоя на сотом этаже Дома наций, подняли бокалы с шампанским и подумали, что именно от них может зависеть, каким будет мир в том веке, куда они только что вошли.
* * *
Бывало, что Сточерз задумывался над тем, насколько высока пирамида, на вершине которой он находился. Он знал, что информация поступает к ним из двух десятков групп, каждая из которых работает независимо и ничего не знает о существовании других. Но и эти группы обрабатывали не "сырую" информацию. Еще ниже находились многочисленные эксперты-прогнозисты, отсеивавшие из ответов явную чушь, исследовавшие огромные массивы данных по различным наукам.
Между членами Комитета семи быстро установились дружеские отношения. Много времени они проводили вместе, на территории университета Нью-Скопа были выделены помещения для фирмы "Лоусон". Финансировала работу сенатская подкомиссия по прогнозированию, официально работу вел университет. Работа эта заключалась в анализе состояния и развития фундаментальных наук. Никакой видимой секретности. Более того: изредка кто-нибудь из членов Комитета выступал перед студентами и преподавателями с рассказом о том, какой видится будущая генетика, или химия, или физика…
Генератором идей стал писатель-фантаст Генри Прескотт - человек лет тридцати пяти, публиковавшийся нечасто и не в лучших издательствах. Он выпустил три небольшие книжки, Сточерз прочитал их. После первого же рассказа он понял, чем руководствовались Филипс и его коллеги, предлагая Прескотта в Комитет семи. Это была так называемая "жесткая" научная фантастика с четко продуманными проблемами и мыслями сугубо научного свойства. Именно Прескотт предложил идею, которая дала резкий толчок работе Комитета после почти полугодового застоя.
Идею Прескотт изложил сначала Льюину, а потом - ровно сутки спустя - собрал всех членов Комитета и продемонстрировал образец научно-фантастического анализа, помноженный на проведенный за это время анализ ситуации. Имея доступ к определенным секретным документам, Льюин сумел продвинуться дальше Прескотта, полагавшегося лишь на опубликованные в газетах сведения и на интуицию фантаста.
- Господа, - сказал Льюин, - сегодня на военно-космической базе Корби произошел сбой в системах обнаружения. Компьютер принял серию высотных грозовых разрядов за атаку советских ракет. Тревога продолжалась сорок три секунды, пока не распознали ошибку.
- Таких сбоев происходит немало, - сказал Скроч. - Они всегда распознаются.
Прескотт оторвал взгляд от бумаги, на которой он рисовал какого-то инопланетного зверя.
- Вы поработали с машинами, Льюин? - осведомился Прескотт.
- Поработал, Генри.
Прескотт кивнул и пририсовал зверю длинный хвост, похожий на человеческую руку.
- Вам известно, господа, сколько такого рода сбоев произошло за время существования баз с ракетно-ядерным оружием? - продолжал Льюин.
- Думаю, по десятку или даже сотне в год, - сказал Скроч.
- Точность хороша для астронома, а не для генетика, - усмехнулся Льюин. - Реальное число меня поразило. Вместе с сегодняшней тревогой компьютеры дают по всем нашим базам и объектам двести семьдесят две тысячи триста пятнадцать.
- Ну, ну, - пробормотал Прескотт, не отрываясь от рисунка.
- Пожалуйста, - вмешался Пановски, самый старый среди них, ему на днях исполнилось семьдесят, - объясните, к чему вы клоните.
- Видите ли, базы представляют собой единую систему, события на них не независимы. Значит, если в компьютере на Островах произошел сбой, то вероятность такого же сбоя в компьютере на базе Ронстон уменьшается. Но если сбой все-таки происходит и здесь, то существенно уменьшается вероятность того, что его удастся устранить быстрее, чем произойдет пуск ракеты. А если случается цепочка таких сбоев, то вероятность выбраться живыми, вероятность предотвращения атаки сводится, можно сказать, к нулю.
- Мы не специалисты, - пробурчал Мирьяс, - но даже мне понятно, что единая система компьютеров должна быть свободна от такого рода накладок. Проверки и перепроверки…
- Конечно. Каждый раз проверки и перепроверки. И каждый раз вероятность того, что все закончится благополучно, уменьшается. По законам теории вероятности ядерная война должна была начаться в результате сбоя еще лет десять назад. Примерно после стотысячной тревоги. В том, что все мы еще живы, виновата не система проверок, а нечто, спрятанное более глубоко. Ядерная война не может возникнуть в результате случайных сбоев. Закон: на каждую случайность приходится компенсирующая случайность.
- А психология? - спросил Пановски. - Допустим, есть закон природы. Но он не включает человеческого фактора. Например, безумного оператора. Происходит сбой, и оператор, вместо того, чтобы разобраться, впадает в панику и самолично выдает команду к началу боевых действий.
Льюин покачал головой.
- Вы прекрасно знаете, Людвиг, что это невозможно. Для начала войны, если сигнал не дают компьютеры, нужна команда свыше. Ваш безумный оператор просто не знает нужных кодов.
- Все это очень сомнительно, - вздохнул Пановски.
- Почти триста тысяч сбоев, - сказал Мирьяс. - Великая статистика, не спорю. А я приведу только два примера. Ведь для того, чтобы опровергнуть теорию, достаточно одного факта, верно? Первый пример - взрыв в штате Юта, когда в подземном бункере полетел вразнос двигатель ракеты MX, и ядерное устройство взорвалось. Сколько там погибло американцев? Около ста - взрыв произошел под землей. Но ваш компенсирующий фактор в данном случае почему-то не сработал. И второй пример - год назад на Сандвичевых островах. Ракета взорвалась в полете. Бомба была катапультирована, но система блокировки разрушилась, и бомба взорвалась, упав в океан. Пятьдесят кило-тонн. И компенсирующий фактор не сработал опять.
- Точно, - согласился Прескотт. - А вы заметили - бомбы эти взрывались на своей территории, а не на территории возможного противника? Вот вам другая сторона компенсирующего фактора. Природа не может допустить гибели человечества из-за нелепой случайности - в этом сущность закона. На каждую случайность приходится антислучайность.
- Бред, - сказал Мирьяс. - Природа слепа и неразумна. А у вас получается, будто существует высший разум, следящий за каждой нашей ракетой…
- Разве для этого нужен высший разум? - удивился Льюин. - Вы же не удивляетесь: как может природа уследить за тем, чтобы в электрической цепи сила тока всегда была равна частному от деления напряжения на сопротивление. Вы думаете, что человечество - закрытая система и устанавливает для себя законы по собственному желанию?
- Бог с ними, с вероятностями, - сказал Пановски. - А что будет, если наш президент, взвесив последствия, сам отдаст приказ начать ядерную атаку? Тогда-то уж ракеты долетят до цели? Или, по вашему закону компенсации, они либо не вылетят из шахт, либо взорвутся над нашей же территорией?
- Вы спрашиваете, всеобъемлющ ли закон компенсации? Не знаю. Но ведь мы только начали анализ.