Сановники о чем-то беседовали, могильщик принялся снимать мерку с трупа Президента, хотя, видно, в этом не было нужды, потому что солдаты уже приготовили ржавые крючья, чтобы оттащить труп старика на свалку. Прекрасная Тулия, не подозревавшая о том, что Верховный микроб столкнулся с какими-то неприятностями в недрах удаловского организма, подошла к нему и сказала:
- Полагаю, что моя оболочка все еще вызывает в тебе нежные чувства. Так что можешь пользоваться. И пока вы с Тулией будете любить друг друга, мы с Его Необозримостью займемся плодотворным обсуждением вопросов дальнейшей экспансии.
Глаза Тулии были пусты и показались Удалову совсем не такими прекрасными, как прежде.
- А как же любовь? - спросил он.
- Зачем тебе любовь? - удивилась Тулия. - Главное - простота.
- Прекратите! - произнесли губы Удалова помимо его воли. Видно, внутри его творилось что-то неладное. - Сейчас же отпустите меня!
- Что случилось? - всполошилась Тулия. - Что с тобой?
- На меня напали! Здесь полчища бандитов! На помощь! Спасите!
Тулия ударила Удалова по голове кулачком.
- Прекратите, подрыватель! - закричала она. - Оставьте в покое моего сына! Ты на кого поднял руку, подлец!
- Я совершенно ни при чем! - воскликнул в ответ Удалов, но слова получились смятыми и неубедительными, потому что сквозь рот Удалова рвались отчаянные вопли страдающего паразита.
Боль Верховного микроба передалась Удалову, и его начало корчить и мотать, разболелись одновременно все зубы, ломило голову и взрывалось в ушах. Удалов помимо своей воли совершал нелепый танец, закидывая руки, выпячивая живот и стуча ногами. Успела мелькнуть мысль, что он сейчас со стороны, наверно, похож на древнего шамана, но тут же эта мысль исчезла и наступило помутнение сознания. И как будто сквозь туман к Удалову тянулись гневные руки сановников и его бывших товарищей - кузнечика и могильщика, все вокруг вопили, грозились убить Удалова и даже старались его убить, но мешали друг другу, и это Удалова спасло.
А тем временем изо рта Удалова продолжали вырываться страшные проклятия.
- Я гибну! - вопил Верховный микроб. - Меня окружили! Здесь хищные враги! Они едят меня! На помощь. Я не могу вырваться. Предательство… измена! Ааааа.
И последний крик Верховного паразита угас, превратившись в невнятные всхлипывания. В ужасе сановники отшатнулись от Удалова, и он, избитый, измученный происходившей в нем борьбой, лишился чувств.
Глава пятнадцатая,
в которой Удалов попадает в подземелье и встречается с предсказателем Острадамом
Когда Удалов пришел в себя, оказалось, что он лежит на холодном грязном полу тронного зала. В зале слышался гул голосов, но никто более Удалова не бил.
Удалов с трудом сел. Голова болела, все члены тела были измучены и не хотели подчиняться. Когда удалось сфокусировать зрение, оказалось, что сановники столпились вокруг золотого кресла, на котором сидела Тулия, и обсуждали создавшееся положение. На Удалова никто не обращал внимания.
Кузнечик суетился у трона, а могильщик стоял с солдатами неподалеку и с сочувствием смотрел на Удалова.
В этот момент сановники отошли от трона, и Тулия, обратив строгий, начисто лишенный любви взгляд к Удалову, сказала:
- Мы пришли к выводу, что в тебе, Удалов, несмотря на дезинфекцию, сохранились враждебные нам бактерии и вирусы. Разумеется, мы могли бы поместить в тебя для проверки еще одного из наших братьев, но риск его гибели слишком велик, и потому лучше тебя уничтожить. Надеюсь, ты согласен с нами, что такое решение разумно?
- Нет, - возразил Удалов. - Совершенно дикое решение.
- Но ведь ты убил лучшего из нас!
- Я никого не убивал. И никто не просил его в меня соваться.
- Удалов, нам, микробам, суждено покорить всю Галактику, и не пытайся встать на пути исторического регресса. Ты приговорен к уничтожению, однако исполнение приговора откладывается. Мы рассудили, что если ты нам опасен, то еще опаснее вся Земля. Вместо одного врага мы получили теперь шесть миллиардов врагов. А это нас удручает. Следовало серьезнее отнестись к предсказанию Острадама и уничтожить тебя на Альдебаране.
- Опоздали, - согласился Удалов. - Ваше дело проиграно. Учтите, что я самый средний землянин, а у нас есть очень умные люди.
- Мы учитываем, - сказала прекрасная Тулия. - Поэтому перед уничтожением ты подвергнешься пыткам для добровольной выдачи информации, которая позволит нам ликвидировать Землю. Увести его!
Солдаты знаками показали Удалову, чтобы он двигался к выходу, и Удалов не стал сопротивляться. Он так устал, что мечтал только об одном - немного поспать. А там видно будет. И он спокойно пошел к выходу.
На улице так же светило солнце, плыли кучевые облака, по соседней улице шла очередная демонстрация за увеличение потребления нектара, и никому не было дела до одинокого человека, который попал в переплет и вполне мог сгореть на костре подобно Жанне д'Арк, Джордано Бруно и Тарасу Бульбе.
Перейдя площадь, Удалов оказался перед входом в тюрьму. Предупрежденный о его приходе, тюремщик открыл двери, а сам опасливо отошел, и это было понятно, так как на планете Кэ не было смысла держать преступников в тюрьме, когда их можно было использовать и перевоспитывать более надежным образом.
Скрипели ржавые двери, пыль поднималась с лестничных ступенек, и путешествие показалось Удалову бесконечным.
Наконец он добрался до нижнего этажа подвалов. Железная дверь с глазком отворилась перед ним, и Удалов оказался в холодном каменном мешке, освещенном голой лампой под потолком. Здесь стоял табурет, на полу валялась куча гнилой соломы да в углу виднелась черная дыра в полу - простейшее туалетное устройство.
- Ну что ж, - сказал Удалов сам себе, - еще не вечер.
Глазок в двери приоткрылся, и женский голос произнес:
- Нет, вечер.
Удалов узнал голос прекрасной Тулии и крикнул в ответ:
- Я требую справедливого суда!
- Суд уже состоялся, - заявила Тулия. - Ты приговорен к сожжению на костре за убийство Президента этой планеты.
- Постойте! - возмутился Удалов. - Но ведь суда не было и я ни в чем не признавался! И Президента я не трогал. Вы его сами лепестками уморили.
- Не важно! - ответила Тулия из-за двери. - Копия приговора после вынесения наказания будет послана на СОС и на Землю, чтобы все морально осудили убийцу.
Четкие шаги Тулии удалились, и наступила тишина, которую нарушали лишь капли, падавшие с потолка каменного мешка. Удалов вытащил из кармана коробочку со скорпиончиком. Скорпиончик посмотрел на Удалова с осуждением, видно, никогда еще не попадал в такую ситуацию. Потом мелко задрожал хвостом и начал согревать промозглый воздух. Запахло флоксами, и Удалов немного приободрился.
Согревшись, Удалов свернулся калачиком на соломе и задремал, во сне увидел родной город, жену Ксению в процессе приготовления блинов, сына Максимку, бегающего по зеленой лужайке перед церковью Параскевы Пятницы с сачком для ловли бабочек в руке, а также школьного друга Колю Белосельского, который уверенно говорил: "Не падай духом, Корнелий! Мы не оставим тебя в беде! Мы не поверим клевете, которую распространяют о тебе злые силы реакции! Вся Земля, затаив дыхание, следит за твоей неравной борьбой за справедливость и национальное освобождение трудолюбивых обитателей планеты Кэ от жестоких угнетателей. Мы с тобой, Корнелий!" Застучали барабаны, и Корнелий проснулся.
Оказалось, что кто-то негромко стучит в стену. Но не равномерно, а прерывисто, словно это азбука Морзе, которую Удалов, к сожалению, не знал.
Удалов протянул руку к стене и, отогнав мокрицу, постучал в ответ.
- Не падай духом! - услышал он незнакомый голос.
Удалов поднял голову и увидел, что в дыре под потолком камеры появилась человеческая голова. Голова подмигнула Удалову и повторила:
- Главное, не падать духом.
- Это вы стучали? - спросил Удалов.
- Я. - Человек оглушительно чихнул и сказал: - Извините, у меня насморк.
- Что вы здесь делаете?
- Я не делаю, я сижу в соседней камере и жду смерти.
- Кстати, я тоже, - сказал Удалов. - Удивительное совпадение. Вы тоже кого-нибудь убили?
- Нет, - ответил человек. - Я самоубийца. Разрешите, я к вам слезу, а то мне очень неудобно разговаривать на весу.
- Разумеется, - согласился Удалов. - Я буду рад.
- Тогда подойдите поближе и подставьте мне спину. Вы же не хотите, чтобы я сломал ноги?
- Ни в коем случае, - сказал Удалов и подошел к стене.
Человек протиснулся в дыру, тяжело спрыгнул на спину Удалова, съехал по ней на пол и оказался коренастым карликом с пышной смоляной шевелюрой.
- Спасибо, - поблагодарил карлик, запахиваясь в парчовый халат и усаживаясь на единственную табуретку. - Мне очень приятно с вами познакомиться, Корнелий Иванович, потому что я до определенной степени виновник всех ваших несчастий.
- А я думал, кто же во всем виноват? - сказал Удалов. - Зачем же вы так?
- Исключительно из-за тщеславия и любви к роскоши. У вас закурить не найдется?
- Не курю.
- Знаю. Это я так, для того, чтобы переменить неприятную для меня тему. Я ненавижу доставлять людям неприятности, всю жизнь с этим борюсь. И вы представить себе не можете, сколько неприятностей я им доставил. И себе тоже.
- А вы кто будете по специальности?
- Предсказатель.
- Что-то вроде фокусника?
- Хуже, - вздохнул карлик.
Они помолчали. Потом Удалов сказал:
- Вот меня здесь все знают, а представиться забывают.
- Мой псевдоним - Острадам. А имя мое никому не известно.