Глава 5
– Привет.
– Привет.
– Ты Бенка?
– Да. Новенькая?
– Угу. Я Леона. Меня Агильери прислал.
– Знаю. Мне уже гремлины передали. Заходи.
Агильери – это мой персональный куратор. Это он лечил меня после того, что я учудил на Испытании. Я сам попросил назначить его мне куратором, когда ректор Риом спросил меня на совете, кого бы я хотел видеть в этой роли.
А совет прошёл весьма бурно. Маги часа два ругались и спорили. Кто-то говорил, что виновата леди Ро, которая халтурно проводила мою проверку. Кто-то кричал, что я во время проверки специально закрывался, чтобы провалить Испытание. А кое-кто вообще не верил в то, что я смог произнести Выброс Лавы.
В конце концов ректор сказал: "Опыт – критерий истины!" и мы гурьбой потащились на полигон тестировать меня. Пройдя через дырку в стене, которую я для себя обозвал порталом, мы оказались в длинном и узком горном ущелье. Там я с расстояния в пару километров минут пять плевался молниями в валун-мишень, а потом ещё раз захреначил Выброс Лавы. После чего мне стало дурно. Меня тошнило, болела голова, а из носа пошла кровь.
Хорошо, что Агильери был рядом. Он меня подхватил и уложил на травку. Сказал, что я по неопытности сдуру растратил всю ману и, сам того не заметив, использовал при последнем заклинании свою прану, сиречь жизненную силу.
– Башмаки снимай. По келье ходим босиком.
По келье? Хорошенькая келья. Пять здоровенных комнат, в ванне огромное джакузи, на полу во всех комнатах расстелены роскошные ковры. И всюду – идеальная чистота. А живёт тут одна Бенка. Она неофит. Как и я. Это нечто вроде первокурсника.
А почему тут так чисто? Нигде ни пылинки. Всё просто сверкает чистотой. Бенка помешана на уборке? Это она тут так всё убирает? Что-то это мне как-то не нравится. Интересно, эта Бенка сильно расстроится оттого, что вскоре по всей её келье в самых неожиданных местах будут валяться грязные носки, а по углам и за диванами она начнёт обнаруживать пустые пивные бутылки? А не окажется ли так, что это я теперь буду должен убираться? Потому что я только принят, а Бенка живёт в Академии уже год. Её на прошлогоднем Испытании взяли. Единственную. Кроме неё в прошлом году новых неофитов не нашли.
– У тебя какие-нибудь вещи есть с собой? Из дома ты принесла что-нибудь?
– Нет. Ничего. Только одежда, которая сейчас на мне. И ещё вот этот горшок. Больше ничего.
– А что в нём?
– Мазь для быстрого выращивания волос. Агильери дал. Сказал – ему меня жалко.
– И как ей пользоваться?
– Не знаю пока. Агильери говорил, что инструкция должна быть под крышкой.
– А по дому ты в чём собираешься ходить?
– Ммм…
Хороший вопрос. Без понятия. В чём я ходил по дому у родителей – не знаю. Наверное, была какая-то одежда. Но я её не видел. Меня же с самого утра взяли в оборот и потащили на Испытание. Я не успел нормально осмотреться.
Собственно, поэтому-то я на вопрос о том, что мне хочется взять с собой из дома, ответил Агильери: "Ничего". Уточнил только, что в Академии можно будет одеться так, как это принято тут. То есть в нормальные платья или джинсы с футболкой. Тройные юбки до щиколоток и кофточки с кучей застёжек меня уже достали.
– Если хочешь, я могу дать на первое время что-нибудь из своего. А потом научу тебя, как можно заказать то, что тебе понравится из одежды. У нас с тобой почти одинаковые фигуры. Мои вещи должны нормально сидеть на тебе.
– Это было бы очень здорово. Дай, конечно. Если тебе не жалко.
– Не говори глупостей. "Жалко". Да у меня вещей – четыре шкафа. Я иногда и сама забываю, что там у меня напихано.
– А умыться тут где можно?
– Пошли, покажу. Это просто, ты быстро научишься.
Конечно научусь. Чему тут учиться-то? Вполне привычного вида сантехника. Два крана – с горячей и холодной водой. Душ. Огромное, просто гигантское джакузи. Явно электрическое освещение. Что-то я не понял. Откуда это всё? Это мир магии? Точно? Я ничего не путаю?
Лежу в джакузи и балдею под тугими струями, бьющими из бортов. Здорово! А маги неплохо живут. Если это таково жилище неофита, то мне страшно даже представить, как живут магистры.
– Вот, смотри что я тебе подобрала, – Бенка заходит в ванну без стука. – Пока в этом походишь.
– Спасибо.
– А со старой одеждой ты что хочешь сделать?
– Не знаю. Не думаю, что она мне ещё понадобится.
– Выбросить?
– Эээ.. Пожалуй, да. Зачем место занимать ей?
– Ладно, я выброшу. Не вылезай.
Так. А как тут мазью для выращивания волос пользоваться? Сдираю крышку и достаю промасленный кусочек бумаги. Инструкция. Ага. Всё просто. Намочить голову, нанести мазь, подождать десять минут и смыть. Повторять до тех пор, пока не вырастут волосы нужной длины. Мочу, мажу, сажусь голым задом на стул. Стул, что характерно, из пластика. Странный мир, всё же. Средневековье. Стражники с алебардами. И при этом электричество, стулья из пластика, горячая вода в водопроводе и сливная канализация. Странно.
Голова жутко чешется. Но не трогаю. Считаю про себя (часов не нашёл в ванной). Досчитав до 600, смываю остатки мази с головы и смотрюсь в зеркало. Угу. Волосы действительно выросли. Вот, только, они имеют по всей голове совершенно одинаковую длину. Примерно сантиметров пять. Надо бы подстричься.
– Бенка! – ору я, высунувшись из ванной.
– Чего тебе?
– Подстричься тут как можно?
– Просто. Нужно вызвать гремлина-парикмахера. Смотри, вот кнопка вызова.
– Погоди, не нажимай! Я же голая. Дай оденусь.
– Глупости. Гремлины – не люди. И они вообще бесполые. Если хочешь знать, я сама всегда стригусь только нагишом. Чтобы волосами не засорять одежду. Так что…
В стене открывается отверстие, и оттуда вылезает… гремлин. Настоящий. Как в кино. Волосатый, ушастый. Интересуется, чего мне нужно. А нужно мне подстричься. Не вопрос, говорит. Это он мигом. Как стричь будем? А хрен его знает. А как он умеет? Он умеет по-разному. Достаёт прямо из воздуха книжку и даёт мне. Ага. Варианты причёсок. Много. Очень много. Страниц 500. На каждой странице по шесть картинок. Ну, мне так много смотреть лениво, так что я на первых 20 страницах выбираю самую короткую стрижку и говорю ему, что мне вот так, только ещё короче. Как можно короче. Но чтобы на картинку было похоже. Гремлин чешет между ушами и говорит, что сейчас всё будет в лучшем виде.
Сажает меня на стул, достаёт (прямо из воздуха, честное слово) маленькую стремянку, влезает на неё и начинает стричь. Да, нашим парикмахерам до него далеко. Вся стрижка заняла от силы секунд 20. Готово, говорит. Смотрю в зеркало. Ну, отлично. Мне лучше ничего и не нужно. Говорю спасибо, всё хорошо. Гремлин кивает, открывает дыру в стене и исчезает там. Вместе со стремянкой.
Стена за гремлином закрывается, зато в противоположной стене открывается сразу два таких же отверстия. И оттуда вылезают новые гремлины. Шесть штук. Подбегают к рассыпанным по полу волосам и начинают сноровисто сметать их маленькими метёлками. Волосы постепенно исчезают. Настроение улучшилось. Я понял, кто в этих хоромах следит за чистотой. Убираться мне тут не придётся. А пустые бутылки можно смело оставлять в любом месте. Подберут.
– Красивая причёска, – Бенка подошла сзади. – Мне нравится. А что с твоими волосами случилось? Зачем их сбрили?
– Не сбривали их. Они сгорели.
– ?
– На испытании. Несчастный случай, – я не хотел распространяться на эту тему.
– Понятно. Ты что на ужин хочешь?
– Не знаю. А что есть?
– Всё. Мы же в Академии. Тут есть всё.
– Тогда… тогда мне – то же самое, что и тебе. Только чтобы никакого молока или кефира. Я ненавижу молоко.
– Хорошо. Пошли.
В столовой меня ждёт новое потрясение. Ужин Бенка заказывает… с помощью компьютера. Монитор вмонтирован прямо в стену, под ним простенькая клавиатура. Интерфейс незнакомый, но явно заточенный на заказ продуктов. Какая-то специализированная программа. А сам факт заказа означает наличие сети, как минимум локальной. А наличие сети – это наличие сисадмина. Куда же без него? А сисадмин – это уже почти коллега. Я и сам по молодости сисадмином лет пять проработал. Пока в программисты не ушёл. В общем, как говорил один любитель халявного мёда: "дыра – это нора, нора – это Кролик, а Кролик – это подходящая компания".
– Как тебе первый день в Академии? – спрашивает меня Бенка после ужина.
– Я устала. Очень много впечатлений.
– Это само собой. Конечно. Я помню свой первый день. Я так плакала. Жалко было отпускать папу. Ты ещё хорошо держишься.
– А кто твой папа?
– Рыбак. То есть был рыбаком год назад. Мы очень бедно жили. Мама сильно болела, папа тратил на лекарства почти всё, что мог заработать. Даже в долги влез. И всё равно это не помогло. Мама не дожила до моего Испытания два месяца.
– Прости. Мне жаль.
– Мне тоже. Всего два месяца. Так обидно. Какие-то жалкие два месяца.
– А что было бы, если бы дожила?
– Академия обязательно бы помогла. Архимаг магии Жизни мог её вылечить. К сожалению, нанять архимага мы не могли. Слишком дорого. Но родственникам магов помощь оказывается бесплатно. Если бы я успела, маму непременно бы спасли.
– Извини, что напомнила. Ты сказала, твой отец был рыбаком год назад. А кто он сейчас?
– Сейчас он купец. Один из самых богатых людей в городе. Я немножко помогла ему деньгами. У него шесть своих кораблей, и на одном из них ходит учеником мой старший брат. Он на три года старше меня.
– А у меня сестра есть. Тоже на три года старше меня. И ещё брат, но он маленький.