Всего за 109 руб. Купить полную версию
Череп, возможно, и хотел бы отсидеться в машине, однако не мог себе это позволить.
- Я не…
- Все. - Гангстер отвернулся. - Вопрос закрыт.
Негодуя, Волк прикусил язык. Если он будет настаивать и дальше, Череп, чего доброго, оставит его в машине, а сам пойдет командовать погромом. Тогда…
Курта приводила в бешенство парадоксальность ситуации. Он не пожалел бы двух-трех пальцев, чтобы отправить Черепа на тот свет. И при всем при этом оберегал главу Ордена, как радетельная мать, от любой опасности. Стоит гангстеру отправиться в круиз на ладье Харона, и крошечная подлодка взорвет реакторы. Это приведет к обширному инсульту - у молодого и здорового Волка, чьи сородичи до старости отличались завидным здоровьем. Таков, во всяком случае, теоретический базис.
Нет верности прочнее этой.
Развернувшись, Череп направился к проезжей части. "Черепа" синхронно, будто привязанные, двинулись следом. Оживленное движение на проезжей части, судя по всему, никого не беспокоило. И точно - автомобили притормаживали и, невзирая на полное отсутствие светофоров, "зебр" либо чего-то подобного, пропускали бритоголовых парней, поигрывающих на ходу битами, дубинками, цепями и трубами. Какой-то торопыга, впрочем, рискнул нажать на клаксон. Двое бандитов, проходя мимо, выверенными ударами превратили дорогие фары в бесполезные осколки.
Растолкав "черепов", Курт поравнялся с главой Ордена.
Поскольку призывы к здравому смыслу не возымели действия, требовалось срочно менять тактику.
- Каков план?
- План? - Череп изумленно на него взглянул, словно впервые слышал о такой военной хитрости, как "предварительное планирование". - У нас есть биты, трубы, арматура и цепи, не говоря о хлопушках.
- Кому понадобится какой-то там план?
Вопрос Волка немного смутил. Вероятно, это случилось бы с каждым, кто хотя бы изредка задумывался о целесообразности тех или иных своих поступков.
- Каковы наши действия, когда мы войдем?
- Действия? - переспросил Череп. - Они крайне просты. Как ты подметил, мы входим, предварительно расшвыряв вон тот цирк, - гангстер ткнул пальцем в сторону охранников, засуетившихся у парадного входа "Лавины", - а потом начинается самое интересное.
Хаос, безумие и разрушение!! Громи и бей все, что увидишь, - вот наш план!
Гангстер жутко оскалился, став похожим на безумного Джокера из колоды самой Смерти.
В очках - пустые провалы (жившие, казалось, какой-то своей жизнью) на мертвенно-бледном лице, - промелькнули разноцветные огни. Пальмы, девицы, фейерверки.
Главный вход маячил в нескольких шагах. Внутри безумствовала громкая музыка.
"Черепа" замедлили ход и, наконец, остановились. Бритоголовая шеренга ощетинилась (позвякивала, постукивала, покачивала) внушительным арсеналом. Охранники переминались с ноги на ногу. Потенциальные клиенты притихли за ограждением. Самые сообразительные поняли, что сегодня им не суждено войти внутрь, и начинали осторожно пятиться. Секьюрити, к сожалению, не отличались понятливостью.
Большинство пребывало в растерянности. Ситуация выходила за пределы "штатной" по всем параметрам. Кое-кто стремительно приближался к панике. В головах сформировалась отчетливая, убийственная в своей безысходности истина (сродни той, что овладевает мыслями человека, снедаемого неизлечимым недугом): "сейчас нас будут бить". Многие, однако, свыкались с трудом. Они давно ощущали себя королями, решая, кому - войти, а кому - издохнуть от тоски, глядя на неприступный фасад. Но сейчас перед ними стояли угрюмые парни, которые не собирались церемониться. Две дюжины парней, готовых войти, не испрашивая позволения и уж тем более не унижаясь до подобострастных улыбок. Вопрос о плате также не стоял.
Курт чувствовал витающий в воздухе страх.
Охранники просто не знали, что им делать. К такому их не готовили. Истинных "Всадников апокалипсиса" здесь, похоже, не было. Из этого следовали взаимоисключающие друг друга выводы: или Череп вновь проявил недюжинный полководческий дар, или "Всадники" подготовили ловушку, как говорится, "в нужном месте, в нужный час". Разболтать, как ни странно, мог и кто-нибудь из "черепов" (невзирая на то что Череп крайне редко терял свою параноидальную подозрительность, не распространяясь о важных вещах до самого последнего момента). Получить ответы Курт готовился через считаные минуты. Не мог не получить.
Пока же приходилось лицезреть ряды дрожащих охранников. Череп чего-то дожидался. Разумный ход, известный со времен первых осмысленных войн, - сперва позволить противнику потрепать себе нервы, а уж потом ударить. Однако в сложившейся ситуации это представлялось некоторой перестраховкой. Чего выжидать, если рано или поздно придется пустить в ход дубинки и цепи? У "Всадников" (если внутри все-таки поджидала ловушка) появлялась определенная фора.
Волк искоса взглянул на Черепа. Тот, ухмыляясь, изучал охранников из-за черных очков.
Пытался учуять ловушку? (Курт ничуть бы не удивился, если бы гангстер, не говоря ни слова, развернулся и отправился к "доджу" - этот случай вошел бы в учебники, став венцом доктрины "разумной паранойи"). Рассчитывал, что охранники, стоит подождать еще немного, разбегутся в разные стороны, точно крысы?
Напрасно. Среди них, вероятно, были и те, кого Череп в свое время подкупил, чтобы Волк беспрепятственно протащил через металлоискатель свой арсенал. (Брызги зеркал, ярко-алые осколки в обрамлении золотистых волос.) Но, если даже и так (слишком маловероятно - "Всадники" наверняка провели цикл репрессий среди "вольнонаемных сотрудников"), эти персонажи не пытались вступить в какой-либо диспут. Знали, что бесполезно. "Черепа" явились не для того, чтобы тереть языками. И даже возврат круглых сумм, затраченных на взятки, ничего не изменит.
Охранники в основном были вооружены газовыми баллончиками - безусловно, грозное оружие, когда дело касается юных тусовщиков, и практически бесполезное, когда напротив входа стоит шеренга лысых молодчиков (многие "черепа" развлекались тем, что освежали дыхание теми самыми баллончиками). Кое-кто, однако, имел при себе настоящее оружие. Курту не составляло труда рассмотреть под красными форменными пиджаками рукоятки пистолетов. Вряд ли стволы были боевыми в полном смысле слова: пневматические либо газовые. Даже резиновые пули использовались исключительно ведомственными службами.
Двое-трое охранников теребили под пиджаками свои пистолеты, но достать не- решались. Как гласит народная мудрость, взялся за гуж - нужно стрелять. А если уж выстрелил, то, будь добр, отвечай за последствия. За бандитами наблюдалось численное превосходство, заметное даже невооруженным взглядом. "Черепа" не дают в обиду собратьев. Стоит какому-нибудь торопыге выстрелить, и пощады не жди.
Охранники колебались.
Череп - нет.
Из "Лавины" выплескивались волны электронных басов, но слово, сказанное Черепом, - единственное, короткое слово - прокатилось в воздухе, словно ранним утром на Аляске, где каждый звук звенит сотней хрустальных колокольчиков. Тишина объяла слово непробиваемым коконом и потащила вдоль фасада "Лавины".
Глава Ордена не повышал голоса, сказав тихо и твердо, точно щенка бросил в воду:
- Огонь.
Гангстеры выхватили автоматы Калашникова - грубое, бескомпромиссное и эффективное средство решения разногласий. "Черепа" хотели войти, а какие-то уроды посмели стоять у них на дороге. Расстрелять ублюдков! АК (модернизированные, причем не раз) исторгли рой разъяренных шершней. Продраться в человеческое тело те не могли, но это, впрочем, не умаляло болезненности. Воздух моментально наполнился пороховыми газами, едкими и вездесущими. Затворы ходили ходуном; безотказный, совершенный механизм (немногие изделия человеческого гения этим похвалятся), газоотводная труба, возвратная пружина. Пустые гильзы летели на асфальт. В первые мгновения от дикого грохота Курту заложило уши.
А охранники падали, падали, падали…
Пули сыпались градом, сбивали с ног, рвали форменные пиджаки, били в упор. Резиново-кинетический шквал. Без пощады. (Физика + физиология + механика = мораль. Формула великих достижений человечества) Как ядерная бомба. Казалось, стоит немного прислушаться, и непременно услышишь треск костей.
Потенциальные, но несостоявшиеся клиенты, что называется, дали деру, только пятки сверкали. Гангстеры не обратили на них никакого внимания. Легавые задержатся часа на два-три, сославшись на отсутствие топлива в бензобаках, канцелярские проволочки (опутавшие бравых служак по рукам и ногам), селевые потоки, оползни, ремонт в кабинете у шефа или другой форс-мажор. Для Гетто это обычное дело.
Стрельба длилась считаные секунды. Охранники разлетались, словно живые кегли. "Черепа", один за другим, прекращали огонь. Последний охранник свалился наземь, крутанувшись на подкосившихся ногах. Пули ударили в живот и грудную клетку. Парень присоединился к лежавшим, конвульсивно дергавшимся коллегам. Боль, вероятно, была невыносимой. Об этом, не считая телодвижений, свидетельствовали страшные крики, с трудом пронзавшие набившуюся в уши тишину.
Путь свободен.
Череп продолжал ухмыляться. В темных стеклах очков отражался хищный блеск, идущий изнутри. Глава Ордена махнул рукой и неторопливо двинулся к проему.
Бандиты шагали следом, меняя на ходу обоймы. Из коротких стволов вился дымок.
Курт старался не отставать. Легко сказать, но как это сделать, когда приходилось перешагивать через людей, нуждающихся в срочной медицинской помощи? Охранники матерились, стонали, хватали проходящих мимо гангстеров за штаны. Другие лежали тихо, молча, не шевелясь. Дыхание приподнимало грудину, бережно опускало. Всякий раз, убедившись в этом, Волк облегченно вздыхал.