Всего за 299 руб. Купить полную версию
14
На город быстро опускалась вечерняя мгла, в небе грозно собирались тучи. Автобус биотехнологов мчался на базу. Пассажиры во главе с Матушкой Дыбой праздновали победу – они заполучили снежного зверя, с которым можно не церемониться, у которого можно брать сколько угодно крови для киберя!
Сам Мурзик равнодушно смотрел в окно. На его голове все еще была кепка, которую отдал ему Коготок, чтобы ввести в заблуждение Синтию. Уловка сработала – актриса не догадалась, что снежные звери поменялись местами. Этот факт вызвал у Мурзика сильнейший приступ грусти.
Улисс тоже был тут – биотехнологи пока не согласились его отпустить. Впрочем, лис и сам на свободу не рвался.
Шоссе было пустынно, и автобус ехал быстро, несмотря на мокрый асфальт. Когда до места назначения оставалось совсем немного, водитель вдруг резко нажал на тормоз. Всех тряхнуло.
– В чем дело? – недовольно спросила Матушка Дыба.
– Сами посмотрите! – пораженно ответил водитель.
Все бросились к передним окнам и обомлели. Перед автобусом выстроились в ряд… снежные звери! Их было не меньше дюжины – толком сосчитать никто не успел, потому что снежные звери с криком и хохотом кинулись к автобусу.
– Чего вы ждете?! – крикнула Матушка Дыба своим подчиненным. – Разберитесь с ними! Вы что, не видите, что они ненастоящие? Это маскарад!
Растерянные медведи засуетились, изображая бурную, но бессмысленную деятельность, а Зубостьян на них покрикивал. Матушка Дыба выругалась и велела водителю открыть двери.
– Живо наружу, дурни, и прогоните этих клоунов!
Подчиненные решили, что взбешенная старушка опасней, чем веселые снежные звери, и выпрыгнули из автобуса. Дальше началась форменная неразбериха: снежные звери, которых было больше, чем противников, с гомоном и улюлюканьем облепили тех со всех сторон, закружили, запинали и затолкали. Биотехнологи беспорядочно отбивались, но толку от этого было мало.
– Скорее! – крикнул Улисс Мурзику. – Наружу, и дальше как я вас учил!
Лис и снежный зверь бросились наружу. Матушка Дыба, лишенная силовой поддержки подчиненных, удержать их не смогла.
Стоило Улиссу и Мурзику оказаться вне автобуса, как, словно по команде, все ряженые бросились врассыпную.
– Держите его! – отчаянно кричала Матушка Дыба. – Да не этого, придурки! Наш выше остальных, тупицы!
Но полностью дезориентированные биотехнологи ничего не могли поделать, и в считаные секунды все белые фигуры скрылись с глаз долой. От них осталась только валяющаяся на мокрой земле кепка с надписью: "Это не кепка". "Не" заляпало грязью, поэтому надпись теперь читалась как "это кепка", что выглядело еще более издевательски.
Вне себя от злости, Матушка Дыба процедила сквозь зубы:
– Ничего. Это еще не конец. Дождемся Коготка. Больше никаких сантиментов, господа, готовьте шприцы!
Она и подумать не могла, что больше никогда не увидит Белого Коготка.
15
Улисс, Теодор Башенка и Мурзик вылезли из попутки на окраине города у леса. Здесь начиналась тропа, ведущая в родные горы Мурзика.
– Может, все же останетесь до утра? – спросил Улисс. – Места у меня хватит. Зачем отправляться в путь на ночь глядя?
– Спасибо, Улисс, – ответил Теодор. – Но мы пойдем сейчас. Тьма для жителей гор не помеха, а Мураз видит ночью не хуже, чем днем.
– Это правда, – подтвердил йети.
– Улисс, я все хотел спросить: откуда в театре столько костюмов снежных зверей? Они что, ставили про них спектакль?
– На самом деле это костюмы не снежных зверей, а снежных демонов, подданных Ледяной Царицы, – улыбнулся Улисс. – Был такой спектакль пару лет назад. Костюмы сохранились – я и свой там же взял, – так что осталось только собрать друзей, проникнуть на склад театра и устроить маскарад.
– Кто-то идет! – громко шепнул Мурзик, указывая в сторону леса.
Его попутчики резко обернулись и увидели, что действительно к ним приближается какой-то крупный зверь.
– Это Коготок! – сообщил прекрасно видящий в темноте Мурзик.
Теодор хитро подмигнул Улиссу:
– Похоже, вы были правы.
– Сейчас увидим, – улыбнулся в ответ лис.
Коготок приблизился к ним, приветливо улыбнулся и сказал:
– Добрый вечер, господа! Как я понимаю, держите путь в горы? Не возражаете, если присоединюсь?
– Что случилось, Коготок, почему вы решили покинуть своих друзей-биотехнологов? – спросил Улисс.
– Видите ли, мои друзья-биотехнологи упустили добычу. Я своими глазами видел, как они нервно прохаживались возле автобуса, и своими ушами слышал, как Матушка Дыба строила планы на мой счет. И, знаете, что-то так затосковал по родным местам! Такая, знаете ли, ностальгия вдруг прорезалась, что просто бросай все и беги в горы! Вот я бросил и бегу.
Улисс похлопал Коготка по лапе:
– Отличное решение! Чутье подсказывало мне, что все может сложиться именно так!
Мурзик общей радости не разделял, он все еще тосковал по возлюбленной.
– Как там Синти? – пряча глаза, спросил он Коготка.
– Ваша Синти быстро обнаружила обман, – ответил Коготок. – Но вместо того чтобы прогнать самозванца, то есть меня, она попыталась сделать вид, будто верит, что я ее возлюбленный. Жаль расстраивать вас, Мураз, но, кажется, ей все равно, какой именно снежный зверь будет рядом с ней. Ей это нужно только для престижа, чтобы вызывать зависть других девушек с обложки. Короче, я и от нее сбежал.
Мурзик тяжко вздохнул. А Улисс только сейчас заметил, что Коготок держит в лапе радиотелефон.
– Это телефон Синти? – поинтересовался он и, получив утвердительный ответ, спросил: – Зачем вы его стащили?
– Не стащил, а взял в качестве сувенира. Мой саквояж остался в автобусе, и я начинаю собирать новый архив своей жизни!
– Нам пора, – сказал Теодор. – Улисс, спасибо за все – и вам, и остальным!
– Не за что, – улыбнулся лис. – Если еще кто-нибудь с гор отправится в Градбург за проблемами, вы знаете, к кому обратиться.
Все, кроме Мурзика с его разбитым сердцем, рассмеялись. А затем тигр и снежные звери простились с Улиссом, и троица горцев пустилась в путь…
Улисс остался на дороге один.
Нет, не один.
В десятке шагов от него стояла еще одна фигура, плохо различимая на фоне ночного леса. Однако деревянную ногу и треуголку Улисс разглядел. На душе у лиса почему-то стало холодно.
– Кто вы? – спросил он.
Капитан не ответил. Сделал несколько шагов назад и слился с ночью.
Сколько Улисс ни вглядывался во тьму, больше он никого не увидел.
16
Марио неторопливо, с наслаждением вынул пластинку из конверта и поставил на проигрыватель. Специальной тряпочкой бережно стер с нее ту немногую пыль, что успела осесть, пока ее вынимали из конверта. Медленно опустил иглу. И зашипело, затрещало… Как же он любил этот момент, когда слышится легкий-легкий треск за пару мгновений до того, как пространство наполнится музыкой!
Коала опустился в кресло, накрылся пледом и принялся неспешно, со вкусом, рассматривать заднюю сторону обложки – список песен, кто их написал, кто на чем играл, кто кого побил… По левую лапу на столике дымился горячий шоколад, а по правую на табуретке леденел вишневый лимонад. Марио пока не решил, что хочет пить, поэтому приготовил два таких разных напитка.
В итоге ему захотелось чаю. Вставать было не просто лень, вставать было немыслимо. Поэтому Марио прогнал мысли о чае и закрыл глаза. И музыка накрыла его, как волна.
Вечер обещал быть лучшим в жизни. Если не в истории.
Раздался стук в дверь.
"Нет", – подумал шпион.
Снова раздался стук в дверь.
"Снова нет", – подумал Марио.
В дверь забарабанили кулаками.
"Если это Константин, я его убью, – подумал коала, откидывая плед. – А если Евгений, то все равно убью Константина!"
За дверью стояли Константин и Евгений. Вид у них был воодушевленный.
Плохо дело, понял Марио.
– У нас идея! – объявил кот, решительно переступая порог.
– Моя! – воскликнул пингвин, шагнув вслед за другом.
Марио закрыл дверь и безнадежно простонал:
– А до завтра подождать не может?
– Может, – пожал плечами Константин. – Но зачем, если мы уже здесь!
– Ох… Ладно, выкладывайте, только быстро.
– Архив! – выложил Константин. – Помнишь архив, который собирал Коготок? Сувениры, связанные с какими-нибудь важными событиями, и все такое?
– Ну, помню.
– Мы тоже будем их собирать! Реликвии! Вот какая у нас идея!
– Моя! – воскликнул пингвин.
– Вам-то зачем? – удивился Марио.
– Как – зачем? – удивился в ответ Константин. – Для памяти! Для будущих поколений Несчастных!
"Зачем я спорю?" – подумал Марио и сказал:
– Отличная идея! Да-да, Евгений, твоя, я помню. Теперь бегите расскажите о ней Улиссу!
Евгений погрустнел:
– Мы уже были у Улисса. Он не впечатлился.
– Да, – поморщился Константин. – Сказал, что это барахольство, клептомания и эта… как ее… обес… обсес…
– Обсессия, – помог ему Евгений. – Что у Коготка коллекционирование превратилось в навязчивую идею и культ и в этом нет ничего хорошего.
– Тогда Берте расскажите, – предложил Марио и мысленно добавил: "Только уйдите уже".
– Берте рассказали, – радостно ответил Константин. – Ей понравилось! Она с нами!
– Вот и замечательно. Ну, до свида…
– А к тебе мы пришли за первым сувениром! – заявил Константин.
– По делу о снежном звере, – таинственным шепотом пояснил Евгений.
Марио перевел взгляд с одного друга на другого, а затем обратно.
– Сувенир? У меня?