Джозеф Дилейни - Ученик Ведьмака стр 10.

На мальчишек это подействовало моментально. Я уловил на их лицах не просто страх, а настоящую панику. Главарь тут же развернулся и бросился бежать, а за ним – и все остальные.

Не знаю, чего они так испугались, но мне вдруг тоже захотелось убежать. Девчонка как-то странно вытаращила на меня глаза, и у меня аж поджилки затряслись. Я был как мышь, парализованная взглядом горностая, готового наброситься в любой момент.

Я с трудом заставил левую ногу двинуться и повернулся к девочке, все еще крепко сжимая мешок Ведьмака. Кем бы она ни была, я его все равно не отдам.

– А ты почему не бежишь? – спросила она. У меня во рту пересохло, так что я промолчал. Иначе голос бы меня предал.

Девочка была примерно моего возраста, если не младше, довольно симпатичная – с большими карими глазами, высокими скулами и длинными черными волосами. На ней было черное платье, стянутое белой лентой. Но кое-что в ней меня насторожило.

У девочки были остроносые туфли, и я тут же вспомнил предупреждение Ведьмака. Но решил остаться на месте и не бежать, как остальные.

– Ты меня даже не поблагодаришь? – спросила она. – Хоть "спасибо" скажи.

– Спасибо, – выговорил я, плохо владея языком.

– Ну, вот. А может, дашь мне чего-нибудь? Пирожок или яблоко? Не так уж и много я прошу. В мешке их достаточно, старина Грегори даже не заметит, а если и заметит, то ничего не скажет.

Я очень удивился, когда она назвала Ведьмака "стариной Грегори". Ему бы это не понравилось. И я понял две вещи: во-первых, девчонка его не уважала, а во-вторых, нисколько не боялась. Там, откуда я родом, люди при упоминании о ведьмаке приходили в ужас.

– Извини, – ответил я, – но я не могу тебе ничего дать. Это не мое.

Девчонка вперила в меня свирепый взгляд и долго молчала. В какую-то минуту мне показалось, что она вот-вот зашипит на меня. Я тоже смотрел на нее, стараясь не моргать, пока на ее лице не появилась слабая улыбка.

– Тогда дай мне обещание, – сказала она.

– Какое? – переспросил я, не понимая, что она имеет в виду.

– Пообещай, что поможешь мне так же, как я помогла тебе. Сейчас мне твоя помощь не нужна, но когда-нибудь…

– Хорошо, – согласился я. – Только скажи, и я помогу.

– Как тебя звать? – широко улыбнулась она.

– Том Уорд.

– А меня Алиса. Я живу вон там, – она указала куда-то за деревья. – Я – любимая племянница Костлявой Лиззи.

Странное имя, но я не стал ничего говорить. Как бы то ни было, имени ее тетки было достаточно, чтобы напугать деревенских мальчишек.

На этом наш разговор закончился, и каждый пошел своей дорогой. А Алиса крикнула мне вслед:

– Будь осторожен, если не хочешь кончить так же, как предыдущий ученик старика Грегори.

– А что с ним случилось? – спросил я.

– Спроси лучше у Грегори! – крикнула она и исчезла в лесу.

Когда я вернулся, Ведьмак проверил содержимое мешка, пометив галочкой пунктики в списке.

– Никаких неприятностей в деревне? – спросил он.

– Какие-то мальчишки шли за мной до холма, требовали, чтоб я дал им что-нибудь из мешка. Но я отказал.

– Храбрый поступок, – сказал Ведьмак. – В следующий раз можешь дать им немного яблок и пирожков. Их жизнь тяжела, многие голодают. Я всегда заказываю лишнего на всякий случай.

Вот досада. Чего б ему раньше об этом не сказать!

– Я решил сначала спросить у вас.

Ведьмак поднял брови:

– Ты хотел их накормить?

– Не люблю, когда меня запугивают, – ответил я. – Но на некоторых и правда было жалко смотреть.

– В другой раз доверяй своим побуждениям, – сказал Ведьмак, – и слушайся внутреннего голоса. Ведьмаки во многом зависят от этого, потому что иногда так легче отличить жизнь от смерти. Так что нам нужно еще кое-что о тебе узнать: можешь ли ты положиться на свою интуицию?

Он помолчал, пристально изучая мое лицо своими зелеными глазами.

– Девчонки не докучали? – вдруг спросил он.

Я еще злился на него и не дал прямого ответа.

– Нет.

Это не было ложью, ведь Алиса помогла мне. Хотя я понял, что Ведьмак на самом деле интересовался, не встречались ли мне по пути девочки. И я должен был ему сказать. Особенно из-за того, что на ней были остроносые туфли.

За время своего ученичества я много ошибался. И это была моя вторая серьезная ошибка: я не сказал Ведьмаку всей правды.

А первой было обещание, данное Алисе.

ГЛАВА 7
Кто-то должен это делать

После этого жизнь моя превратилась в тяжелую рутину. Ведьмак очень быстро обучал меня, заставляя все время писать, отчего у меня рука дрожала и глаза сильно уставали.

Однажды в полдень Ведьмак повел меня на окраину деревни, где за последним каменным домиком росли кружком ивы (у нас в Графстве их называли "лоза"). Здесь было темно и мрачно, а с одной ветки свешивалась какая-то веревка. Я поднял голову и увидел большой медный колокол.

– Когда кто-то нуждается в помощи, – пояснил Ведьмак, – они не приходят к моему дому. Если только я не приглашу. Они идут сюда и звонят в колокол.

Но почему-то шли недели, а никто в колокол не звонил, и я только изредка выходил за пределы западного сада – чтобы пополнить в деревне наши запасы. Мне становилось очень одиноко, я тосковал по семье, но работа, которой меня занимал Ведьмак, не давала времени для тоски. Я от усталости едва доходил до кровати и засыпал мертвым сном, едва коснувшись подушки.

Самой интересной частью дня были уроки. Но я мало узнал о неупокоенных душах, призраках и ведьмах. Ведьмак говорил, что в первый год ученик прежде всего изучает домовых, а также ботанику (чтобы знать все о травах, которые пригодятся в лечении или спасут от голода). Во время уроков я не только записывал. Приходилось выполнять тяжелую физическую работу, как и раньше на ферме.

В одно теплое солнечное утро Ведьмак разрешил мне отложить книгу в сторону и повел в южный сад. С собой я понес лопату и длинный измерительный прут.

– Свободные домовые путешествуют по леям, – объяснил он. – Но иногда что-то портится. Из-за грозы или землетрясения, например. Никто из ныне живущих не припомнит, чтобы в Графстве случались землетрясения, но это и не важно, потому что все леи взаимосвязаны, и если что-то случится с одной за тысячу миль отсюда, испортятся и другие. И тогда домовой на много лет застревает на одном месте. Таких мы называем "естественно связанными". Они не могут передвигаться дальше нескольких десятков шагов в любую сторону и от этого, конечно, злятся. Поэтому лучше не подходить к ним слишком близко. Правда, иногда они застревают неподалеку от дома или даже в нем самом. Тогда нужно убрать его оттуда и искусственно связать в другом месте.

– А что такое "леи"? – спросил я.

– Мнения расходятся, парень. Кто-то думает, что это древние тропы, которые опутывают землю, тропы наших далеких предков. По ним мы ходили в те времена, когда люди были настоящими людьми, а темные силы знали свое место. Тогда жили дольше, все были счастливы и довольны.

– И что же случилось?

– С севера пришел лед, и земля на тысячи лет замерзла, – ответил Ведьмак. – Выжить было очень трудно, и люди забыли все, чему их учили. Старые знания стали никому не нужны. Главное – согреться и отыскать пищу. А когда лед наконец сошел, выжившие превратились в охотников в звериных шкурах. Они позабыли, как выращивать хлеб и приручать животных. Темные силы обладали великим могуществом.

– Что ж, теперь, конечно, все лучше, но нам еще предстоит долгий путь, – продолжал он. – А все, что осталось с тех времен, – леи, и это больше, чем просто тропы. Это линии таинственной силы, живущей в земле. Невидимые дороги, по которым на большой скорости путешествуют свободные домовые. Именно они доставляют больше всего хлопот. Там, где домовые устроят новый дом, им редко рады. А от этого они сами злятся и начинают насмехаться, строить ловушки, часто очень опасные. Тогда приходит наш черед: искусственно связать их в яме. И как раз такую яму ты сейчас будешь рыть…

– Вот, можно здесь, – сказал Ведьмак, указав на землю под большим старым дубом. – Между корнями достаточно места.

Он дал мне измерительный прут, чтобы я вырыл яму ровно в шесть футов глубиной, столько же длиной и три фута шириной. Даже в тени было очень жарко, и я копал несколько часов, пока не сделал все безупречно. Ведьмак всегда требовал безупречности.

Затем я должен был приготовить пахучую смесь из соли, металлических опилок и особого клея, приготовленного из костей.

– Соль может обжечь домового, – рассказал Ведьмак. – А железо загонит его в яму. Вот молния, например, попадает в землю и гибнет. Так же и железо высасывает силу и сущность из тех, кто крадется в ночи. Оно может обезвредить злого домового. А вместе соль и железо создают что-то вроде преграды. Они вообще во многом нам полезны.

Я размешал смесь в большом ведре и нанес ее на стенки ямы кистью, как наносят краску, только это было труднее. Чтобы не выпустить самого сильного домового, слой должен быть идеальным.

– Работай как следует, парень, – говорил Ведьмак. – Домовой убежит даже через дырочку меньше булавочной головки.

Разумеется, как только я закончил с ямой, Ведьмак потребовал ее закопать и начать заново. Я выкапывал по две учебные ямы в неделю, и эта тяжелая, рутинная работа отнимала очень много времени. К тому же меня то и дело охватывал страх: я работал совсем рядом с настоящими ямами, в которых сидели домовые, и даже днем тут было жутковато. Сам Ведьмак старался не отходить далеко и всегда присматривал за мной, повторяя, что лучше не искушать судьбу, даже если домовые связаны.