- И, кроме того, есть ещё одно важное обстоятельство, - продолжал старик, не обращая внимания на возражения. - Мы не знаем точно, сколько времени отделяет Героя Старых Людей от нашего Героя, но Герой, то есть человек, которого обожают и почитают, необходим. В прошлом, когда Героя ещё не было, в Нижниземье царили тёмные времена, о которых ничего не известно, так как тогда не велось никаких записей. Библиотека фильмов существовала, но не использовалась. Даже умение писать превратилось в угасающее искусство. С появлением Героя появилась цель и пришло возрождение. И да будет славный Герой, о подвиге которого будет сложено ещё много легенд!
- Я в этом не сомневаюсь, - иронически прокомментировал Джон-Эй.
Стэн помолчал.
- А ещё может случиться так, что легенды будут рассказывать о тебе, Джон-Эй.
- Что ты имеешь в виду?
- Ты - прямой потомок Героя.
Глаза Джон-Эя расширились от изумления.
- Ты хочешь сказать, что он мой вер-отец? Этот человек, о котором говорилось в твоём Рассказе?
В его голосе звучала дрожь, а глаза говорили о том, что ему очень хотелось бы поверить в это.
Шерл подумала, что Рассказ всё-таки произвёл на него впечатление.
- Нет, не вер-отец, Джон-Эй. Ты состоишь с ним в ещё более близком родстве, потому что его отвагу, которая вместе с кровью течёт в твоих жилах, не разбавила кровь слабой женщины! - глаза Стэна засверкали.
- Ты - ВЭТ-ребёнок, - объяснила Шерл и, когда он недоумённо уставился на неё, она, обращаясь к Стэну, сказала: - Я пойду и покажу ему всё, Стэн.
Они дошли до места, где работал резчик Ботт, и Джон-Эй остановился посмотреть на труд полоумного, который, что-то бормоча себе под нос, ловко орудовал ножом. Он врезался им в мякоть необычно большого светошара, выступавшего из стены. Светящиеся кусочки гриба, подобно звёздочкам, усыпали весь пол вокруг, а сам светошар принимал знакомые очертания прекрасного лица.
- У этого человека талант, - громко заметил Джон-Эй.
На звук его голоса резчик быстро обернулся. Лицо его было искажено от страха.
- Не волнуйся, Ботт! - успокоила его Шерл. - Мы ничего не скажем Стэну. - Она обратилась к Джон-Эю: - Это единственное, что он умеет делать, не считая кое-какой помощи Пото, который, как мне кажется, даёт ему работу только по доброте душевной. Лицо, которое он вырезает, всегда одно и то же. Вероятно, это изображение кого-то, кто был ему близок, но потом умер.
Ботт оторвался от своей работы и указал на лицо.
- Прекрасная Леди! - сказал он, улыбнувшись, и продолжил вырезать.
- Кажется, никто не знает имени этой Прекрасной Леди. У меня есть предположение, что однажды Ботт нашёл её мёртвое тело и вырезал подобие из светошара, создав что-то вроде памятника. А потом это стало привычкой. Но это всего лишь моё предположение.
Джон-Эй сделал шаг вперёд, отодвинул Ботта в сторону и пальцами начал ощупывать контуры лица.
- Когда-то здесь была пещерка, - сказал Джон-Эй. - Потом в неё посадили светошар, который целиком её заполнил, и лицо это на месте выхода. Очень интересно... такой гигантский светошар, как этот, нуждается в огромном количестве пищи в виде разлагающейся материи.
Шерл вздрогнула и глянула на идиотски ухмыляющегося Ботта.
- Ты полагаешь, что там... там могут быть мёртвые тела?
- Да, могут. Вероятно, их смерть вызвана естественными причинами. В этих окраинных пещерах трудно уследить за каждым. Люди живут, люди умирают, а в их гибели обвиняют Клинкозуба... Любопытно, сколько исчезновений было по ошибке ему приписано? - рассуждал Джон-Эй. - Если вспомнить все эти рассказы из истории, то всегда человек шёл на человека. Предположим, что это и сейчас так: какие-нибудь неизвестные обитатели отдалённых тоннелей Нижнеземья налетают на нас время от времени, как берсерки, а Клинкозуб - это просто символ.
- Клинкозуб существует! - настаивала Шерл. - Несколько долгих снов тому назад я видела его собственными глазами!
Она взрогнула, вспоминая Клинкозуба, Не-таких и человека с четырьмя руками...
- История... - продолжал бормотать Джон-Эй. - В какой степени мы можем ей доверять?
- История это то, что уже случилось, - сказала Шерл, довольная, что про Кликнозуба забыто. - Её уже нельзя изменить, поэтому она - истинна.
- Ахилл и Парис, Наполеон и Джон Кеннеди... Я понимаю, что всё это реальные люди, жившие в то или иное время. Но в какое?
- Какая разница? Неважно, когда они жили, важно то, что они сделали.
- Шерл! - глубоко посаженные глаза Джон-Эя остановились на ней. - А мне кажется, что это имеет большое значение. Почему мы не стараемся построить общую историческую картину вместо того, чтобы так много думать о частностях типа Великой Битвы? Случайные элементы истории, взятые из обрывков случайно взятых фильмов, ничему нас не научат, а, может быть, даже вводят в заблуждение. Нам известно, кто мы и где, но мы не знаем, когда мы и зачем мы. И я бы очень хотел, чтобы ты мне это объяснила.
Шерл закусила губу. Сама она, конечно, читала о Третьей Мировой войне, но рассказывать об этом Джон-Эю, казалось, не было никакого смысла. В Третьей Мировой проиграли все. В ней не было ничего героического, чему нудно было бы обучать андроида.
Джон-Эй продолжал:
- В наших знаниях могут быть большие пробелы, Шерл. Большие временные провалы...
- Я подумаю, что можно сделать, - сказала она.
Потом Шерл оттащила своего спутника от светящегося лица, и они продолжили путь в направлении ВЭТ мимо мастерской портных, огромной пещеры, где работало несколько десятков человек под присмотром Пола-старейшины. Здесь изготовляли одежду из меха черношкуров и редких материалов, принесённых из Громадных Залов.
Тоннель пошёл под уклон и стал более скользким. Через некоторое время он привёл их в огромное помещение, в котором стояла ВЭТ. Шерл остановилась, пытаясь преодолеть приступ агорафобии.
- Ты ничего не чувствуешь, Джон-Эй? - спросила она.
- А что я должен чувствовать?
- Ну, как будто... я не знаю... Как будто пространство засасывает тебя со всех сторон сразу, проникает в твой мозг, ворует мысли, делая тебя дураком?
- Нет, ничего подобного я не чувствую, - спокойно сказал Джон-Эй, продолжая идти вперёд. - Где эта ваша ВЭТ?
Спокойствие этого человека перед жутким лицом неизвестности было настолько необычно, что Шерл послушно следовала за ним, стараясь не думать о Клинкозубе, Не-таких и огромности пространства. Джон-Эй уверенно шагал вперёд, время от времени оглядываясь, чтобы уточнить у неё дорогу. Вскоре перед глазами Шерл предстала ВЭТ и Шерл взглянула на заполненный жидкостью бак. Он был пуст.
- Значит, это и есть ВЭТ? - Джон-Эй, улыбаясь, повернулся к Шерл. - А теперь, моя наставница Шерл, расскажи мне о ней, а я буду очень терпеливо слушать.
После недолго молчания Шерл начала своё объяснение:
- Вот здесь они стояли и ждали. Старейшины стояли тут на часах долгое время. Мы с Нэдом однажды видели их, но они об этом не знали.
- Ждали?
Джон-Эй ещё раз оглядел металлический корпус ВЭТ; тут и там виднелись кнопки, циферблаты и стрелки за стеклом; ниже был бак, наполненный жидкостью, от которой исходил странный запах.
- Ждали? Чего ждали? - повторил андроид.
- Твоего рождения, Джон-Эй. Рождения ВЭТ-сына Героя.
И она стала пояснять то, что к этому времени успела заучить наизусть:
- О существовании ВЭТ нам было известно давно. Знания о том, как её использовать, у нас врождённые. И, хотя ВЭТ уже долгое время не использовалась, знания эти остались и передавались от родителей к детям. У нас никогда не было недостатка в приросте населения, поэтому мы не знали, когда нам может понадобиться ВЭТ, но знали, что понадобится обязательно. Затем настало время Великой Битвы. Герой погиб, не передав никому свои бесстрашия. И тогда, руководствуясь врождёнными знаниями, старейшины взяли кусочек плоти Героя и положили его в ВЭТ.
Она вздрогнула, вспомнив розовое лицо за стеклом.
- ...а потом был уже только вопрос времени. Сначала в баке с жидкостью появился младенец, потом он вырос. Когда наступило время, его достали оттуда и ввели в жизнь, как обыкновенного вер-ребёнка. Это был ты. Тебя удалили от других людей, потому что старейшины не хотели, чтобы те как-нибудь повлияли на тебя.
Джон-Эй не отрываясь смотрел на ВЭТ.
- Ты говоришь, что я вышел из этой штуки?
Постепенно он осознавал совершенство этой умной машины и надувался от гордости: он был рождён не простой слабой женщиной, а этим гигантским воспроизводящим устройством; он был не такой, как все...
Он выпрямился, бессознательно расправил плечи; голова его гордо поднялась.
- Давай возвращаться, Шерл! - сказал он решительно. - Теперь я буду показывать дорогу.
Он высоко поднял кусок светошара и двинулся к выходу. Она покорно последовала за ним.