- Одну позже можно пожарить на ужин, - предложила я, с удовольствием откидываясь на его грудь. - А вот остальное… У тебя есть какие-нибудь идеи?
- Только одна. - Небольшой вихрь собрал рыбу в кучу и забросил ее в портал.
- И кого мы осчастливили?
- Внизу, в развалинах, живет несколько рыбацких семей, - пояснил муж, выходя на чистое крыльцо. - Они следят для меня за маяком и проходящими судами.
- Ты их нанял?
- Я им немного помогаю, они люди со сложной судьбой. - Танрод повернул меня к себе, заглянул в глаза и вдруг спросил: - Ты хочешь поплавать в море?
- Так ведь оно же внизу, - еще сомневалась я, но уже представляла, как это было бы прекрасно - после такого сумасшедшего дня оказаться в ласковых лапах теплых волн.
И раз он уже истратил сегодня столько магии на переходы, то еще немножко, чтобы перейти к подножию скалы, ничего ведь не изменит?
- Тут есть спуск, - захлопнув дверь дома, потянул меня к краю обрыва Танрод. - Но мне хочется сделать тебе подарок, я же еще ничего не подарил на свадьбу.
Он сел в стоящее у каменного бортика плетеное кресло, притянул меня на колени и крепко обхватил за талию:
- Ничего не бойся, я проделывал это не раз.
- А я и не боюсь. - Сидеть в кольце его рук так удобно и надежно, так хорошо и правильно, как бывало только в далеком детстве, когда отец относил меня сонную в приготовленную маменькой постельку.
Обняла его за шею и вдруг заметила, что кресло словно подросло, а потом и вовсе повернулось, и теперь я смотрела не в сторону моря, а на нашу башню, и она постепенно удалялась. Стали отчетливо видны темные квадраты уже выложенного фундамента, кучки камней и ямы с известняком, просторный навес, под которым на стеллажах сохли доски и лаги. Затем наш недостроенный замок стал удаляться и уходить вверх, и я отлично рассмотрела крутые, поблескивающие сколами камня склоны скалы, чахлые растения, изредка чудом проросшие из трещин, и птичьи гнезда, спрятавшиеся в их ненадежных ветвях.
Мне уже давно было понятно, что мы летим, но я упорно молчала, страшась хоть как-то помешать Роду и случайно оторвать его от нелегкого, на мой взгляд, управления нашим волшебным креслом. Только смотрела во все глаза, точно зная - о таком волшебном подарке мне никогда и не мечталось.
Он тоже молчал, не мешая мне разглядывать мелькнувшие на горизонте холмы побережья, маяк, вросший в соседнюю с нашей скалу, крыши поселка, прилепившегося к плавно уходящему в море подножию скал. А потом и маленькую, закрытую с трех сторон бухточку, где качалась у выбеленного морем причала крохотная яхта.
- Спасибо, - выдохнула я благодарно, когда кресло замерло на этом самом причале. - Это был самый прекрасный подарок в моей жизни.
- А мне казалось, ты заснула, - усмехнулся Танрод и ласково провел рукой по моей щеке. - За весь полет ни слова, ни вздоха.
- А разве можно было разговаривать? - усомнилась я, присмотрелась к лукавым чертикам, прыгающим в глазах мужа, и решительно выбралась из его объятий. - Я думала, ты устал, из последних сил тащишь по воздуху это кресло, стараюсь не мешать, а ты молчишь просто из вредности?
- Из любопытства, - сообщил он, подобрался поближе, подхватил меня на руки и легко, как птица, взмыв в воздух, перепорхнул на суденышко. - Раздеваться лучше здесь. Тут у меня есть каюта, там запас еды и одежды.
В каюте оказалась еще и довольно удобная лежанка, и купаться мы отправились, лишь когда солнце уже почти село. Море действительно было теплым и игривым, как котенок, и я забыла про все и про всех, наслаждаясь его ласковыми волнами и нежностью ни на локоть не отплывавшего от меня любимого мужчины. А когда еще с причала шумно плюхнулась в воду мохнатая туша и стремительно поплыла к нам, жизнь вообще стала сказочно прекрасной.
На рассвете я проснулась от легкого звона почтовой шкатулки и обнаружила сидящего рядом полностью одетого мужа.
- Это уже третье письмо, - тихо пояснил он в ответ на мой вопросительный взгляд. - Если не приду в течение получаса, сюда откроют путь.
- Я с тобой.
- Нет. Вместе нам лучше не ходить. Тебя постараются припугнуть, чтобы не упрямилась и рассказала все, что знаешь.
- Но это же против ваших правил!
- Наших правил, Вели. Но пугать тебя будут не нарочно, а как будто случайно, а я этого не хочу.
- Тогда отправь меня… - Я задумалась.
Отдавать магам Глоэн не хотелось, пока я не чувствовала их своими. А в домике архивариуса небось уже сидит засада. Как и в моих фамильных имениях. Ну а Дебруинский монастырь и без того уже принял одну беглянку, им за нее отчитываться придется.
- Я могу открыть вам с Кышем путь в один из домов, которые покупал, когда готовил побег для Гили. Там вас никто и никогда не найдет. Хочешь?
- И чем мне там заниматься? - закончив одеваться, ответила вопросом на вопрос и добавила, скорее успокаивая саму себя: - Я ведь не преступница? Ради чего мне прятаться? Лучше отправь меня к Луизьене, она хотела со мной поговорить. Кроме того, тетушка лучше всех присмотрит за Кышем… в крайнем случае.
А еще через десять минут, заплаканная и зацелованная, я стояла в полутемной гостиной герцога Дирзо, крепко держа за гриву своего зверя.
За широкими окнами занимался бледный рассвет всего второго дня моей замужней жизни, и раньше я не поверила бы никому, что встречать его мне придется в одиночку. За что мне такое наказание? Неужели я мало натерпелась за годы сиротства? Или все же слишком прогневила судьбу своим вмешательством в ее планы?
Отпустив Кыша, я добралась до стоящего у стены диванчика и устроилась в уголке, намереваясь еще раз обдумать все случившееся за последние дни и попытаться понять, как лучше действовать дальше.
Но одно точно знала уже сейчас: не по мне тихо сидеть у тетушки под крылышком и ждать, пока маги немного смирятся с произошедшим. Да я с ума сойду, представляя, как они наказывают Танрода! Хотя пока и не знаю ни правил, ни законов Саркана, касающихся таких случаев, но поведение мужа подсказывает, что одним внушением его собратья не ограничатся.
ГЛАВА 10
Запах мятного чая и свежих булочек заставил меня сладко потянуться и тотчас встревоженно распахнуть глаза. Чтобы сразу успокоиться и убедиться - гостиная Луизьены никуда не делась, и я по-прежнему лежу в ней на диване. Зато прибавились подушечка под моей щекой и легкое, уютное, вязаное одеяло, которым укрыли меня чьи-то заботливые руки.
В распахнутые окна врывалось почти полуденное тепло летнего дня, солнце стояло уже так высоко, что его лучи не попадали в комнату, а на столике заманчиво исходила душистым паром яркая керамическая чашка.
- Умывальня налево третья дверь, - невозмутимо сообщила сидевшая в кресле по другую сторону столика тетушка и легонько подула в чашку, которую держала в руке. - Генри уже позавтракал и отправился за новостями, а я жду тебя.
- Спасибо, - от чистого сердца произнесла я и побрела умываться.
- Я повесила там несколько платьев, - спокойно известила герцогиня и снова занялась своим чаем.
"Не нужно мне платьев, - бурчала я про себя, шагая в сторону умывальни. - Мне хорошо и в этом полумужском костюме, который еще помнит тепло рук Рода и хранит его запах". Но умывшись и замерев возле зеркала, я сначала засомневалась, потом, окинув взглядом приготовленные Луизьеной платья, задумалась.
И наконец, усмехаясь собственному непостоянству, принялась переодеваться.
Потому что отлично помнила, как были одеты магини Саркана. Намного проще и удобнее, чем фрейлины Эместии, и одновременно более возвышенно. Летящие оборки юбок, цветочки и веночки на распущенных волосах, скромные декольте и прозрачная ткань просторных рукавов. Значит, и мне нужно нечто подобное, чтобы у магистров возникло желание не бороться со мной, а защищать.
Ну а драться не обязательно с громом и молниями, размахивая амулетами, жезлами, мечами и кулаками. И в таких сражениях я не последний боец.
- Ты правильно решила, - бросив на меня беглый взгляд, сообщила Луизьена и неожиданно добавила: - И Кыша возьми. Нечего ему тут бездельничать.
Мне хотелось спросить, а куда я его там дену, если меня решат запереть? И тут же передумала. А пусть магистры сами решают, куда пристроить возмущенного полуурга.
- Тогда на нем и поеду. Сразу, как чай допью. Не хочу Генри в это ввязывать.
- Он и сам ввязался, - отмахнулась тетушка. - Но не волнуйся, его никто ни в чем обвинить не сможет. Просто не стоит надолго оставлять лорда дознавателя без поддержки, допрашивать его коллеги умеют. Да не бледней, судя по моим сведениям, бить не будут. Но и чаем поить - тоже.
- Тогда я еду прямо сейчас, - поднялась я с кресла. - А советы какие-нибудь дашь?
- Куда же без них. Главное - дай им выговориться, предъявить тебе все претензии и условия. А потом начинай с малого, в малом они и сами заранее готовы уступить. Ну и помни про все свои доводы, на всякий случай я записала то, что пришло мне в голову. Посмотри да брось в камин, что-то зябко.
Это она пошутила, на улице начинало припекать. Но в камине и в самом деле тлела угольками маленькая жаровенка, на каких любят поджаривать к завтраку колбаски и пирожки столичные торговцы.
Я внимательно прочла несколько строк, отметив один из доводов, который не пришел на ум мне самой, повторила для надежности и бросила бумажку в жаровню. Потом позвала Кыша, надела на голову широкополую соломенную шляпку, становясь похожей на разносчиц мороженого с набережной, и беспечно махнула тетушке.
Слезливых расставаний мы с ней никогда не устраивали, раз и навсегда отнеся их в категорию несчастливых примет.